Программа популизма и программа борьбы

12 октября партия КПРФ опубликовала свою предвыборную программу, которая помимо всего прочего обещает провести национализацию, увеличить финансирование образования, науки, медицины и социальной сферы, побороть коррупцию и т. д. Подобные пункты присутствуют и в программе секции КРИ в СНГ. Чем обусловлено это сходство? В чем заключается разница? Насколько она велика и является ли она неустранимой? Отражает ли программа КПРФ интересы простых трудящихся и способна ли она изменить их жизнь к лучшему? Давайте попробуем сравнить обе программы и ответить на эти вопросы.

К чему призывает программа?

Важнейшим вопросом, который должен быть отражен в любой программе, является вопрос ее практического претворения в жизнь. Или, иными словами, вопрос о том, что программа требует для своей реализации от тех, к кому она обращена. Именно от ответа на этот вопрос зависит ее действительная ценность, именно он определяет, является ли данная программа программой действия, способной изменить устройство общества, или же программой чистого популизма, предназначенной лишь для того, чтобы обеспечить поддержку данной политической организации.

КПРФ

Давайте посмотрим в этом контексте на программу КПРФ. К чему она призывает?

«…на эти и другие острые вопросы пора отвечать всерьёз. А отвечать всерьез, значит, голосовать не „сердцем“ и не „назло всем“. Не зря ведь сказано: „как голосуем, так и живем“. Наступает время ответственного выбора. Время голосовать так, чтобы вернуть украденную у нас Родину».

«…нет пятого и главного фактора — ответственного и национально мыслящего правительства. Правительства, действующего в интересах большинства граждан».

«…нужны ясные цели, политическая воля, честная и дееспособная команда. КПРФ готова вывести страну на путь созидания и развития».

Все, чего КПРФ требует от своих сторонников для того, чтобы изменить их жизни, — прийти и проголосовать за эту партию на предстоящих парламентских выборах. Ничего большего не требуется. «Проголосуйте за нас, поставьте нас у власти, а мы проведем реформы и изменим ситуацию в стране» — вот все, что говорит эта программа, прямо названная «предвыборной».

Можно ли относиться серьезно к подобным заявлениям? Для этого, несомненно, необходимо обладать изрядной долей наивности, либо вовсе не задумываться над существующими проблемами. На это существует ряд причин: во-первых, Россия является суперпрезидентской республикой и ни Дума, ни Совет Федерации не имеют в ней действительной власти, которая вся сосредоточена в руках президента и правительства. В соответствии с этим, парламенты различных уровней в принципе не могут проводить самостоятельной политики, ограничиваясь, в лучшем случае, лишь критикой исполнительной власти, и уж никак не действительными преобразованиями. Говорит ли хоть что-нибудь об этом программа КПРФ? Нет, этот вопрос она скромно обходит молчанием.

Во-вторых, нельзя не признать, что КПРФ не пользуется горячей и массовой поддержкой в обществе: количество людей, которые по тем или иным причинам убежденно проголосуют за нее, по-видимому, не превысит 15–20%. Этот уровень поддержки имеет глубокие и объективные причины, он обусловлен самим характером партии, ее историей и структурой, ее действиями и риторикой. Следовательно, он не может быть значительно увеличен с помощью любой, даже самой лучшей программы. Шансы на то, что она действительно получит большинство в Думе, или на то, что кандидат от нее победит на президентских выборах, ничтожно малы. Известно ли лидерам КПРФ об этом? Безусловно, известно. Отчего же они молчат об этом? Почему с самого начала не строят работу партии исходя из этого факта?

Однако есть еще одно более важное обстоятельство. Для того чтобы его прояснить, давайте на минуту представим, что эта фантазия стала реальностью, что КПРФ получила абсолютное большинство на выборах и кандидат от нее стал президентом. Такой исход пусть и теоретически, но все же возможен, ведь многие голосуют за КПРФ исключительно в силу протеста, как за «наименьшее зло», и поэтому партия может получить большую поддержку неожиданно для самой себя, например, в результате массового голосования «по Навальному». Предположим также, что КПРФ действительно является «честной, дееспособной командой», как они себя скромно величают. Возникает вопрос: сможет ли такая «команда» сама по себе действительно выполнить свои громкие обещания? Способна ли она на это в принципе?

На этот вопрос никак нельзя будет ответить утвердительно. Судите сами: КПРФ грозится побороть коррупцию, сделать это она предлагает посредством особых «антикоррупционных» законов. Однако кто же будет следить за их выполнением, если практически у каждого чиновника и полицейского «рыльце в пушку»? Она грозится сократить госаппарат. Но должны ли мы, в самом деле, поверить, что чиновники добровольно откажутся от своих хлебных должностей? Они грозятся провести национализацию. Но разве буржуазия, т. е. те, кто имеет деньги и власть, откажутся от своей собственности и прибылей? КПРФники кричат, что они разрушат зависимость России от «Запада», прекратят утечку средств за рубеж, вышвырнут из страны транснациональные корпорации. Но пойдет ли мировой капитал на это добровольно? Не испытает ли Россия сразу бешеного давления «Запада»? Сможет ли что-нибудь противопоставить ему «команда» КПРФ? Нет, каждому думающему человеку ясно, что для того, чтобы действительно выполнить все эти громкие «угрозы», необходимо иметь за своей спиной силы, и силы весьма и весьма серьезные. Силы, которыми какая угодно, даже самая распрекрасная «команда» обладать не будет.

