Планета умрет, а Россия станет курортом

Прежде всего, документ констатирует, что глобальное потепление Россию не обойдёт: «значительная часть территории РФ находится в зоне максимальных (как наблюдаемых, так и прогнозируемых) изменений климата». Согласно доктрине, последствиями таких изменений могут стать продолжительные засухи в одних регионах и наводнения в других; повышение пожароопасности в лесных массивах; нарушение экологического равновесия; вытеснение одних биологических видов другими; распространение инфекционных и паразитарных заболеваний и многие другие.

О таких последствиях глобального потепления как затопление островов в Карибах и южной части Тихого океана или голодные бунты, связанные с резким скачком мировых цен на пшеницу, рис и кукурузу — о подобных последствиях документ умалчивает, что и понятно: Карибские острова находятся за границей Российской Федерации, а спасение планеты — за рамками обязанностей её президента. Эта установка нашла своё отражение и в доктрине: один из основных её принципов — «приоритет национальных интересов в разработке и реализации государственной политики в области климата». Россия не намерена ограничивать свой экономический рост ради того, чтобы снизить выбросы парниковых газов, заявил советник президента РФ по климату Александр Бедрицкий. Утверждённый документ предполагает лишь «адаптацию российской экономики к текущему и ожидаемому изменению климата» (министр природных ресурсов и экологии РФ Юрий Трутнев). Поэтому доктрина — бумажка ни к чему не обязывающая: по словам министра, ни в какие дополнительные расходы бюджету страны она не обойдется.

Ещё один из основных принципов доктрины — «всесторонность учета возможных потерь и выгод, связанных с изменениями климата». К возможным «позитивным последствиям» относятся: уменьшение расходов на отопление, расширение зоны, пригодной для сельского хозяйства, увеличение водных ресурсов, облегчение доступа к арктическим шельфам и их освоения и др.

Представить дело таким образом, будто глобальное потепление сделает из холодной России один большой курорт с плодородными землями — самый удобный и выгодный для буржуазии, и в то же время самый предсказуемый шаг. Предсказуема и попытка отрицать «влияние человека на климатические изменения», ведь признать это влияние, значит подписать приговор капитализму, уничтожающему планету ради минимизации своих издержек.

Д. Медведев отметил, насколько сейчас «разогрет интерес» к теме экологии и продолжил: «…во всем этом я уже чувствую привкус денег. Иначе бы так рьяно этим не занимались». Именно запах денег заставляет глав государств и крупнейших компаний просчитывать «позитивные последствия» глобального потепления: возможность торговать эмиссионными квотами или разрабатывать арктические нефтяные ресурсы — каждый игрок здесь ищет своих выгод. При оценке же негативных последствий, таких как «рост числа смерчей, ураганов и других подобных природных явлений» министры лишь называют ущерб, исчисляемый в миллиардах рублей — именно это их волнует прежде всего. Количество человеческих жертв в официальных выступлениях не упоминается. При таких приоритетах катастрофа, открывающая новые рынки и новые прибыли, выгодна капиталистам.

Таким образом, угроза экологической катастрофы ставит под сомнение не только «социальную ответственность» отдельного бизнеса, но и эффективность всей капиталистической системы. И это понимают и протестующие в Копенгагене, и сами буржуа: Юрий Трутнев заявил во время выступления на климатической конференции ООН, что проблему изменения климата нельзя использовать в качестве предлога для ограничения свободы торговли. Что бы ни стояло на кону — капиталисты будут придерживаться своего курса.

Большинству населения России, также как и всей планеты необходим совершенно иной курс — курс на максимальное сокращение вредных выбросов в атмосферу. Необходима полная реорганизация и переоборудование промышленности для введения зеленых технологий под контролем экологических организаций и управлением со стороны организованного рабочего класса. Это первые необходимые меры по экстренной реанимации климата. За ними должны последовать другие: по спасению экосистемы — очищению лесов, морей и рек; по спасению биологических видов, находящихся на грани полного вымирания. Но все это противоречит капиталистической логике: рынок, где миллионы разрозненных хозяйств ведут борьбу только за свои прибыли, органически не способен на подобные меры, подразумевающие скоординированную, плановую деятельность по спасению земли. Поэтому борьба за планету сегодня — это борьба за демократическую плановую экономику, останавливающую хаос рынка и дающую шанс провести все необходимые меры по защите окружающей нас среды.