В нашей стране у властьимущих не принято брать ответственность за безопасность граждан на себя, признавать свою вину, уходить в отставку. Зато принято использовать даже самые страшные трагедии в интересах укрепления собственной власти, для «закручивания гаек».
Интернет-форумы и блогосфера наиболее чутко реагировали на прошедшие теракты (80% записей в блогах в понедельник были посвящены трагедии в метро). Кроме страха, сожалений, обвинений и ругательств, многие участники дискуссий возмущаются «политизацией» трагедии. Увы, поспекулировать в таких случаях на трагедиях людей готовы многие, в первую очередь сами власти, озабоченные своим имиджем и рейтингом. Однако без «политики» не понять ни трагедии 29 марта, ни проблемы террора в целом, потому что как на проблему не взгляни — политика там повсюду.
Основные дискуссии разгораются вокруг вполне понятных в таких условиях вопросов: как это произошло, кто виноват, можно ли было избежать трагедии и — в меньшей степени — что делать? Кто реально стоит за взрывами: ультраправые, исламисты или спецслужбы — вопрос действительно важный. Однако главное, какова будет официальная версия, и кого большинство будет считать виновниками трагедии.
В условиях, когда дают о себе знать последствия экономического кризиса, когда тысячи людей выходят на улицы в Архангельске, Орле, Калининграде и других городах, протестуя против повышения тарифов, когда каждый новый случай беспредела со стороны силовых структур вызывает бурю возмущения, когда даже на контролируемых выборах партия власти не может обеспечить себе необходимый процент голосов, взрывы в метро очень органично вписываются в картину надвигающегося хаоса.
Как показывает опыт, чтобы укрепить позиции, когда почва под ногами правящей верхушки становится слишком зыбкой, она нередко создаёт образ внешнего или внутреннего врага, чтобы посеять страх и представить себя единственным защитником беззащитных граждан.
Странно скорее то, что терактов в Москве до сих пор не было. Сейчас уже кажется, что, если б взрывов не случилось, то властям следовало бы их придумать.
На фоне беспрерывной бойни на Северном Кавказе, которая в последнее время вошла в более горячую фазу, теракты не стали неожиданностью, как и то, что никакие силовые ведомства, так много уделяющие внимания борьбе с оппозицией под видом борьбы с «экстремизмом», не предотвратили взрывов, хотя второй взрыв, прогремевший на станции «Парк культуры», произошёл спустя более 40 минут после первого взрыва на той же самой ветке метро.
Чему действительно многие удивились, так это скорости реакции силовых и прочих служб, в том числе в озвучивании версии. О «кавказском следе» стали говорить спустя самое короткое время после взрывов, хотя обычно в таких случаях власти совсем не торопятся.
В способность же властей обеспечить безопасность люди верят меньше всего: «Вот как отреагировал наш невозмутимый Старший Гном: „Террористы будут уничтожены“. Какое ценное заявление, даже ценнее, чем „она утонула“. Он же всегда отвечает за каждое свое слово, на ветер не бросает. Мужик! Прям отлегло. Я с легким сердцем сяду в метро и сделаю свою пересадку на Лубянке, потому что все „террористы будут уничтожены“ в ближайшее время, думаю, часам к 5-и уже, не позже. То все руки просто не доходили, а теперь быстренько пробегутся превентивно по сортирам — и всех там замочат. И в наших душах воцарится мир, как в Чечне». (блоггер a-zov)
«Хватит раскачивать лодку!»
Прокремлевские силы уже пытаются использовать трагедию в своих политических целях.
Руководитель православного корпуса «Наших» Борис Якеменко пишет: «В последнее время т. н. „оппозиция“ (т. е. грантополучатели, фашисты, националисты, „правозащитники“ своих, коррупционеры, посетители борделей и наркоманы) принялась усиленно расшатывать стабильность. Истерия создается вокруг каждого незначительного случая, людей под любым предлогом тащат на митинги именно „против режима“». По мнению Якеменко, оппозиция, у которой нет никакой программы и цель которой уничножение порядка любой ценой, дискредитирует самые лучшие начинания правительства и устраивает травлю милиции, именно на счету оппозиции жизни мирных людей.
