Минута молчания по образованию, или Как убивают инициативу

При активном «содействии» со стороны администрации университета мероприятие вылилось в очередную встречу с депутатами и «экспертами в области образования». Студентов, как всегда, никто не спросил.

Активисты

Полтора года назад в ответ на попытку ужесточения правил прохода в общежития в МГУ возникла Инициативная группа студентов, аспирантов и сотрудников (ИГ) — открытое независимое объединение, отстаивающее интересы студентов и жильцов общежитий. Тогда новые правила удалось отбить. За прошедшее с тех пор время активисты ИГ приняли участие в решении самых различных проблем: облегчения прохода гостей, велостоянок, студенческих столовых и т. д. (www.igmsu.org).

В конце прошлого года власти начали новый этап наступления на систему образования. Для «широкого общественного обсуждения» был обнародован разработанный Министерством образования и науки проект нового федерального закона «Об образовании», который окончательно закрепит все неолиберальные изменения последних лет и откроет дорогу к дальнейшей бюрократизации, сращению образования с бизнесом, ущемлению академических прав и сворачивания социальных гарантий учащихся и преподавателей. Параллельно с этим был предложен проект новых образовательных стандартов (ФГОС), вызвавший справедливое негодование общественности. Эти инициативы, а также другие тревожные сигналы вроде предложения Дворковича об отмене стипендий, являются логичным продолжением общей политики властей, которая поставила систему образования на край пропасти и неминуемо приведет к её полному развалу в дальнейшем.

В этой ситуации участники ИГ не могли остаться в стороне и организовали кампанию с целью распространения информации и мобилизации студентов для массовых акций протеста, способных привлечь внимание к проблеме. В случае успеха такая компания может дать серьезный импульс борьбе в других образовательных учреждениях и послужить началом организованных массовых протестов, которые одни могут положить конец губительным «реформам». Инициативная группа провела информационный пикет возле станции метро «Университет» и два семинара, а также организовала распространение собственных агитматериалов.

Одним из главных мероприятий кампании должен был стать открытый форум, на котором учащиеся и сотрудники смогли бы свободно высказать свою точку зрения, обсудить текущую ситуацию и возможные способы противодействия. С целью привлечения внимания к форуму было решено начать его с выступлений известных депутатов и преподавателей МГУ, считающихся экспертами в области образования. Поскольку в МГУ невозможно согласовать встречу с большим числом участников и широким оповещением, мероприятие было решено провести под прикрытием семинара Кабинета методики преподавания математики МехМата, заведующим которого является И. И. Мельников — зам. председателя ЦК КПРФ и «второй человек после Зюганова». На форуме предполагалось также раздать материалы ИГ, посвященные реформам образования, и, возможно, собрать подписи под открытым письмом, призванным привлечь внимание общественности.

Бюрократы

За несколько недель активисты ИГ проделали большую работу по подготовке форума: приглашены выступающие, созданы и расклеены по всему МГУ объявления, разосланы приглашения в социальных сетях.

Однако деятельность ИГ (как кампания по образованию, так и идущая параллельно борьба против очередной попытки ужесточения правил прохода) вызвала обеспокоенность и возмущение администрации университета. Было принято решение задавить мероприятие, и проведение его в качестве официального дало администрации в руки необходимые рычаги. В дело вмешался многолетний и.о. декана МехМата В. Н. Чубариков, который в ультимативной форме объявил через сотрудников Кабинета, что вести мероприятие будет он лично, после выступлений гостей никакой дискуссии проводиться не будет, а вопросы выступающим будут передаваться записками. Хотя нельзя исключать, что это решение является его личной самодеятельностью, но гораздо вероятнее, что соответствующие указания пришли сверху из ректората. Здесь уместно сказать, что Чубариков является одним из 11 деканов, подписавших письмо с просьбой о строительстве православного храма на территории комплекса МГУ на Воробьевых горах. Также он выступал с заявлениями в прессе о том, что православие и научное мышление не только не противоречат, но и «гармонично дополняют друг друга».

