Русский марш и опыт борьбы против Лиги Защиты Англии

С 4 ноября 2005 года ультраправыми проводится ежегодный Русский марш. В этот день отмечается День национального единства, который приурочен властями к освобождению России от польской оккупации. Однако в среде самих правых есть четкое понимание, что власти этим праздником хотели стереть из памяти другую дату — 7 ноября 1917 г., а потому естественно считают, что новым праздником властью отпущен карт-бланш именно ультраправым с их антикоммунистическими идеями.

Исходя из материалистического понимания истории, цели великодержавного национализма в классовом обществе отражают желание капиталистов удешевить наемный труд и сохранить классовое господство. Особенно четко это проявляется в периоды экономических кризисов. До 2008 года открытый национализм в России был уделом экстремистов, зарабатывающих на жизнь запугиванием гастарбайтеров, отваживавшихся поднимать голос против нечеловеческих условий труда. Экономический кризис привел к угрозе «пролетаризации» среднего класса и банкротству мелкой буржуазии, ранее паразитировавших на труде рабочих как своей национальности, так и мигрантов. Альтернативой для этих слоев логично выступает идея национального единства (читай, превосходства), то есть, по сути, реваншистское желание вернуть себе прежнее «теплое» место в обществе, прикрывшись пафосной риторикой. Любимое националистами противопоставление «мы не фашисты, а здоровые националисты», на деле оказывается несостоятельным. С позиций диалектического материализма, национализм отвечал задачам эксплуатирующих классов в период ликвидации феодальной раздробленности при еще слабых и неразвитых рыночных отношениях. База фашизма — мелкая буржуазия и т.н. средний класс, перед угрозой разорения обращаются к национализму, но лишь в форме скрытой мольбы к всесильному авторитарному государству крупных собственников впихнуть себя в политическую систему империализма и глобального рынка. Очевидно, что идеология национализма в реалиях современных рыночных отношений не имеет почвы для самостоятельного развития. Получив реальную политическую власть, национализм логично перерождается в фашистский режим, противостоящий уже не столько мигрантам, сколько всему рабочему классу в целом.

Статистика Русских маршей (РМ) прекрасно иллюстрирует вышесказанное. В 2005—2008 гг. (бурный экономический рост) РМ собирал всего 4–5 тыс. участников. 2008 год (начало кризиса) дает цифру всего 1500 участников при 800 задержанных, что отражает тревоги правящего класса и временный отказ от заигрываний с националистами. Продолжающийся и углубляющийся кризис, разорение среднего класса и мелких собственников привлекает к националистам уже реальный политический электорат. Необходимость противостоять будущим рабочим протестам привлекает к националистам и внимание со стороны правящего класса. Логично, что в 2009 г. РМ мобилизует уже 8 000 человек, в 2010 г. — 23 000 человек, при малом числе задержанных и распространении географии РМ на многие российские города.

Реальность политических перспектив в условиях затяжного кризиса и обесценивания традиционной буржуазной политики толкает к изменению тактики не только националистов в России, но и в других странах. В Англии, например, аналогом Русскому маршу можно считать уличные шествия, устраиваемые Лигой Защиты Англии (EDL), ультраправой организацией, основанной в 2009 г. Формально целью EDL является противодействие распространению в Англии исламского экстремизма. Однако EDL возникла после протеста исламской общественности по поводу действий британской армии в Афганистане, что само по себе было вызовом скорее не «английскому образу жизни», а политике правящего класса. Вкупе с информацией, что одним из основных идеологов организации является Алан Лэйк, советник в партии Шведских Демократов, нетрудно предположить роль буржуазного истэблишмента в формировании EDL. С другой стороны установлено, что с EDL поддерживал связи норвежский террорист Андреас Брейвик. Лавирование между крайним экстремизмом одиночек, составляющих идейное ядро, мелкобуржуазным электоратом и правящим классом (крупной буржуазией) — и есть основа новой тактики националистов как в России, так и в странах Европы.

Общего действительно немало. Прежде всего, это сплочение националистов под одним популистским требованием, рассчитанным на быстрое привлечение в движение неполитизированных новобранцев (программа для среднего класса). Для EDL это противодействие исламизму, для участников Русского марша — проблемы миграции и этнопреступности. Обязательно все это маскируется внешней респектабельностью, чтобы не испугать правящий класс. Ну и, разумеется, не остаются без работы и экстремисты, которые составляют боевое и часто нелегальное крыло националистических организаций, выполняя «черную» политическую работу (как убийство С. Маркелова в России).

Как борются с EDL в. Англии? Левые и антифашисты мобилизуют население районов, в которых проводятся шествия EDL, с целью их блокирования. Опора в организованном рабочем классе, и без националистов каждый день ощущающем на себе вполне фашистскую иерархию боссов и сытом ею по горло, а также активное участие самих мигрантов и дискриминируемых групп в противодействии националистам оставляют EDL немного места для маневров. В России однако положение иное. Рабочий класс атомизирован и дезорганизован, идеология большинства левых невнятна, не выражает интересов рабочих, а потому националистам удается получить влияние даже в рабочей среде. Блокирование РМ силами левых без поддержки рабочих вряд ли будет успешным. К тому же левые недалеко ушли от ультраправых и отказываются придать борьбе с национализмом и фашизмом ярко выраженный политический и классовый характер. При таком раскладе левые превращаются в кучку хулиганов, устраивающих невнятные провокации.

В сложившихся условиях КРИ призывает левых покончить с аполитичным антифашизмом. Коалиция антифашистов должна строиться на принципиальных политических позициях как Единый Фронт, иметь классовую программу и базу в рабочем движении. Чтобы в дальнейшем иметь силы сдерживать фашистскую агрессию, уже сегодня надо вести агитацию в спальных рабочих районах, не бояться вступать в дискуссию с местными жителями, разъяснять нашу программу, предлагать организовывать рабочие дружины по противодействию агитации националистов. Необходимо вести эту дискуссию и в профсоюзах, выкорчевывая там шовинистические взгляды, что возможно сделать только представив ясную классовую политическую программу для рабочего класса. Эта работа должна вестись постоянно и с таким расчетом, чтобы уже в следующем году участники РМ ясно увидели, что рабочие в Люблино, Марьино или Капотне им вовсе не рады.