...то у Дворковича на языке

«Если мы все считаем, что всего нужно добиваться своим трудом, что работать должно стать модным, нужно отменить стандартные стипендии у студентов, потому что это неправильный сигнал, что ты за сам факт своей учебы получаешь компенсации». Злоба подступает, потому что в очередной раз власти пытаются решить проблему дефицита бюджета через урезание социальных гарантий. Смешно, потому что, учитывая процент бюджетных мест в вузах и средний размер стипендий, экономить государство решило даже на самых мизерных суммах. Кощей Бессмертный решил отобрать конфетку у ребенка.

Странно слышать, что отмена стипендий сможет заставить студента работать. Кто получал стипендию, тот знает: прожить на неё невозможно. Даже дополнительно получая социальную стипендию, едва ли можно прожить в крупном городе. С каждым годом количество студентов, получающих стипендию, уменьшается, одна из главных причин — сокращение бюджетных мест в вузах.

Средний размер государственной стипендии по неизвестным причинам различается в зависимости от вуза или региона: в некоторых вузах отличникам дают повышенные стипендии, в других — платят даже троечникам, но меньше. В основном право получать стипендию имеют только студенты очного отделения, обучающиеся на бюджете, вовремя сдавшие сессию на «хорошо» и «отлично» (последнее правило — на усмотрение вуза). По результатам опросов друзей-студентов из разных вузов и городов, а также согласно информации в интернете, получается, что средний размер стипендии составляет 1000 — 1500 руб.

Заметим, что помимо государственной стипендии, которая гарантируется каждому студенту-очнику с хорошей успеваемостью, существует множество стипендиальных фондов и различных видов стипендий (потанинская, оксфордская, президентская, губернаторская, дотация от правительства Москвы и т. д.). Их получение обычно ограничивается более жесткими требованиями: например, отличная успеваемость за определенный срок, приветствуются научные статьи и внеучебная работа. Судьбу этих стипендий Дворкович не оговаривает.

В то же время постепенно сокращаются аудиторные часы в пользу самостоятельного обучения — ради сокращения бюджетных расходов на образование и зарплату преподавателей. В результате появляется свободное время, и — студенты не дадут соврать — многие начинают работать, пока учатся в вузе. Лишь немногие, даже из обеспеченных семей, действительно могут позволить себе роскошь не заниматься поисками работы. На это есть разные причины: хотят заработать на карманные расходы, снять квартиру, помочь родителям, заплатить за учебу. Или заранее получить полезный опыт: ведь выпускник вуза встречается с проблемами в трудоустройстве, так как часто требуется наличие опыта работы в определенной сфере минимум год.

Но работодатели, которые могут предоставить студенту работу по специальности, не заинтересованы в таком работнике: у него нет опыта, полезных знаний и навыков, два раза в год его приходится отпускать на сессию. Поэтому в основном студентов берут на низкооплачиваемые должности, которые не требуют опыта и квалификации: на рекламные акции, в кафе, магазины, колл-центры, на мелкие должности в офисах. Зарплата на подобных должностях различается по регионам. Например, в Перми студент может заработать в среднем от 2 — 8 тыс. руб. в месяц. Стипендия в 1200 руб. в этом случае составляет существенную долю личного дохода. Её хватает на покупку проездного билета, плюс пару раз сходить в кино или купить пару книг.

Однако работающий студент начинает пропускать занятия. По собственному опыту и опыту друзей скажу, что успешно учиться и работать почти ни у кого не получается: появляются проблемы одновременно с учебой и работой. Но больше всего страдает сам студент, который разрывается надвое, устает и не высыпается. В то же время нарастает недовольство преподавателей и администрации вузов, которые недовольны низкой успеваемостью студентов, отсутствием у них мотивации к учебе. Так, если студент пытается оправдать свою низкую успеваемость работой, то получает неуместный совет: студент должен учиться, а не работать. Но виноваты ли студенты в том, что доходы их семьи низкие, и они хотят обрести материальную независимость от родителей, помочь им или получить опыт работы до окончания университета? Студент не имеет альтернативы, работать или не работать, в современных условиях этот выбор является мнимым: социальные условия вынуждают работать.

Однако вместо того, чтобы бороться за повышение стипендий до реального прожиточного минимума — чтобы студенты могли уделять достаточно времени учебе — администрации вузов начинают применять к неуспевающим студентам санкции. Вводятся различные меры по учету посещения пар, появляется промежуточная аттестация и различные формы контроля над успеваемостью. Часто, не посещая определенного количества пар, невозможно хорошо сдать экзамен или получить зачет, даже если ты учил материал. Просто ты не посещал пары и не сдал нужное количество тестов, контрольных заданий и т. д. Преподаватели часто поддерживают эти меры, считая, что только таким образом можно «вбить» в наши головы знания. Ни к чему хорошему это не приводит.

