Vox pópuli vox Déi?

Восстановление по-русски

Сказать, что Южная Осетия находится в зависимости от России, это значит практически ничего не сказать. Потому что в условиях, когда на протяжении 20 лет 400 км осетинско-грузинской границы периодически превращаются в линию фронта, а проходящие через нее основные транспортные коммуникации перерезаны чуть ли не с 1990 г. Вся экономическая жизнь республики висит на тонкой «ниточке» Транскавказской автомобильной дороги, связывающей ее с Северной, — российской, — Осетией. Соответственно, единственная валюта, имеющая хождение в республике, — российский рубль и единственную статью экспорта — сельхозпродукцию — Ю. Осетия тоже может направлять только в Россию.

Война 08.08.08., кроме многочисленных жертв, разрушений и беженцев, породила еще и весьма специфический рынок под названием «восстановление республики», все позиции на котором, в силу описанных выше причин, разумеется, достались исключительно российским фирмам. Но и здесь существуют свои нюансы.

«Цена вопроса» для российского бизнеса в Южной Осетии, с ее слабой инфраструктурой и численностью населения, равной среднему российскому райцентру, сама по себе не так уж и высока — от 10 до 14 млрд. руб. Сопоставимо с последними потерями Роскосмоса, один «Фобос-грунт» обошелся которому в сумму примерно 5 млрд. руб. Гораздо ценнее она с политико-стратегической точки зрения — как российский плацдарм по ту сторону Главного кавказского хребта, наряду с Абхазией позволяющий российскому империализму зажать в «клещи» строптивую Грузию с ее нефтепроводами, железнодорожной веткой в Армению и т. д.

Недаром же в числе перспективных, но пока нереализованных проектов — строительство ОАО «РЖД» железнодорожной ветки до Цхинвала с российской стороны, а Спецстроем российского Минобороны — «удлинённой взлётно-посадочной полосы к северу от Цхинвала, на месте бывших сёл Тамарашени и Ачабети, способной принимать самые тяжёлые транспортные самолёты». Возить ими предполагается, само собой, отнюдь не фрукты.

Но и в отношении мирных объектов — школ, жилых домов, и тому подобного российский капитал при поддержке российского же государства быстро показали жителям Южной Осетии, кто в их доме хозяин. С самого окончания войны «восстановление Южной Осетии» проходило… без какого-либо участия органов власти Южной Осетии. Сперва «освоением средств» занимался российский Государственный Комитет по восстановлению республики Южная Осетия. Когда же югоосетинская сторона тактично намекнула, что несмотря на выделение 1,5 млрд. руб., спустя три месяца работы так и не начались, его быстренько заменили на специально созданное ГУП «Южная дирекция программ и проектов» при Минрегионе РФ — типичная посредническая контора-«крыша» для привлечения «нужных» строительных фирм-субподрядчиков. Говоря об их работе даже президент Ю. Осетии Э. Кокойты вынужден был признать, что «эти фирмы и отдельные люди… оставили в республике такой след, что о них вспоминать никто не хочет». При этом замминрегиона Р. Панов в одном из интервью цинично пояснил, что наиболее важные объекты инфраструктуры — связь, дороги и т. д. «… не будут передаваться в собственность республики. Они останутся в собственности Российской Федерации».

И только спустя более чем два года, когда большая — ударение поставьте кому как больше нравится — часть средств из выделенных российским бюджетом 10 с лишним млрд. руб. «на восстановление» была уже «освоена» в неизвестном направлении, к участию в «восстановительном процессе» соблаговолили-таки допустить представителей восстанавливаемой республики. С судьбой денег сегодня разбирается прокуратура — естественно, тоже российская — в рамках 10 уголовных дел. Журналисты умудрились выяснить, что на одну проверку деятельности «Южной дирекции» придется потратить еще порядка 41 млн. руб.

Гримасы колониальной политики

Экономическая зависимость почти с силой природного закона порождает и зависимость политическую. В условиях, когда независимость Южной Осетии признали кроме РФ всего четыре государства — Венесуэла, Никарагуа, Науру и Тувалу — не приходится удивляться, что Россия представала до недавнего времени для всех политических сил в республике суперарбитром в их спорах. И, конечно, вполне беззастенчиво этим пользовалась.

Нынешний президент Ю. Осетии Э. Кокойты — в прошлом питерский бизнесмен, премьер В. Бровцев — глава строительной фирмы из Челябинска, экс-министр обороны и нынешний оппозиционер А. Баранкевич — генерал российской армии. «Победивший» кандидат в президенты — о чем пойдет речь ниже — А. Бибилов просто и откровенно признался в одном из интервью: «Почему мне должно быть неприятно, что меня поддерживает Москва? Она имеет право иметь свои интересы в Южной Осетии». И даже кандидат от оппозиции Алла Джиоева была вынуждена называть себя «россиянкой по паспорту и по духу».