К чему мы пришли в итоге? К тому, что даже если программа КПРФ является самой прекрасной (а так ли это мы разберем ниже), она совершенно нежизнеспособна, не ориентирована на свое исполнение, на реальные действия. Это значит, что все ее практическое содержание сводится к двум словам, к призыву: «Голосуй за КПРФ!» Становится совершенно ясно, почему программа совершенно замалчивает все поставленные выше вопросы: просто потому, что она сознательно имеет такой характер. Она не задумана для осуществления и это осуществление ее ни мало не заботит, она создана исключительно в целях заморочить головы трудящихся и заставить их голосовать за КПРФ. Эта программа — программа голого популизма.

КРИ

Рассмотрим теперь в том же отношении программу секции КРИ в СНГ. Для этого приведем несколько цитат из наших «Программы» и «Манифеста»:

«…одна из основных задач нынешнего периода агитации, пропаганды и организации — преодолеть противоречие между зрелостью объективных условий для социальной революции и незрелостью пролетариата (растерянностью и разочарованием старшего поколения, неопытностью и безразличием младшего). Надо помочь массе, в процессе её повседневной борьбы, найти мост между её нынешними требованиями и программой социалистической революции. Этот мост должен заключать в себе систему переходных требований, которые исходят из сегодняшних условий и сегодняшнего сознания широких слоев рабочего класса и неизменно ведут к одному и тому же выводу: завоеванию власти пролетариатом».

«Все части пролетариата, все его слои, профессии, группы должны быть вовлечены в революционное движение. Даже будничная черная работа должна вестись в неразрывной связи с задачами будущей революции».

«За рабочий контроль над производством и распределением всех общественных благ»

«За переход к демократической плановой экономике под полным и непосредственным контролем со стороны организованного рабочего класса»

«За создание рабочими действующей партии, способной последовательно защищать интересы трудящихся и бороться за замену капиталистической системы социалистической»

«По этой причине мы глубоко убеждены: рабочему классу необходимо создать свои собственные организации, профсоюзы и, конечно, массовую политическую партию.

В России сегодня нет партии, представляющей трудящихся. К сожалению, такова ситуация и во многих других странах. Партии, которые в прошлом опирались на массы рабочих — различные социал-демократические и коммунистические партии-либо полностью перешли на сторону буржуазии, либо делают всё, что в их силах, чтобы подорвать независимую рабочую борьбу. Однако во многих странах были предприняты попытки создания новых рабочих партий. Эта задача — не из простых, однако и у рабочих за последний период было накоплено достаточно опыта».

Из приведенных выдержек ясно видна общая направленность нашей программы: она обращена не к абстрактному «народу», а к конкретным социальным группам: пролетариату (т. е. наемным работникам), врачам и учителям, работающим в государственном секторе, пенсионерам, рабочей молодежи и учащимся, и т. д. И она не просто предлагает прийти на избирательный участок и поставить галочку в нужной графе, нет, она прямо призывает к длительной и тяжелой борьбе, в которой должен участвовать каждый. Она говорит: «Не надо питать иллюзий! Никто, кроме нас самих, никакой „Дядя Слава“ из КПРФных агиток не сделает нашу жизнь лучше. Вступайте и активно участвуйте в профсоюзах и социальных движениях; если существующий профсоюз полностью продажен, создавайте новый; участвуйте в акциях протеста, защищайте образование и медицину; разбирайтесь в сущности проблем и объясняйте ее своим близким. Это тяжело, но это единственный способ построить рабочую партию, которая приведет нас к победе».

Сегодня КРИ — очень небольшая и малоизвестная в широких слоях организация, наши силы сейчас совершенно ничтожны на общем политическом поле, и мы более чем кто-либо другой сознаем этот факт. Однако данный характер нашей программы обусловлен не этим, а тем, что только общими усилиями рабочего класса и близких к нему слоев можно решить стоящие перед нами проблемы. Даже если бы наша организация стала по-настоящему массовой, направленность нашего призыва нисколько бы не изменилась. Ведь для того, чтобы, например, побороть коррупцию, нужно не издать очередной «антикоррупционный» закон, а просто выкинуть всех старых чиновников, или, иными словами, полностью разрушить старое государство, старый госаппарат и построить на его месте совершенно новое, в котором бы госслужащие демократически избирались из числа трудящихся. Для того чтобы провести эффективную национализацию (а не простое огосударствление) необходимо создать на предприятиях боевые профсоюзы или комитеты трудящихся как для успешного отстаивания своих прав, так и для контроля и управления производством. Ни одна политическая организация сверху не справится с этим, необходима активная борьба, в которую должен быть вовлечен весь класс.