ИГ оказалась совершенно не готова к такому повороту событий, требование Чубарикова вызвало смятение. И хотя большинству активистов было ясно, что проведение в таком формате совершенно обесценивает всё мероприятие, существовало сильное опасение, что «скандал» приведет к конфликту с администрацией и уничтожит «крышу» или «подушку» ИГ на МехМате. В результате по итогам дискуссии было принято довольно странное решение: избежать «скандала», но вместе с тем попытаться отстоять дискуссию. Что необходимо для этого сделать, какие действия активисты ИГ должны предпринять в конкретных возможных ситуациях (если, например, мероприятие попытаются закрыть раньше времени или откажутся отвечать на вопросы из зала), обсуждено не было. Более того, было предложено действовать по обстоятельствам, а точнее — не предпринимать никаких действий самим, а поддержать аудиторию, если только она сама начнет дискуссию.

Также участники ИГ попытались поговорить с Чубариковым и убедить в том, что свободная дискуссия «в его интересах». От разговора он, естественно, отказался, сообщив дополнительно, что всё мероприятие будет длиться лишь полтора часа.

… и политиканы

Усиленная агитация дала о себе знать: в большой аудитории собралось примерно 200 участников, большую часть составляли студенты, все места оказались заняты, многим пришлось стоять. Докладчики, Чубариков и сотрудники Кабинета методики преподавания разместились в президиуме, в соответствии с ритуалом им принесли стаканчики и воду. Председательствовал профессор Потапов.

Первым выступил депутат Госдумы от КПРФ, зам. председателя Комитета по образованию О. Н. Смолин. В своем выступлении он охарактеризовал текущую ситуацию как критическую и совершенно верно указал на причины этого и те действия, которые необходимо немедленно предпринять, чтобы стабилизировать ситуацию.

Во-первых, система образования нуждается в гораздо большем финансировании, и урезание бюджета является вопросом приоритетов гос. политики, а вовсе не «нехватки средств». Во-вторых, социальный статус и престижность профессии педагога чрезвычайно низки, и необходимо создать преподавателю достойные условия жизни, обеспечив зарплатой не ниже средней по промышленности. В-третьих, студент должен учиться, а не работать, чтобы прокормить себя, поэтому все студенты должны быть обеспечены стипендией не ниже прожиточного минимума.

Все эти требования совершенно правильные. Однако из всего выступления Смолина слушатели не узнали ровным счетом ничего о том, что им лично необходимо сделать, чтобы требования стали чем-то большим, чем просто благие пожелания. Зато услышали, что докладчик разработал свой собственный альтернативный законопроект «Об образовании», который не содержит «недочетов» действующего закона. Смысл всего выступления, видимо, следует понимать так: чтобы исправить ситуацию в образовании, слушатели на следующих выборах должны голосовать за КПРФ. Возможно, сам Смолин серьезно полагает, что для изменения существующего положения дел достаточно принять новый «хороший» закон; однако большинство слушателей вряд ли разделило его энтузиазм. На замечание о том, что сейчас «Единая Россия» имеет достаточно голосов, чтобы провести любое решение, Смолин рассказал анекдот: на днях к нему прислушался Грызлов и призвал всех «делать, что должно, и пусть будет, что будет». Очень актуально, если учесть, что, пока Смолин заседает в Думе, разрабатывая «альтернативные проекты», и агитирует за КПРФ, ситуация в образовании ухудшается, а новые «реформы» безболезненно проталкиваются.

Следующим слово взял депутат от КПРФ и зав.кафедрой МехМата Б. С. Кашин. Он также подошел к вопросу с «профессиональной точки зрения» и попытался свести его к тому, какие «законодательные инициативы» предпринимаются. Оказывается, текущая политика властей определяется не тем, что они обслуживают интересы класса эксплуататоров, а тем, что у них отсутствует «политическая воля» и «понимание того, на какие болевые точки нажать». Какой же выход предложил докладчик? «У нас в свое время программа КПРФ была, мы с ней шли на выборы, и нет необходимости преобразовывать её… Фракция КПРФ, я думаю, готова вместе с общественностью, с преподавателями и учеными (стоит ли вспоминать о студентах?! — прим. авт.) действовать в одной упряжке». Что ж, вряд ли приходится сомневаться, кто окажется в этой «упряжке» коренной лошадью…

В целом выступление Кашина отличалось некоторой сумбурностью и бессодержательностью; важно, однако, что он затронул проблему коррупции и хищений бюджетных средств и указал на необходимость обеспечения финансовой прозрачности. Впрочем, в объяснения, как этого добиться, вдаваться он не стал, заметив: «Сами ученые и преподаватели должны собраться и проанализировать, что нужно для страны, что можно и как распорядиться средствами». Хорошо, конечно, но остается вопрос: когда у преподавателей нет никаких средств хоть как-то повлиять на ситуацию, кто прислушается к их голосу? Может быть, действующие власти, или КПРФ, являющаяся органичной частью режима? На эти вопросы уважаемые депутаты отвечать не хотят.