Поддержать кандидата, поддерживающего российские интересы, приезжали С. Шойгу, Ф. Клинцевич, К. Косачев — председатель международного комитета Госдумы, С. Нарышкин — все как один «родные, милые лица» из Единой России. А. Бибилова, кстати сказать, тоже выдвинула партия с говорящим названием «Единство». И А. Бибилов, не стесняясь, рассказывал о связях своей партии со старшей российской «сестрой»: «Между „Единой Россией“ и „Единством“ есть соглашение — они будут поддерживать своего почти однопартийца».

Отметился и «сам» Д. Медведев, во время своего визита в расквартированные в республике части российской 58-й армии «совершенно случайно» нашедший время встретиться с А. Бибиловым. Для встреч с другими кандидатами у него, также совершенно случайно, времени не нашлось.

Беженцам из Южной Осетии, проживающим во Владикавказе, активно раздавали российские паспорта — единственный документ, по которому можно быть включенным в список избирателей. Правда, значительная их часть не смогла попасть к урнам из-за снежных заносов на горном «серпантине», соединяющем Северную и Южную Осетии. Другую часть беженцев, проживающую в Грузии, понятное дело, к урнам никто и не звал.

Казалось бы, в таких условиях московским властям можно было бы и не опасаться за судьбу своих ставленников. «Если эти выборы будут нечестными, то на этом закончатся все разговоры о том, что Южная Осетия — независимое государство» — подытожил один из лидеров оппозиционных партий. Однако, в расчет оказалась не принятой сущая «мелочь» — мнение рядовых жителей республики. И совершенно напрасно.

Vox pópuli?

Победа во втором туре президентских выборов кандидата от оппозиции Аллы Джиоевой стала для властей по обе стороны Кавказа неприятным сюрпризом — под угрозой оказалась хорошо налаженная система политических и коррупционных связей. По тем данным, которые успел огласить Югоосетинский ЦИК, разрыв между кандидатами достиг 16% — весьма внушительная цифра.

Но дальнейшие события показали, что участвовать в выборах, устроенных нынешними российскими властями и их ставленниками — все равно, что садиться за карточный стол с шулером, у которого в одном рукаве крапленая колода, а в другом — кастет. Причем, и то, и другое будет пущено в ход без особых раздумий.

И как бы ни голосовали избиратели, и что бы ни говорили международные наблюдатели — когда на кону оказываются миллиарды и «высшие государственные интересы», их взгляды мало кого волнуют. В России издавна известно, что на выборах побеждает тот, кто подсчитывает голоса. «Российские спецслужбы все эти дни обрабатывали членов ЦИК» — заявил в своем интервью осведомленный оппозиционер Баранкевич. Когда же обработка не дала желаемого эффекта, это тоже не стало проблемой — в ход пошел Верховный Суд, — видимо, более удачно «обработанный». А он, в свою очередь, по жалобе партии «Единство», результаты выборов отменил и запретил оглашать их результаты. Предлогом стали нарушения в ходе голосования — подкуп избирателей, которого, если верить наблюдателям и СМИ, в день выборов никто не фиксировал. Дело рассмотрели в отсутствие Джиоевой и ее представителей, выборы перенесли на 25 марта, а ей самой — для надежности — запретили баллотироваться повторно.

Возможно, в другое время это и сошло бы всем с рук, но не сегодня, когда во всем мире миллионы выходят на улицы, а диктаторские режимы с многодесятилетним стажем падают один за другим. Оказавшись перед лицом многолюдных — по местным меркам — протестов, обе стороны по привычке сделали первое, что пришло в голову — обратились за посредничеством к Кремлю. Впрочем, ответ оттуда пришел тоже ожидаемый.

«Для этого (сохранения спокойной обстановки — Л.С.) необходимо, чтобы все общественно-политические силы уважали принятые в соответствии с законом решения высших органов власти», — цитирует ИТАР-ТАСС ответ российского МИДа.

И в этом вся философия российских властей. Казалось бы, даже с ограниченной точки зрения буржуазной демократии, выборы для того и нужны, чтобы избиратели могли определить, кто же именно будет входить в «высшие органы власти». Не тут-то было! Оказывается, не органы власти должны уважать волю избирателей. Все с точностью до наоборот — «все общественно-политические силы», — читай избиратели — должны уважать решения высших органов власти. Капиталисты и чиновники давно уже смотрят на выборы как на досадную помеху своим планам. И если воля избирателей расходится с «решениями высших органов власти» — тем хуже для избирателей. Это в каком-нибудь языческом Древнем Риме глас народа мог считаться голосом бога. Наш «солидный господь для солидных господ» скорее следует советам монаха Алкуина, а потому говорит исключительно голосами премьеров, президентов и верховных судей.