Задача нашей программы — побудить трудящихся к организованной борьбе, объяснить им ее необходимость, пользуясь верной марксистской теорией и огромным историческим опытом, уберечь их от ошибок и подсказать верные способы борьбы, наиболее эффективную ее тактику и стратегию. Наша программа — программа действия и борьбы.

Парламентские иллюзии и организованная борьба

Таким образом, мы пришли к выводу, что обещания, данные в программе КПРФ, не выполнимы посредством данных в ней методов, посредством участия в государственных институтах. Она говорит: «Пора отвечать на эти вопросы. Отвечать всем и каждому. Отвечать, и не ошибаться в главном — выборе власти», но в том-то и дело, что возможности выбора нам никто не предоставил и не предоставит, необходимую нам власть нельзя выбрать, ее нужно взять. Если бы программа КПРФ была только невыполнима это было бы полбеды, но она помимо этого еще и старается убедить трудящихся в обратном, внося путаницу в их сознание, сея среди них парламентские и реформистские иллюзии, отвлекая от необходимой борьбы. Она не только не ведет нас к победе, но, лишая трудящихся их действительного оружия, отдаляет от нее. Ее сущность, поэтому, глубоко реакционна и направлена против трудящихся.

В отличие от нее, КРИ всеми силами разрушает подобные иллюзии, объясняя совершенную невозможность каких-либо действительных изменений в рамках парламентаризма и реформизма, и дает вместо них программу организованной массовой борьбы, которая одна может привести к победе. Мы говорим: «Рабочим не нужна предвыборная программа, им нужна программа на каждый день!»

Теоретическая основа

Итак, мы пришли к выводу, что программа КПРФ морочит рабочим голову. Однако заканчивать на этом наш анализ еще рано. Ведь, во-первых, невозможность осуществления программы КПРФ сверху еще не означает, сама по себе, что предложенные в ней конкретные пункты никуда не годятся. Во-вторых, и это главное, совершенно недостаточно просто сказать: «Вы должны взять власть и провести преобразования в своих интересах. Наша программа вам в этом поможет». Для того чтобы привести к победе, программа должна быть верной: она должна правильно отражать эти самые интересы, указывать на будущие трудности и пути их преодоления. Поэтому для того, чтобы вынести окончательный вердикт, нам необходимо продвинуться существенно дальше, рассмотрев основные пункты обеих программ.

Ключевым вопросом здесь является теоретическое обоснование программы, та совокупность научно и исторически доказанных положений об устройстве экономики, общества и государства, на которых основываются ее конкретные предложения. Только верность этого обоснования может гарантировать, что предлагаемые нами меры экономических и социальных преобразований действительно выполнимы и эффективны, а не являются пустой утопией. Давайте рассмотрим основные теоретические представления, отраженные в обеих программах.

«Народ» и классы

По сути дела, все теоретические положения в программе КПРФ сводятся к двум предложениям:

«КПРФ исходит из того, что главная угроза для человечества — не терроризм или стихийные бедствия. Обанкротившаяся система капитализма — вот что настойчиво воспроизводит экономические кризисы, вопиющую бедность, экологические проблемы, культурную деградацию, межнациональные конфликты, захватнические войны».

Это, безусловно, верно, но что все-таки такое «система капитализма»? Чем она характеризуется и почему приводит к таким последствиям? От ответа на эти вопросы программа КПРФ вновь тактично уходит.

Со времени Маркса и Энгельса, впервые поставивших рабочее движение на твердый научный фундамент, в основе взглядов каждого настоящего коммуниста лежит представление о том, что общество разделено на классы, т. е. большие группы людей, объединенных в соответствии с тем местом, которое они занимают в отношениях производства и обмена. Этими отношениями определяются специфические нужды и интересы представителей данного класса, их социальное положение, убеждения и т. д., ими определяется общность задач, стоящих перед классами, или, наоборот, их непримиримая борьба.

Классовый подход к обществу лежит в основе всех представлений КРИ, в своей «Программе» мы пишем:

«Итогом предшествующего исторического развития стало положение, при котором один класс — капиталисты, буржуа, предприниматели — владеют (кто непосредственно, кто в виде акций) средствами и условиями производства: землей, заводами, фабриками и т. д., а другой — рабочий класс, пролетарии — не владеют ничем из перечисленного, кроме своей способности к труду, рабочей силы, которую вынуждены постоянно продавать, нанимаясь на работу к классу капиталистов для получения средств для жизни».