Следующий докладчик, преподаватель и завлаб факультета ВМиК В. А. Сухомлин, видимо, решил разбавить довольно скучные выступления и вовсе не касаться вопроса образования. Вместо этого он рассказал, какие чудесные «стандарты второго поколения» он разработал, и как ему не дали внедрить «стандарты третьего поколения», а также сообщил слушателям, что к 2020 году мощность компьютеров сравнится с мощностью мозга, и пригласил всех на свои конференции и свой сайт. Для кого то, возможно, это было очень познавательно, но не могут не возникнуть определенные вопросы к тем, кто согласовывал это выступление.

Последним из приглашенных выступал преподаватель Экономического факультета, известный левый публицист А. В. Бузгалин. Начал он с того, что данное мероприятие — «это почти событие, потому что у нас студенчество удивительно пассивно». Затем бодро и с шутками рассказал, что «всеобщее образование через всю жизнь» необходимо потому, что «мы находимся на пороге экономики, основанной на знаниях», а также для того, чтобы просто не быть «быдлом» и вырабатывать «нравственные ценности». Затем рассказал, что в нашей стране эта стратегия не проводится, поскольку «у нас бизнес живет по совершенно иным законам», и «по-хорошему, нужна другая социально-экономическая и политическая система, я не боюсь этого говорить». Быть может, Бузгалин не боится также и сказать, что это за система и как её достичь? Или уже запамятовал? По-видимому, для него эта система невозможна, но «можно делать маленькие реформистские шаги, можно сопротивляться», как это 20 лет делают Смолин и его товарищи.

Наконец, докладчик сказал, что должны делать слушатели, если хотят бороться за образование. По его мнению, во-первых, они, чтобы не быть «жвачными животными», должны распространять информацию о законопроекте Смолина в социальных сетях, и, во-вторых, написать на его адрес и сказать: «Я хочу поработать на поддержку образования», потому что эту встречу организовали «несколько ребят» (видимо, имелась в виду ИГ), которые пахали, «как папа Карло для того, чтобы водичку принести». Вряд ли можно будет упрекнуть слушателей, если они не захотят поработать на Бузгалина и поучаствовать в организации встреч с ним.

Без студентов

После докладов гостей слово неожиданно взял и.о. декана Чубариков, который решил «чуть-чуть остудить всю ту напряженность, которая была». По его мнению, «мы можем рассуждать о многих проблемах, которые есть у нас в стране, но основное все-таки — вы должны хорошо учиться. Тем самым вы покажете, что вы действительно достойное поколение. Если этого не будет, то все остальные вещи, о которых здесь было много сказано, ничего хорошего нам не дадут». Как настоящий начальник, Чубариков убежден, что студенты должны знать свое место, а все проблемы могут быть решены без них. Чтобы убедить в этом слушателей, он рассказал о том, как плодотворно работает МехМат над стандартами высшей школы, и взял на себя смелость сказать: «Мы выполнили ту задачу, которая была поставлена». После этого он еще раз высказал мнение, что «будут специалисты хорошие — Россия выиграет! Не будет специалистов — можем сидеть, можем обсуждать, можем митинговать, но толку не будет!» — забыв, правда, что специалисты не падают с неба, и для их подготовки нужно создать условия.

Хорошо, конечно, пожелать студентам хорошо учиться и быть здоровыми, но в настоящее время вопрос идет вовсе не о личном энтузиазме, а о том, что, благодаря политике властей, снимающих с себя социальные гарантии, студент всё чаще оказывается перед выбором: или хорошо учиться, или быть здоровым. Существует, правда, и третий вариант: иметь обеспеченных родителей. Не для них ли проводятся «реформы»? Не к ним ли обращен призыв уважаемого и.о.? На резонное напоминание о том, что для выживания студентам часто приходится работать, и что это не лучшим образом влияет на учебу, Чубариков предложил решить эту проблему — выплачивать 10–15% «лучших» студентов по 10–15 тысяч рублей. Стыдно и больно слышать такие слова (и видеть такие дела) от человека, стоящего во главе ведущего факультета МГУ.