«Мы готовы на все, мы не позволим отнять у нас победу, мы заслужили свободу от этой банды… Почему Россия опять хочет поставить человека, который будет воровать? Вашим приятно, что их деньги воруют?» — негодуют на площади рядовые осетины.

Это наивные осетинские избиратели могут удивляться — как Россия поддерживает настолько коррумпированных кандидатов? С точки зрения российского империализма, чем кандидат коррумпированнее, тем надежнее. Ведь кандидат, избранный избирателями, должен считаться с избирателями. А вот кандидат, избранный избирателями с подачи российской дипломатии и российского бизнеса — в первую очередь с мнением российской дипломатии и российского бизнеса. И уже только с их благословения ему, может быть, будет позволено подумать и об избирателях тоже.

В этом смысле выборы в Цхинвале отличаются от каких-нибудь тюменских, брянских или тамбовских лишь в том смысле, что трудящимся Южной Осетии только еще предстоит осознать простую истину, которую на своей шкуре давно прочувствовали российские трудящиеся — что «высшим органам власти» глубоко наплевать на их мнение.

«За что мы боролись двадцать лет? За что нас бомбили и расстреливали в августе 2008-го?» — вправе спросить (и спрашивают) рядовые осетины. За наши 9 миллиардов, — могли бы ответить «высшие органы власти» и российский бизнес. За то, чтобы уважать решения посаженных нами высших органов власти — фактически отвечает российская дипломатия.

Или мы, или гражданская война — шантажируют осетинских трудящихся «высшие органы власти». Или они, или гражданская война — подтверждают из Москвы.

Не приходится сомневаться, что одного намека с российской стороны было бы достаточно, чтобы осетинский верховный суд нашел какую-нибудь юридическую закорючку для пересмотра своего решения. Но намека не последовало — Москва уже сделала свой выбор. Несмотря на массовые протесты, 6 декабря Верховный суд отказал Джиоевой во встречной жалобе.

Оранжевый снег

Сознание, как известно, определяется бытием. В том числе и политическим. Естественно, Джиоева — никакой не революционер, а бывший деятель кокойтовской администрации, по каким-то своим причинам рассорившаяся с Э. Кокойты и тем заработавшая имидж оппозиционерки. Возможно, она была бы и рада «слить» протест. Но люди, вышедшие на площадь, категорически отказались сливаться. Главным фактором стали рядовые участники, которые относятся к своему протесту серьезно, — а трудящиеся всегда относятся к подобным вещам серьезно, — пусть даже для их лидеров это не более чем «бунт на коленях». Пороховые газы не задумываются о качестве пули, которую выталкивают из ствола.

После того как протестующие едва не взяли штурмом здание ЦИК с находившимся в нем президентом Кокойты и были остановлены только стрельбой в воздух его личной охраны, среди местной «властной вертикали» начались метания. Причем мечутся обе стороны.

Э. Кокойты перед выборами и сразу после них метал громы и молнии в адрес «темных сил», которым нужно дестабилизировать ситуацию. Чуть позже «темные силы» обрели некоторые более ясные очертания и превратились в «агентов Грузии». Но откуда бы они взялись после стольких «этнических чисток»? Сегодня он уже говорит об «оранжевой революции», — которую СМИ уже окрестили «снежной», — и ведет переговоры с оппозицией при посредничестве чиновника Администрации президента РФ. Причем, судя по последним новостям, уже начались отставки местных чиновников и сам Кокойты заявил о готовности покинуть свой пост, оставив за себя В. Бровцева — по слухам, одного из главных героев коррупционных скандалов.

Российские власти, со своей стороны, одной рукой посредничая на переговорах, другой стремительно вводят карантин против «оранжевой заразы» — арестовывают во Владикавказе оппозиционных журналистов, глушат связь и перекрывают границы.

Алла Джиоева, в свою очередь, то пишет верноподданнические письма президенту РФ и просит сторонников разойтись, то собирается стоять до конца и провести 10 декабря свое вступление в должность, то просить где-нибудь политическое убежище. И только рядовые участники действительно стоят до конца и своей энергией толкают события вперед. Ведь чтобы официальные оппозиционеры наконец заговорили об отставке президента, эти требования должны были прокричать люди на площади.

Большое видится в малом. В событиях на площади Цхинвала отражаются Тахрир, Синтагма и «движение возмущенных». Люди точно знают чего они не хотят — коррупции, бедности и попрания своих демократических прав. Остается только понять, как этого достигнуть. Разумеется, останься эти протесты в рамках изолированного анклава, российский империализм найдет 1001 способ навязать свою волю. Решающее слово в борьбе должны будут сказать трудящиеся России и Грузии — без их союза в борьбе против своих правительств никакое самоопределение на Кавказе вообще не будет возможно.

P. S.

Когда эта статья была уже в основном написана, снежные тучи начали собираться не только над Цхинвалом, но и над Москвой. Ласточки не делают весны. Но весна все равно приходит.