Исключительно важно понимать, что прибыль капиталиста вовсе не является особым родом зарплаты, премией за управление или риск, как это пытаются представить идеологи буржуазии, а только частью продукта, производимого наемными рабочими и отчуждаемого у них в силу существующих отношений. Действительно, крупный капиталист сегодня может не принимать совершенно никакого участия в производстве, а только «стричь купоны» и загребать дивиденды. О чем это говорит? Только о том, что в современном обществе класс капиталистов является целиком и полностью паразитическим образованием, что он более не нужен для производства, и непосредственной задачей исторического развития является его ликвидация путем передачи управления производством в руки самих производителей, т. е. рабочих.

Непосредственно к пролетариату примыкают те слои населения, которые не производят товары, а значит и прибыль, но нуждаются в средствах для своего существования. Это могут быть как наемные работники, выполняющие общественно значимые функции: ученые, врачи и учителя, так и те, кто по тем или иным причинам не может работать: это дети и учащиеся, пенсионеры, безработные, инвалиды и т. д. Существование всех этих категорий населения противоречит капиталистическому способу производства, являясь просто бессмысленным с точки зрения капиталиста. Именно этим объясняется то, что в условиях кризиса именно образование, наука, медицина и социальная сфера подверглись наибольшим нападкам. К пролетариату примыкает также и крайне немногочисленный сегодня слой мелких предпринимателей, не имеющих возможности эксплуатировать никого, кроме самих себя, и поэтому также являющихся угнетенными.

Наоборот, к буржуазии примыкают все те, кто не занимаются производительным трудом, но существуют за ее счет (а в действительности за счет рабочих), в обмен на это делая все, чтобы сохранить и законсервировать существующее положение вещей. Сюда относится безмерно разбухший государственный аппарат: чиновники, полиция и силовые структуры, верхушка армии и духовенства.

Сегодня все большему количеству людей становится очевидно: общество разделено на два лагеря, чьи интересы противоположны и непримиримы. Одно из двух: либо ты получаешь зарплату (стипендию, пенсию, пособие и т. д.), либо тебе приходится их выплачивать. Именно это противоречие лежит в основе всех проблем современного общества, именно из четкого понимания этого факта исходит КРИ во всех своих дальнейших выводах.

А как обстоит с этим дело у КПРФ? Как ни странно, в программе этой партии, по традиции именуемой «коммунистической», мы не найдем и следа классового подхода. В ней напрочь отсутствуют даже сами слова: «буржуазия» и «пролетариат», «капиталисты» и «рабочие», даже просто «трудящиеся». Вместо этого все замазывается общими и ничего не значащими выражениями вроде «общество», «население», «граждане» и «народ», об их «интересах» говорится так, как если бы они были бы общи всем. Принадлежат ли Путин, Дворкович или Прохоров к этому «народу»? А дворник-таджик? Какие выводы мы должны сделать из этого?

Программа КПРФ сознательно обходит стороной всякое упоминание о классовом подходе. Почему? Очевидно потому, что выводы, которые непосредственно из него следуют, противоречат целям и задачам этой программы.

Государство

Однако главным «действующим лицом» программы КПРФ является даже не «народ», а «государство», которое вдруг обретает в ней свою самостоятельную жизнь, интересы, цели и задачи. Именно к спасению «России», «страны», «Отечества», «Родины» и т. д. призывает практически каждый пункт программы. При этом молчаливо предполагается, что «все, что хорошо для государства, хорошо для его граждан», именно этот тезис можно прочитать между строк КПРФной программы. Действительно ли это так, и если да, то почему, в ней, естественно, не объясняется, точно так же как и не дается даже самого общего объяснения, что под этим «государством» следует понимать.

В отличие от этого КРИ, как и все революционные коммунисты, прямо говорит, что государство — это не что-то расплывчатое и неопределенное, не какая-либо территория или население, проживающее на ней. Нет, государство в самом прямом и точном смысле — это государственный аппарат: правительство и парламент, министерства и ведомства, региональные и муниципальные органы власти, система судов и исправительных учреждений, армия и полиция. Точно так же четко мы отвечаем и на вопрос о функциях этого аппарата: государство — продукт непримиримости классовых противоречий, инструмент подчинения эксплуатируемого класса, классом эксплуататоров. Действительно, как только мы внимательнее присмотримся к деятельности судов и полиции, правительства и подконтрольных ему СМИ, мы сразу обнаружим, что главной его задачей является сохранение текущего положения в обществе, а в более узком смысле — сохранение собственности за теми, кто обладает ею в достаточной мере. Крупная буржуазия — единственный класс, интересам которого служит государство, с согласия и под управление которого оно существует.

Конечно, власти вынуждены выполнять также и общественно значимые функции: содержать системы государственного здравоохранения и образования, выплачивать пенсии и пособия и т. д., но все это — необходимые меры, без которых они не смогли бы удержаться и одного месяца, какие бы жесткие средства ни применяли. Все эти функции носят подчиненный характер по отношению к главной — удержанием трудящихся под контролем.