После выступлений участники начали отвечать на записки. Как всегда бывает в таких случаях, неудобные вопросы не оглашались, что, естественно, не ускользнуло от внимания слушателей. Товарищ из КРИ тоже передала записку с просьбой дать выступить тем «ребятам, которые всё организовали» — эта записка также оказалась на столе. Начался ропот недовольства, раздались выкрики: «Хотя бы вопрос прочитать правильно/полностью можете?»

Когда стало ясно, что дальше ситуацию контролировать становится сложно, поднялся председательствующий профессор Потапов: «Дорогие друзья, мы сегодня слышали достаточно много докладов, есть у нас пища для рассуждения. Но не надо забывать, что мы живем в тяжелое время, что в воскресенье в Минске состоялся акт террористический, погибло много людей, а сегодня в Белоруссии день траура. Поэтому я предлагаю в конце нашего заседания почтить минутой молчания память тех, которые погибли». Насколько чудовищно и цинично прозвучало это из уст пожилого и уважаемого человека, прекрасно отдающего себе отчет, что во время минуты молчания никто не потребует продолжения дискуссии, а после нее останется чувство, что встреча действительно закончена! Насколько позорно пользоваться трагедией, гибелью людей для того, чтобы заткнуть студентов, не дать им возможности высказаться! Вместо предполагавшихся полутора часов мероприятие длилось чуть более часа. Настал критический момент, недовольство слушателей достигло предела, раздались выкрики: «А как же мой вопрос?!». В этот момент участникам ИГ необходимо было начать решительно действовать и спасти положение — например, поблагодарить выступавших, попросить слушателей не расходиться и принять участие в обсуждении, а в случае попытки остановить это — попросить докладчиков о помощи. К сожалению, этого не произошло.

В сложившейся ситуации товарищи из КРИ, присутствовавшие на мероприятии, возмутились бесцеремонными действиями самозваных председателей, потребовали начала дискуссии и предоставления слова студентам. Ничуть не удивительно, что это нашло одобрение и нерешительную поддержку слушателей — один из них даже запрыгнул на сиденье и попросил всех остаться для обсуждения. Чубариков, однако, поспешил заявить, что это мероприятие — не базар, а «научный семинар», и что всё действительно закончено. Один из убеленных сединами бородачей едко заметил нашему товарищу: «Может быть, вам еще пивка принести?». Это замечание вскользь очень точно характеризует отношение уважаемых господ к студентам, как к «быдлу», которое только и может, что пить пиво с семечками, горланить, «разводить демагогию» вместо того, чтобы предоставить «профессионалам» право решить все вопросы.

Между тем подвешенная ситуация затягивалась, слушатели начали потихоньку расходиться, и стало ясно, что начать дискуссию не удастся. Товарищи из КРИ начали импровизированный сбор контактов, и вокруг образовалась группа заинтересованных студентов. Стоит отметить: пока говорилось, что это контакты для ИГ, люди колебались в нерешительности, а начали активно вписываться, когда товарищи предложили провести свободную дискуссию: студенты хотят делать что-то самостоятельно и быть услышанными, но никто не горит желанием впрягаться в обслуживание встреч с депутатами.

Сухой остаток

Большое начинание, свободное обсуждение такого животрепещущего вопроса, как ситуация в системе образования, администрация с легкостью превратила в постыдный фарс и низвела до уровня традиционной уже унылой встречи с «народными избранниками», которые не способны сообщить ничего такого, чего не знал бы каждый студент. К сожалению, действительные организаторы мероприятия — активисты Инициативной группы — не смогли предпринять ровным счетом ничего для спасения первоначального формата и согласились молча наблюдать, как гибнет дело их рук. Большая же часть слушателей, которым пообещали свободную дискуссию, ушли разочарованными и недовольными. Мероприятие, которое должно было воодушевить и мобилизовать студентов на борьбу с «реформами», оказало в итоге противоположный, деморализующий эффект. Масса времени, сил и средств участников ИГ оказалась потрачена впустую.