Что же делают сами охранители «порядка и стабильности» не на гранты, а на бюджетные, т. е. наши с вами деньги? Как и после «Невского экспресса», неожиданно оказывается, что все «правильные» силы уже через два дня готовы провести массовую акцию против террора и устроить сбор крови для пострадавших. На этот раз в такую акцию срочно переквалифицировали «массовые мероприятия» 31 марта, которые изначально призваны были не допустить на Триумфальную площадь оппозиционеров, ратующих за свободу собраний.
Якеменко вторит Ирина Яровая, зампред комитета ГД РФ по конституционному законодательству и госстроительству, координатор Государственно-патриотического клуба «Единой России»: «Попытки раскачивания политической ситуации, нагнетания в обществе негативных настроений, это, в конце концов, приводит и к таким трагическим последствиям (…) Сегодня всем политическим силам России необходимо остановиться, осмыслить свои заявления и действия».
Сигнал Кремля принят. Околокремлёвские силы призывают «мочить» оппозицию.
Что день грядущий нам готовит? Ранее в подобных случаях отменяли выборность губернаторов, вводили федеральные округа, делили их, укрепляли «вертикаль власти». Что завтра? — «Чрезвычайные меры безопасности», «усиление антиэкстремисткого законодательства», «ужесточение паспортного контроля», «проверка организаций и общественных объединений»? Или власти «удивят» нас чем-нибудь новеньким?
Фашисты потирают руки
Увы, нынешний теракт, как и многие прежние, добавят очков ультраправым, которые уже используют возможные информационные ресурсы, чтобы пропагандировать свой «социализм для дураков».
СМИ и блоггеры передают со слов очевидцев, что в московском метро уже происходят нападения на кавказцев, были избиты «девушки в платках». Скорее всего, новая волна шовинизма захлестнёт город в ближайшее время. И сколько бы не сажали бонхедов, новые нацистские «санитары» отправятся на зачистки, и список жертв сегодняшних взрывов в столице будет пополняться.
Уже слышатся призывы возвести стену, отгородиться от кавказских республик, ужесточить паспортно-визовый режим. Совсем не странно уже, что крайне правые призывают «перенимать израильский опыт», создавать на Северном Кавказе бантустаны по типу Сектора Газа или Западного берега.
И если одна из лучших милитаристских машин в мире при поддержке американского империализма не способна в течение десятков лет прекратить насилие на крохотной территории Израиля/Палестины, то к чему могут привести подобные «рецепты» в российских условиях, при том разложении в армии и силовых структурах, можно себе представить.
После двух чеченских кампаний власти не готовы пойти на третью «северокавказскую», но силовые «меры», очевидно, приниматься будут, а значит, молодые парни будут уходить в леса, а смертники и смертницы взрывать себя не только в кавказских городах, но и московском метро.
Любые силовые меры контроля, если и смогут обеспечить кратковременное затишье, в конечном счете будут способствовать усилению насилия и террора, и этой кровавой бойне не будет конца, если не начать борьбу с реальными причинами, а не следствиями второго и третьего порядков, если бороться с жертвами и исполнителями, а не с реальными зачинателями.
Кавказ — территория без надежды
Прошло всего несколько месяцев после взрыва «Невского экспресса», и террор добрался до столицы. После ужасного теракта в метро в 2004 году Москву снова обуял страх. Не секрет, что одним из факторов популярности Путина наравне с относительной экономической стабильностью (на фоне лихих 90-х) было и определённое ощущение безопасности. Конечно, были при экс-президенте и «Норд-Ост», и Автозаводская, но в то же время могло казаться, что война на Кавказе близится к завершению, а эти трагедии — её последние отголоски.
Однако мало кто решится сказать сегодня, что в последние годы никакой войны на Северном Кавказе не было. Перманентные зачистки, операции, взрывы, нападения, убийства на фоне нищеты, безработицы, тотальной коррупции, репрессий — что это, как не война?
Не мудрено, что именно в период бурного роста экономики, вливания определённых сумм в развитие региона (которые были «процежены» через местные коррумпированные верхушки), удалось на время притушить, казалось бы, основные очаги. Однако сегодня можно утверждать, что война не прекращалась вовсе, и разгорелась с новой силой в период кризиса. Могло ли быть по-другому, если даже по официальным данным, безработица в Чечне в конце прошлого года составляла 32%, в Ингушетии — более 56%, в среднем по округу — более 20%!