Именно из этой характеристики существующего государства вытекает отмеченная выше невозможность административным образом побороть коррупцию или провести хоть какие-то преобразования в интересах трудящихся. В самом деле, попросту невозможно использовать огромную и сложную машину для задач прямо противоположных тем, для выполнения которых она была создана. Любые действия в интересах рабочих, т. е. направленные против буржуазии, непременно должны натолкнуться на самое ожесточенное сопротивление бюрократического государственного аппарата. Поэтому для того, чтобы действительно улучшить положение большинства населения России, существующие органы власти должны быть ликвидированы и заменены новыми, состоящими из самих трудящихся и подконтрольными им. Иными словами, старое буржуазное государство должно быть уничтожено, а на его месте построено новое рабочее, функционирующее по совершенно отличным от старого принципам: полной выборности, подотчетности и сменяемости всех государственных служащих, соответствие их зарплат средним зарплатам рабочих, прозрачности принятия решений и т. д.

Если бы КПРФ действительно ставила перед собой задачу улучшения жизни масс российских трудящихся, ей следовало бы взять эти положения в основу своей деятельности и ясно объяснить их своим сторонникам. Вместо этого в своей программе она неявно подразумевает указанный выше тезис про государство и его жителей. Но этот тезис не взялся из ниоткуда, наоборот, он самым усиленным образом навязывается нам всей государственной пропагандой: вначале интересы каждого трудящегося без всякого различия приравниваются к интересам «народа», затем интересы этого самого «народа» неявно заменяются интересами государства, а что такое интересы государства как не интересы буржуазии? Так нас учат любить то рабское состояние, в котором мы находимся, так нас убеждают в том, что сокращение социального бюджета, зарплат и пособий «необходимо» для государства, а значит и «в наших интересах». КПРФ же не только не вскрывает эти предрассудки, но и самым активным образом играет на них, а ее политика в этом вопросе являет собой прямое продолжение политики партии власти.

Анализ истории

Наконец, для того, чтобы быть действительно способной изменить существующее устройство, программа должна быть подкреплена историческим опытом, объективным анализом причин былых успехов и неудач. Поэтому в нашей «Программе» уделено так много места изложению развития капитализма и рабочего движения. Не обходим мы стороной и вопрос о сущности СССР и причинах его падения, ведь он является ключевым для коммунистического движения всего мира и России в особенности. Вот, что мы пишем:

Таким образом, в истории Советского государства мы видим величайшее свидетельство верности наших идей, доказательство их практической осуществимости и эффективности, но в то же время и указание на опасности, которые подстерегают на этом пути, и из которых необходимо сделать соответствующие выводы. Мы не красим историю СССР в один цвет, видя в ней не только достижения, но и все преступления сталинской эпохи, и мерзость позднесоветского периода.

А что на этот счет говорит программа КПРФ? Весь их исторический «анализ» сводится, по сути, к двум предложениям:

Советский Союз в изображении КПРФ предстает в грубо идеализированной форме, как некий золотой век, когда не было никаких проблем и все люди жили счастливо, она даже имеет дерзость утверждать, что в нем был построен социализм. Отчего же тогда он рухнул? Это просто и коротко объясняется «предательством вождей». Составители программы, естественно, не объясняют, что социализм по определению — более высокая по отношению к капитализму формация, основанная на превосходящих сегодняшние производительных силах и соответствующем им способе распределения. Это означает, что в эпоху социализма капиталистические отношения будут представляться таким же анахронизмом, каким сейчас выглядит общественное устройство Древней Греции или средневековой Европы, и возврат к ним будет совершенно невозможен посредством какого угодно злого умысла. Почему они не говорят нам об этом? Очевидно потому, что вовсе не ставят перед собой задачу коренного переустройства общества и, следовательно, не имеют нужды в анализе прошлого. Все, что им нужно, — увеличить себе поддержку, играя на ностальгических и реваншистских настроениях определенной части нашего общества.

И при всем этом КПРФ уверяет:

«Мы надежно защитим нашу историю от посягательств тех, кто извращает и порочит её, ставит под сомнение подвиги прежних поколений».

Уж не от настоящих ли коммунистов собралась она «защищать» историю? Временами дешевая игра на чувствах людей становится особо циничной. Так, например, КПРФ пишет:

«Даже в тяжелейшие дни нынешней смуты Победа над фашизмом, прорыв в космос, стратегический паритет оставались предметом гордости нации».

Мы не можем не ответить на это цитатой из нашего «Манифеста»:

«Игнорируя историю пакта Молотова-Риббентропа, обезглавливание Красной Армии и предательство революции в Испании — всё то, что оставило СССР неподготовленным к гитлеровскому нападению — нынешний режим использует героические жертвы, принесенные советским народом в борьбе с нацизмом, для культивирования „патриотических“ настроений в обществе».