Некоторые участники ИГ поспешили обвинить в провале форума его аудиторию: дескать, пришедшие оказались «не готовы» или «не заинтересованы». Это просто неправда: были там и заинтересованность, и желание обсудить проблемы, но в той ситуации странно было ожидать от пришедших иной реакции. Что они должны были делать? Задавать вопросы в открытую, когда все стали передавать записки? Или выразить возмущение минутой молчания, когда другие промолчали? Откуда они вообще могли знать, что всё изначально планировалось вовсе не таким образом?

Между тем, на следующий день в одном из вестибюлей Главного здания МГУ прошло собрание жильцов общежития против ужесточения правил прохода, на котором присутствовало около 200 человек. На мероприятии собирали подписи против введения новой системы прохода, информировали о текущей ситуации и важных подробностях, раздавали агитационные материалы для дальнейшего распространения, собирали контакты, каждый пришедший мог свободно задать вопрос или высказать свою точку зрения. Всё мероприятие прошло в приподнятом духе и справедливо оценивается как маленькая победа.

Одни организаторы, одни участники, один масштаб — и два таких разных эффекта: полный провал в одном случае, огромный успех в другом. В чем же разница? Простой факт явно указывает на ответ: второе мероприятие участники ИГ проводили самостоятельно, без «помощи» сотрудников факультета и «звезд образования».

Не удивительно, что сотрудники факультета и Кабинета методики преподавания, на словах поддерживающие ИГ, на деле не только не ударили пальцем о палец, чтобы сохранить первоначальный формат форума, но и внесли лепту в его уничтожение. У них есть своя работа, и конфликты с начальством им ни к чему.

Не удивительно также и то, что уважаемые докладчики, прекрасно знавшие о планируемом формате мероприятия, никак не выразили неудовольствие произошедшим, в то время как несколько их слов могли бы спасти ситуацию. Возникает подозрение, что никакое обсуждение им на самом деле не нужно, как не нужны и вопросы, которые могут поставить в неудобное положение. Зачем что-то обсуждать, если уже есть готовый «альтернативный проект», который необходимо лишь принять? «Профессиональным политикам» не нужны дискуссии и студенческие организации — им нужен электорат, а если активисты, то только свои, карманные.

Не удивительно, наконец, и то, что участники ИГ не смогли сделать ничего, чтобы спасти форум. Возможно, сыграли роль общая растерянность и страх перед проблемами, которые могут последовать за «скандалом». Вызывает некоторое недоумение лишь то, что после окончания мероприятия некоторые участники ИГ в крайне грубой форме возмутились, что члены КРИ «устроили демарш и спровоцировали скандал», не согласовав это с Инициативной группой. Похоже, эти некоторые уже настолько дорожат своими отношениями с администрацией, что непроизвольно солидаризуются с ней против тех, кто открыто выражает возмущение её действиями.

Может быть, эти «отношения», эта «поддержка» действительно настолько ценны, что ради них стоит отдавать на заклание результаты своего труда? Давайте разберемся.

Среди участников ИГ есть мнение, что неправильно ставить в неудобное положение сотрудников факультета, которые помогли организовать мероприятие. Отлично — но какое мероприятие они помогли организовать в действительности? То, которое произошло? Что это, в таком случае — поддержка или фикция?

Говорят, что после «скандала» новое мероприятие провести больше не дали бы. Но, допустим, всё прошло тихо-гладко — что тогда будет возможно провести дальше? Только такую же встречу, а потом еще одну, и так до бесконечности: ведь если дискуссию, которая может доставить неприятности, так легко задавить, отчего этого не сделать? О свободном обсуждении можно забыть.

Наконец, есть и мнение, что «поддержка» сотрудников факультета может помочь группе в случае репрессий. Рассчитывать на это особо не приходится: если эти люди не вступились даже за форум, то возможно ли ожидать их помощи, когда дело действительно запахнет порохом? Вряд ли. Если уж что-то и поможет в случае настоящего давления, то не заверения бюрократов, а только массовая и активная поддержка студентов и преподавателей.

