Россия для...

Акция протеста была ответом на произошедшее накануне убийство болельщика футбольного клуба «Спартак», 28-летнего Егора Свиридова. Официальные данные следствия таковы: в ночь на 6 декабря на автобусной остановке произошла драка между болельщиками «Спартака» и уроженцами Северного Кавказа, один из кавказцев открыл стрельбу из травматического пистолета — в результате Свиридов погиб, а его товарищ до сих пор лежит в реанимации.

7 декабря около 1000 человек (большинство — болельщики московских футбольных клубов) собрались у здания Головинской межрайонной прокуратуры, расследующей убийство. Вдова погибшего сообщила, что следствие под надуманными предлогами не соглашается выдать ей тело. К тому же, под арест попал только убийца — все остальные участники драки находятся на свободе и проходят по делу как свидетели. Ходят слухи, что дело хотят «заволокитить». Спустя полчаса толпа неожиданно перекрывает Ленинградский проспект (по словам некоторых СМИ — несмотря на увещевания вдовы и друзей Свиридова) и… устраивает стихийное шествие, скандируя расистские лозунги.

По словам газеты «Московский комсомолец», милиция сразу после убийства начала вести с болельщиками профилактические беседы — так что, вероятно, имела представление о настроениях в их среде. Скорей всего, не ускользнули от внимания полицейских и сообщения на фанатских сайтах с призывами выразить протест. Тем не менее, ОМОН вмешался, если это можно так назвать лишь когда болельщики уже шествовали по Ленинградскому проспекту. По словам СМИ, полицейское начальство командовало по рации ни в коем случае не предпринимать силовых действий, а проявлять терпение. С протестующими поговорили по душам, уговорили разойтись и задержали всего 20 человек.

Вспоминается летняя акция протеста антифашистов у администрации Химок. Она продлилась всего 10 минут — это вам не перекрытие многополосной перегруженной автомагистрали. Зато буквально на следующий день милиция стояла на ушах и пыталась поймать зачинщиков, не стесняясь в методах. Как говорится, почувствуйте разницу.

Впрочем, когда левые и антифашисты открыто и публично обвиняют представителей власти в сотрудничестве с бизнесменами и их наемными бандитами — такие протесты, так или иначе, вредят существующей системе. Не к лицу ей и пара разбитых стекол химкинской мэрии — как-никак, олицетворение власти. То ли дело разбитые ларьки с шаурмой и шествия под абсолютно «безвредными» ультраправыми лозунгами!

В то же время Институт «Коллективное Действие» пишет: «Несмотря на то, что данная трагедия будет очевидно использована националистами для оправдания своих ксенофобских убеждений, поводом для беспорядков стал все-таки не сам факт убийства кавказцами русского парня, а четкое убеждение друзей погибшего в возможности сговора органов следствия с родственниками задержанного».

«А ну-ка, давай-ка, у.бывай отсюда, Россия — для русских, Москва — для москвичей!» — именно так в итоге выразился протест против милицейской коррупции. Как так вышло, почему — для читателя это остается тайной за семью печатями. Есть такое мнение: те, кто кричит подобные лозунги, в фанатском движении на самом деле ничего не решают. Многочисленные видеоролики с Ленинградского проспекта красноречиво свидетельствуют об обратном: те, кого зовут «дебилами» превращают акцию во второе издание «Русского марша», а «адекватные ребята» то ли молчат, то ли находятся в заведомом меньшинстве. Ну, и кто же решает, в таком случае?

Еще фрагмент той же заметки, где упоминается убийство Юрия Волкова — тоже болельщика московского «Спартака» — летом на Чистых прудах: «Тогда у фанатов еще была надежда на адекватную реакцию властей, и никто не устраивал никаких протестов, ограничившись акциями памяти. Но в результате предполагаемый убийца, уроженец Чечни, после вмешательства своей диаспоры был отпущен на свободу».

«Адекватная реакция» может означать всё, что угодно: главную роль в понимании сыграет не мнение журналиста, а мнение читателя. Это может быть, например, открытое и гласное расследование под контролем общественных и рабочих организаций, с возможностью сменить следователя, судью и так вплоть до высших чинов МВД, если будет подозрение в недобросовестности или подкупе. Но может быть и принудительная высылка всех кавказцев «домой, в горы», чего давно и с завидным упорством требуют ДПНИ и прочие ультраправые.

Те же ультраправые очень любят порассуждать и о «вмешательствах диаспоры», ловко приравнивая всех местных нерусских к тем буржуям и буржуйчикам, у которых есть связи и влияние в органах власти, и потому они легко открывают ногой двери прокуратур. Не зря, как сообщают различные источники, в некоторых общественных объединениях под вывеской борьбы с коррупцией ныне плотно окопались люди крайне правых взглядов.

Всё это, на самом деле, не очень сложные вещи. Потому очень обидно, когда ресурс, который слывет левым и популярен среди «типа, левых», старательно обходит «неудобные» детали радикальной акции (дескать, читатели и так всё прекрасно понимают) вместо внятного объяснения. В конфликтах с национальной подоплекой первую скрипку не раз захватывали ультраправые. Чаще всего они просто занимают готовую нишу, заполняют собой идейный вакуум, когда вопрос «Что делать?» вызывает у большинства лишь растерянность — и это стоило бы открыто признать. В таких случаях набирать в рот воды — не лучший выход, а точнее — попросту опасный: вакуум от этого лишь усиливается. Ведь, как известно, молчание — знак согласия.