Значительная часть нашего общества, особенно молодежи, сегодня ясно чувствует необходимость переустройства общества, однако с одной стороны настолько мало знакома с социалистическими идеями, что, следуя усиленно культивируемому буржуазными идеологами мифу, просто отождествляет понятия «социализм» и «коммунизм» с общественным устройством СССР, а с другой стороны обладает достаточной критичностью мышления, чтобы понимать, что с Советским Союзом было далеко не все в порядке. Это еще один способ, с помощью которого пропагандистская машина государства чернит социалистические идеи и отталкивает от них массы трудящихся. КПРФ же, используя свою одноцветную, насквозь лживую демагогию в очередной раз льет воду на мельницу властей, пляшет под буржуазную дудку. Сегодня одной из первоочередных задач каждого коммуниста является разоблачение этих и подобных подтасовок, терпеливое объяснение сущности СССР, причин его выдающихся успехов, совершенных в нем преступлений и его бесславного конца.

«Вызовы»

Итак, выше мы рассмотрели основные теоретические взгляды КРИ и убедились, что КПРФ не только полностью уходит от каких-либо теоретических вопросов, но и культивирует множество мифов и ложных представлений, препятствующих развитию рабочего движения. Рассмотрим теперь «вызовы», которые, по мнению КПРФ, стоят «перед Россией» (а не перед российскими трудящимися — вновь указанная выше подмена).

Первым из них является «колоссальное социальное неравенство». Конечно, неравенство в современной России достигает вопиющих показателей, это верно. Однако КПРФ, выдвигая этот «вызов», просто тиражирует тот расхожий в либеральных кругах миф, будто такая степень неравенства свойственна исключительно России и другим отсталым странам, а в развитых государствах «всеобщего благоденствия» вроде США или стран Европы ситуация кардинально отличается, там якобы присутствует «мощный средний класс» и т. д. В действительности это просто неправда: любому сколько-нибудь знающему экономисту известно, что распределение доходов в любой капиталистической стране хорошо описывается так называемым «распределением Парето». Если взглянуть на гистограммы для России и США, где все население разбито на децили по доходам и указана их доля в общем доходе, можно убедиться, что они не просто похожи, а практически не различаются. Таким образом, социальное неравенство свойственно России в точно такой же степени, как и любой другой стране, это не какой-то особенный «вызов», а простое следствие капиталистического способа производства. Действительными же вызовами являются крайне низкий уровень дохода большинства трудящихся России, отсутствие социальных гарантий, доступного жилья и т. д.

Вторым «вызовом России» объявлена «демографическая катастрофа», причем это сделано в нарочито истеричной форме («Факты указывают на признаки геноцида нашего народа. Россия вымирает»). Действительно, население России сокращается, но влияет ли непосредственно этот факт на уровень жизни российского трудящегося? Нет, не влияет, будет ли жить в России 130 или 150 миллионов человек, уровень его эксплуатации ничуть не изменится. Мы можем взглянуть на Китай, население которого растет вопреки всем запретам, но, несмотря на это, находится в тяжелейших условиях. Трудящихся России волнуют на самом деле те факторы, которые определяют сокращение населения: отсутствие качественного медобслуживания, неблагоприятные условия жизни, непомерная эксплуатация на работе, отсутствие каких-либо перспектив в будущем и т. д. Вот те вызовы, которые стоят перед ними. Высокая численность населения, так же как и низкая является всего лишь одним из факторов, которые необходимо учитывать и использовать для планомерного развития общества. Когда население Земли перевалило за седьмой миллиард, и экология планеты при данном способе производства уже не справляется с давлением человеческой популяции, сокрушаться о том, что население какой-либо страны не растет быстрыми темпами, представляется несколько неуместным. При социализме, когда производительные силы многократно возрастут, уровень жизни значительно повысится, а государственные границы исчезнут, численность населения в каждом конкретном регионе стабилизируется и будет определяться исходя непосредственно из потребностей самого общества. Таким образом, здесь мы имеем дело с еще одним грубым мифом. Для чего же он нужен? Только для того, чтобы отвлекать трудящихся от реальных проблем, стоящих перед ними, пропагандировать «нравственность», «традиционные семейные ценности» и т. д., закрепощая тем самым женщин, сохраняя буржуазную семью, как одну из основных форм эксплуатации трудящихся, распространяя самые дикие гомофобные предрассудки.