Но, может быть, тогда «скандалить» плохо по отношению к докладчикам? Давайте вместо этого зададимся вопросом: а так ли уж они были нужны? Предполагалось, что присутствие на форуме таких известных людей способно привлечь к нему внимание — но, возможно, присутствие депутатов, само по себе располагающее к официозу, как раз оттолкнуло многих участников. Допустим, было ценно их присутствие в качестве «экспертов». Но о чем они говорили в своих выступлениях? Студентам и преподавателям платят мало, хорошо было бы платить больше; воруют много, хорошо было бы с этим бороться. Спасибо, Капитан Очевидность. Но как всего этого добиться? На эти вопросы они не дают внятного ответа.

Сегодня всё большему числу людей становится ясно, что для изменения ситуации недостаточно просто принять новый закон, сколь бы замечательным он ни был — для этого нужно поменять всю систему управления снизу до верху, всю чиновничью машину. Да и никакой «альтернативный закон» сегодня в принципе не может быть принят. Точно так же понятно, что для коренных изменений недостаточно просто прийти на выборы и проголосовать за «хорошую» партию — хотя бы просто потому, что «хорошей» партии нет и пока не предвидится. Отсутствие понимания того, что необходимо делать каждому, и порождает ту «пассивность», на которую так часто пеняют.

«Реформа» образования — лишь часть общей политики правительства, направленной на компенсацию дефицита бюджета через сокращение расходов на общественные нужды, сворачивание или приватизацию социальной сферы. Более того: вместо национализации крупнейших промышленных и финансовых монополий и направления их доходов в оскудевающий бюджет правительство выбирает прямо противоположное — распродажу предприятий, оставшихся в государственной собственности, и перевод социальных учреждений (в том числе учебных заведений) на коммерческие рельсы!

Единственным средством, способным изменить ситуацию в образовании, являются организованные массовые протесты в масштабе страны. Для организации таких протестов необходимо начинать борьбу на местах, в своих учебных заведениях. Система образования, способная полностью удовлетворить потребности личности и общества, возможна только в социалистическом обществе — мы, отличие от Бузгалина, не побоимся произнести это слово. То есть — в подлинно демократическом государстве трудящихся, в котором, исходя из потребностей общества, будет планироваться через обсуждение на всех уровнях не только производство и распределение товаров или выделение средств на образование, но и количество подготавливаемых специалистов в той или иной области. Протесты против сегодняшних «реформ» в случае успеха станут первым шагом на пути к такому обществу.

Но ничего такого «эксперты» не говорят, ограничиваясь повторением общих мест, и говорить не могут, потому что это сразу сделает очевидной всю бессмысленность их деятельности.

Что дальше?

Конечно, провал форума неприятен, но сам по себе не так страшен. Проиграть битву — не значит проиграть войну. Но для того, чтобы одержать победу, необходимо проанализировать причины своего поражения и допущенные ошибки и извлечь из них уроки. На наш взгляд, основная проблема заключалась в недостаточном понимании двух простых вещей.

Во-первых, нельзя относиться к студентам и рядовым преподавателям, как к стаду баранов, которое ни к чему не готово. С ними необходимо работать и агитировать, а не ждать, пока они сами начнут активные действия, чтобы затем «поддержать» их. Если им самим приходится проявлять инициативу, когда активисты оказываются неспособны к решительным действиям — спрашивается тогда, зачем нужны активисты?

Во-вторых, никакое «сотрудничество» между активистами, с одной стороны, и бюрократией и политиканами, с другой, в принципе невозможно. Точнее, последние могут сколько угодно уверять в своей поддержке — но лишь до тех пор, пока это отвечает их интересам. Когда же ситуация изменяется, они начинают пугать тем, что поддержка может исчезнуть, и проблемами, которые это будет сулить. На самом деле, на форуме произошло то, что случалось множество раз: бюрократы и политиканы договорились за спиной активистов, чтобы использовать их в своих интересах.

Четкое понимание этих принципов способно существенно помочь работе любой группы. Гораздо большее количество инициатив провалилось не потому, что их задушили грубой силой, а потому, что «замылили» или запугали. Важно помнить, что слова «дружбы» и «поддержки» зачастую оказываются лишь приманкой, крючком, на который ловится множество активистов. Провал форума лишь в очередной раз демонстрирует это.

Но необходимость широкой и совершенно свободной дискуссии по образованию никуда не исчезла. Комитет за Рабочий Интернационал предлагает Инициативной группе и другим заинтересованным группам и организациям вместе и как можно скорее организовать и провести такую дискуссию.