После «Невского экспресса», отчаявшись обуздать насилие, власти решили пойти на новые административные меры. От Южного федерального округа была отсечена территория совсем безнадёжная — Дагестан, Чечня, Ингушетия, Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия были выделены в Северо-Кавказский федеральный округ. Ставропольский край был, как считают многие, добавлен только затем, чтоб было где посадить нового «генерал-губернатора» и разместить «центр», чтоб ненароком не посеять рознь между местными национальными элитами.
Даже сами власти уже не верят в то, что ситуацию на Северном Кавказе можно реально улучшить. Именно поэтому не так просто было найти подходящую кандидатуру на пост полпреда президента на Кавказе, ведь согласие занять эту должность фактически означает политическое самоубийство.
Национальный вопрос, вставший так остро лишь в период становления капитализма, так и не был успешно решён нигде, даже в самых развитых странах, чего уж говорить о Кавказе или Балканах, переживших восстановление капитализма одновременно с десятками кровавых конфликтов и войн.
Можно ли положить конец террору?
Даже те, кто сейчас говорит об ужесточении мер безопасности, не верит в их эффективность. Хотя именно такой подход, когда за очередной трагедией следует новый виток мер, призванных «обеспечить безопасность», считается единственно логичным и реалистичным. Таким «реалистам» рассуждения о глубинных причинах террора кажутся слишком абстрактными, им хочется скорых и жёстких мер — облав, арестов, расправ, «выкорчевывания из нор» и «мочения в сортире». Однако атмосферу нищеты, безнадёжности, страха и ненависти, которая формировалась годами, не рассеять в одночасье, сшибая вершки.
Стоит ли удивляться теперь, что после терактов, когда было парализовано движение по центральной части Сокольнической линии метрополитена, многие таксисты взвинтили цены на свои услуги в 10 раз? Раз акулы крупного бизнеса наживают на кризисе — трагедии десятков миллионов — миллиарды, почему мелкие агенты капитализма не должны использовать трагедию десятков, чтоб заработать тысячи? Увещевания политиков и иерархов церкви на этом фоне звучат цинично. Конечно, не все таксисты были столь скаредны. Однако и о настоящей солидарности с пассажирами говорить не приходится, ведь она не рождается просто на трагедии, настоящая солидарность рождается в настоящей борьбе.
Такая солидарность будет уже показателем роста сознания. Сегодня же российское общество атомизировано и разобщено, это проявилось и в восприятии трагедии, как суммы личных трагедий или страхов: «я мог бы быть на их месте», «мой родственник мог бы…». Однако трагедия в том, что мы все — простые трудящиеся, спешащие в 8 утра понедельника на работу, студенты — к первой паре — мы все потенциальные жертвы, мы все — на «их» месте.
Однако причина такого положения, периодически приводящего к трагедиям, — не в доведённых до безумия террористках-смертницах (если они действительно были), не в террористическом подполье, западных спецслужбах и даже не в «кровавой гэбне». Всё перечисленное — тоже следствия разных порядков. Главные же причины кроются в той нищете, отчаянии, унижении, бесправии и безысходности, в котором проживают миллионы граждан в нашей стране. И не только на Северном Кавказе.
Потому борьба с террором за настоящую безопасность сегодня — это солидарная интернациональная борьба против нищеты и бесправия, создание рабочих мест, строительство школ и больниц. Если мы хотим вырваться из порочного круга насилия, хотим реальной безопасности и процветания, то недостаточно просто сменить нескольких чиновников или даже всё правительство, реформировать силовые структуры, как требуют и левые, и правые оппозиционеры. Никакие чиновники и силовики не защитят нашу безопасность, пока существуют глубинные причины, порождающие террор и насилие, пока государство и капитал могут безнаказанно использовать это насилие в своих интересах.
Самый эффективный способ покончить с этим — разрушить систему, порождающую террор, заменить хищнический и гангстерский капитализм демократически управляемой плановой экономикой на основе общественной собственности, которая в свою очередь не оставит шансов коррупции, безработице, нищете и авторитаризму, питающим насилие и террор.
30 марта 2010