Еще одним «вызовом» является «духовно-нравственная деградация». Бороться с «дебилизацией населения зомби-ящиком» КПРФ предлагает посредством контроля над культурой и СМИ. Программа обещает: «Телевидение и кинематограф вновь станут источником воспитания базовых моральных ценностей, чувства патриотизма и гражданской ответственности». Очевидно, что под этим не может подразумеваться ничего иного, кроме цензуры и государственной пропаганды в советском стиле. Видимо, при этом имеется в виду, что в отличие от сегодняшних они будут «правильными», более «высокоморальными». И хотя культурный уровень и сознательность многих российских трудящихся настолько низки, что они одобрительно относятся к идее цензуры, мы отнюдь не считаем, что средний рабочий или студент уступает в «духовно-нравственном» плане Зюганову, ходящему прикладываться к «поясу Богородицы». Наоборот, КРИ последовательно выступает за самую полную свободу мысли, совести и творчества, не ограниченную никакими препонами. Мы говорим: «Дайте трудящимся время, деньги и возможности для культурной реализации, и не лезьте в их жизнь». Действительно, смешно ждать от людей высокой культуры, когда перед ними стоит задача прокормить себя и свои семьи, когда после дня тяжелой работы у них не остается ни времени, ни сил для культурного развития, когда школьные программы урезаются, а дома культуры и центры детского творчества закрываются и сдаются под другие нужды. Естественно, это не означает, что КРИ выступает против контроля над СМИ, нет, такой контроль необходим, но осуществляться он должен самими работниками СМИ и аудиторией, а никак не чиновничеством.

Мы рассмотрели тот способ, которым КПРФ расставляет акценты в проблемах, стоящих перед трудящимися, и обнаружили, что во всех случаях она старается просто уйти от них, направив мышление масс по заведомо ложному пути. При этом ее постановка вопросов является зачастую просто перелицовкой пропаганды правящей элиты, и во всех случаях, так или иначе, играет на руку буржуазии. Теперь нам остается рассмотреть ряд особенно важных вопросов, таких как внешняя политика и армия, национализм, национализация и демократия.

Внешняя политика и армия

«Утрата обороноспособности и потеря ключевых союзников» — еще один «вызов» нашей стране. При этом КПРФ изображает дело так, как будто России не сегодня-завтра угрожает прямое военное вмешательство со стороны «мирового зла» — «Запада», т. е. стран НАТО с США во главе. Вот что мы читаем в программе КПРФ:

КПРФ здесь снова идет по стопам действующей власти, умножая страхи населения перед военным вторжением «Запада», нагнетая истерию. Путинский режим уже не первый год кормит нас подобными страшилками, а в последнее время они стали уже совершенно традиционными (вспомните хотя бы известную дискуссию Навального с депутатом от Единой России). Зачем нужны эти высказывания, какой цели они служат? Ответ ясен: создав образ внешнего врага, консолидировать население вокруг правящей элиты. В действительности «Западу», т. е. крупнейшим транснациональным корпорациям и говорящему от их лица правительству США, нет никакой необходимости развязывать войну с Россией: ведь она и так преподнесена им на блюдечке с голубой каемочкой. Помимо военных у них имеются гораздо более мощные рычаги — экономические. Правящий класс России, несмотря на всю свою «антизападную» риторику, является самым верным сторонником «Запада», ведь он хранит свои доходы в зарубежных банках и недвижимости, собственниками многих российских компаний являются зарубежные корпорации, а российская экономика тесно завязана на поставки импортных товаров и экспорт ресурсов. Предположим, однако, на мгновение, что все обстоит на самом деле в точности так, как описывает КПРФ. Что же она предлагает в ответ?

Это уже даже не смешно, а только чудовищно и дико, ведь эта декларация практически дословно повторяет все то, что говорит о внешней политике столь критикуемый КПРФ режим Медведева-Путина, а в более общем смысле то, что говорят правительства вообще всех буржуазных государств! Эта программа сама носит насквозь буржуазный и империалистический характер. Действительно, она основывается на «взаимовыгодном» (для кого: трудящихся или элит?) сотрудничестве с империалистическими странами, поддержке мировых империалистических инструментов, таких как ООН и ВТО («Россия не вступит в ВТО на невыгодных для себя условиях», т. е. вполне может вступить на каких-то «выгодных», иначе это понять нельзя), а отношения России с соседями в ней совершенно ничем не отличаются от отношений США со своими сателлитами.

Если для КПРФ не существует рабочих в самой России, а только «страна» и ее «интересы», стоит ли удивляться, что для ее программы остаются совершенно незамеченными и трудящиеся других стран, а мир представляется в виде множества государств, соперничающих за мировое господство. В то же самое время для последовательных коммунистов картина выглядит прямо противоположным образом: существует единый мировой рабочий класс, трудящиеся различных рас, национальностей и государств, и множество угнетающих их национальных элит. Чтобы подчинить себе рабочих различных государств буржуазия старается разделить их, посеять между ними недоверие и враждебность, но их интересы в действительности не противостоят друг другу, а едины, так же как и их историческая судьба. Напротив национальные элиты часто враждуют за «кусок пирога», отправляя сотни тысяч трудящихся на смерть за свои прибыли, но они моментально объединяются, как только дело «запахнет паленым» и революционный процесс в каком-либо государстве поставит под сомнение их собственность и власть.