Отсутствие заинтересованности в учебе — отнюдь не от того, что образование является бесплатным. Напрасно сторонники либерализма говорят, что человек не дорожит тем, что достается ему бесплатно. Во-первых, «бесплатное» образование отнюдь не бесплатно: бюджет во многом пополняется за счет налогов работающих граждан. Во-вторых, можно привести в пример СССР, где высшее образование было доступным, и многие люди получали образование не ради «галочки», как сейчас говорят, а потому что знали, что будут работать по специальности и полученные знания смогут применить на практике. Система государственного распределения не была совершенной, но её достижение было в том, что человеку была гарантирована работа по специальности, постоянный доход и жилье. Он вкладывал силы в учебу. Люди обучались профессии, с которой хотели связать свою жизнь. У современных студентов отсутствует в первую очередь заинтересованность в собственном образовании, так как они знают, что, скорее всего, не будут работать по специальности. Сильнее всего страдают при этом студенты-гуманитарии: филологи, историки, философы, которые пополняют армию «менеджеров по продажам» (при всем моем уважении к людям, которые работают менеджерами по продажам). У студентов нет стимула учиться и заниматься наукой, даже если они хотели бы заниматься научными исследованиями: современное состояние российской науки плачевно, чаще всего нет перспектив для серьезных занятий наукой. Наука, образование, медицина, производство — все общественно-полезные сферы — не являются для страны приоритетными, и молодые специалисты уходят в сферу услуг, торговли или пополняют армию безработных.

Посещение занятий становится просто пустой тратой времени, которое можно было бы посвятить зарабатыванию денег. В этих условиях стипендия является почти единственным фактором, который еще способен стимулировать студента хорошо учиться. Боязнь потерять стипендию заставляет учить материал в ночь перед экзаменом, но именно эта ситуация порождает отношение к зазубренному материалу, характеризуемое простой формулой «сдал-забыл». Учтем также, что на успеваемость студентов, их способность усваивать материал влияет школьная подготовка, которая также в большинстве случаев неудовлетворительна. В российском образовании существует целый комплекс проблем, который нельзя решать изолированно друг от друга. В первую очередь, причиной проблем современного образования является крайне низкое финансирование образования и науки. В 2009 году расходы бюджета на образование составили 4% (388 млрд. руб.), в 2010 году — 3,9% (386 млрд. руб.), в 2011 году планируется 3,4% (465 млрд. руб.). Информация взята из закона «О федеральном бюджете на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов».

Безусловно, идея Дворковича по созданию условий для того, чтобы студент мог работать в университете при кафедре, заниматься научными исследованиями с преподавателем и получать за это деньги, при её осуществлении имеет большие перспективы, как и меры для заинтересованности работодателя в принятии студентов на работу по будущей специальности. Давно следует пересмотреть устаревшую систему университетского образования, в которой почти нет связи между получаемыми знаниями и реальной жизнью. Существующая система прохождения практики на производстве или в школе не является эффективной — это скорее формальность, неудобная как практиканту, так и тому, кто принимает студентов на практику. Но на сегодняшний день ни государство, ни работодатели не заинтересованы в том, чтобы на базе университетов или предприятий студенты могли успешно применять на практике полученные знания и получать за это деньги — не важно, будет ли это зарплата как молодому научному сотруднику или просто стипендия, на которую реально можно прожить. Поэтому предложение Дворковича по созданию условий для занятости студентов является пустыми обещаниями: стипендию отберут, а условий для нормального трудоустройства по специальности как не было, так и не будет.

Дворкович уделяет особое внимание идее ввести систему кредитов на получение высшего образования, при этом условия кредитования либо не разработаны, либо специально остаются в секрете. Неизвестно, кто будет являться кредитором (государство или частная компания), условия кредита (проценты, срок на выплату долга) и т. д. Одно ясно: студент или выпускник вуза должен будет погасить кредит за счет зарплаты. Необходимость выплачивать кредит отрицательно отразится на материальном положении молодежи, так как именно среди молодежи высок процент безработицы. Поскольку из-за отсутствия квалификации и опыта работы студенты или молодые специалисты работают на низкооплачиваемых должностях, кредиты принесут им и их семьям новые финансовые затруднения.

В качестве образцовой часто приводят европейскую систему образования. При этом не учитывается тот факт, что Болонская система была введена, чтобы уменьшить бюджетные расходы на образование: 4 года бакалавриата стоят меньше, чем пять или шесть лет обучения специалиста. Болонский процесс разрушил во многих странах государственную систему образования.

Сокращение бюджетных расходов на образование и последовавшее за ним увеличение стоимости обучения в 2009 году вызвали бурю протестов в целом ряде европейских стран, произошли захваты университетов в Германии, Франции, Греции, Австрии. В декабре 2010 года английские студенты устроили массовые протестные акции против тройного увеличения оплаты за обучение. В акциях протеста против сокращений бюджетных расходов на образование в настоящее время участвуют более 15 тысяч голландских студентов. Европейская молодежь совместно с преподавателями отстаивает свое право на образование и не считает это признаком слабости.

В России человек, выступающий за сохранение или укрепление системы социальных гарантий, рискует получить обвинение в социальном иждивенчестве. Но это не так. Система социальных гарантий нужна для нормального функционирования общества, она позволяет снизить уровень бедности, сохранить достойный уровень жизни для тех, кто временно не может трудиться или вышел на пенсию. Бюджетное финансирование образования создает относительно равные возможности для развития детей из семей с разным материальным достатком. Социальные гарантии — это не подачка на бедность, а заработанные нами деньги. Чиновники и капиталисты любят рассуждать, что тот, кто много и хорошо работает, много зарабатывает, но сейчас ситуация обстоит иным образом: трудящееся население работает много, но зарабатывает жалкие гроши. Чиновники и капиталисты вообразили себя народными благодетелями, которые решают судьбы трудящихся, студентов и пенсионеров, кидая нам всем жалкие подачки из бюджета, словно из собственного кармана, а теперь говорят, что мы недостаточно работаем, чтобы получить наши деньги!

После экономического кризиса 2008 года правительства разных стран, в том числе России, предприняли меры по сокращению бюджетных расходов на социальные нужды. Таким образом, дефицит бюджета, возникший в результате вливания денег в банковскую систему, решается за счет населения. Меры по сокращению бюджетных расходов встретили существенный отпор в странах Европы: всеобщие забастовки прошли в Греции, Испании, Франции и других странах. В нашей стране уже были приняты несколько законов, сокращающих бюджетные расходы: Федеральный закон № 83 (об автономии бюджетных учреждений, подробнее — в специальных статьях об этом законе), Федеральный закон № 343, сокращающий пособия по уходу за ребенком. Новое наступление на бюджетную сферу вполне возможно через отмену стипендий. Пока власти только нащупывают почву, как в ситуации с 60-часовой рабочей неделей, предложенной Прохоровым: смотрят, как население отреагирует. Но при отсутствии общественной негативной оценки предложений Дворковича вполне возможно, что стипендии отменят или создадут новую систему их расчета (например, по модели Высшей Школы Экономики).

Необходимо требовать увеличение финансирования системы образования. Проблему бюджетного дефицита необходимо решать через наполнение бюджета за счет национализации крупных промышленных и финансовых предприятий под контролем трудящихся, а не за счет урезания зарплат бюджетников, пенсий, стипендий и пособий по безработице.

Студенты и преподаватели вузов должны объединиться в комитеты по защите не только стипендий, но и государственной системы образования в целом. Предложение Дворковича вскрывает целый ряд проблем высшего образования. Многие люди уже с негодованием отреагировали на его предложение. Острая реакция вызвана не просто очередной отменой льготы, но общим тяжелым экономическим положением большинства населения, в том числе отсутствием социальных гарантий. Подобные меры чиновников могут встретить отпор со стороны молодежи, недовольной своим положением — безработицей, отсутствием доступного жилья, низким уровнем доходов, фактическим отсутствием трудовых гарантий и т. д.

Элита сможет отправлять своих детей учиться за рубеж, а большинство трудящихся в результате полной коммерциализации образования лишится возможности учить своих детей в университетах. Несколько лет назад наш профессор сказал, что в целом положение населения улучшилось: в 90-е голодные студентки падали в обморок у буфета, теперь такого не происходит. Теперь я понимаю, что голодные не исчезли — просто они больше не учатся в университетах.

Студенческие протесты только тогда приобретут реальную силу, когда к ним присоединятся самые широкие слои населения: работники университетов, родители, старшеклассники, пенсионеры. Ведь проблема образования прямо или косвенно задевает интересы подавляющего большинства населения.