Именно этими соображениями определяется внешняя политика по-настоящему рабочего правительства, хороший пример которой дали первые годы Советской власти. Рабочее правительство обращается не к правящим классам других государств, а к их трудящимся. Первым делом оно обнародует все секретные договоры и документы старого режима, беспощадно разоблачая всю ложь и торгашество международной политики. Оно не идет ни на какие сделки и компромиссы с империалистами, кроме самых исключительных случаев; оно старается всеми силами поддерживать рабочих других стран, способствуя происходящему в них революционному процессу; к ним оно обращается за помощью и поддержкой в случае иностранного вторжения, ведь, как показывает исторический опыт, солидарность трудящихся является наиболее эффективным оружием против интервенции.

Имеет ли что-либо общее с этой интернационалистской политикой программа КПРФ, полностью согласующаяся с политикой действующих властей? Комментарии излишни.

В точно такой же степени точным повторением политики действующих властей являются и предложения КПРФ, касающиеся армии:

«Вооруженные Силы и военно-промышленный комплекс России будут возрождены. Народное правительство прекратит бездумное „реформирование“ армии и сокращение воинских частей, воссоздаст систему военного образования и военной науки, профинансирует достойное содержание Вооружённых Сил, закупки техники и боевую подготовку военнослужащих. Мы решительно поднимем престиж военной службы, восстановим систему патриотического воспитания и допризывной подготовки».

Когда режим все больше играет на милитаристских настроениях (см. статью «Милитаризм — новый фактор российской политики»), когда расходы бюджета на армию и закупку вооружений растут как на дрожжах и уже превосходят суммарные затраты на образование и здравоохранение, КПРФ предлагает увеличить их еще больше! Когда физика, математика и другие предметы в школах заменяются «патриотической» пропагандой, она во весь голос поддерживает эти действия! Когда в армии процветает муштра и дедовщина, всевозможные унижения, когда сотни тысяч молодых ребят постоянно живут в страхе перед угрозой попасть в призывное рабство, КПРФ призывает окончательно закрепить эту позорную и бесчеловечную систему!

КРИ полностью отвергает либеральные предложения о переходе армии на контрактную основу, являющуюся простой копией капиталистических отношений, когда «прослойка профессиональных офицеров из числа сыновей и дочерей высших слоев общества будет командовать массой солдат-контрактников, которые идут в армию из-за того, что не могут найти более подходящую работу или поступить в ВУЗ». Но в точно такой же степени мы считаем абсолютно недопустимой существующую сегодня казарменно-призывную систему. Вместо этого мы выступаем за совершенно новую армию, построенную по милиционному принципу: все население страны (вне зависимости от возраста, пола, состояния здоровья, социального положения и т. д.) должно регулярно проходить военное (медицинское, техническое или иное) обучение и подготовку по месту жительства с оплатой, эквивалентной зарплате; новые, построенные на демократических началах военные части должны быть прикреплены к месту жительства, к крупным предприятиям, обеспечивающим их экономическую и техническую поддержку.

Данная программа настолько противоречит всему, к чему мы привыкли, что может показаться неосуществимой, и, действительно, реализована в полной мере она никогда не была, однако те ее элементы, которые были воплощены Парижской Коммуной и, особенно, Красной Армией в первые годы ее существования, показали ее возможность и эффективность. На самом деле такая армия не только не уступала бы существующей по своим боевым возможностям, но и требовала бы гораздо меньше средств на свое содержание. Отчего же она до сих пор не была введена? Только от того, что самое ее существование означало бы конец существующего политического устройства, конец господства буржуазии, ведь рабочие, получив в свои руки оружие, получили бы вместе с ним также и возможность диктовать свою политическую волю, на деле отстаивать свои жизненные интересы, силой подавляя класс угнетателей. А этого буржуазия боится пуще всего, именно поэтому она пичкает нас сказками о возможной анархии и беспределе, именно поэтому в каждой революции важнейшей ее задачей становится разоружение рабочего класса, о чем мы можем в очередной раз убедиться на примере текущих событий в Ливии. Вместо этого она использует оторванных от своего класса, одураченных и лишенных собственной воли посредством муштры и бездумного подчинения людей для прямо противоположной цели: сохранения своей экономической и политической власти. И в этом КПРФ также является ее верной пособницей.

Национализм

Другим важнейшим вопросом является вопрос национальной политики, противодействия различным правым и прямо фашистским движениям и т. д. Здесь КПРФ в очередной раз «отличилась»:

«Без новой культурной политики КПРФ не видит возможным и решение национального вопроса. Наша партия всерьез разработала русскую тему, отвергая всякое её опошление национализмом. Этот вопрос касается четырёх пятых населения России, а значит, того большинства, что обязано осознать свою роль объединителя нашего многонационального Отечества. Для решения русского вопроса считаем, в частности, необходимыми: <…>; активное противодействие попыткам духовной агрессии против национально-культурных традиций народов России; наказание по всей строгости закона за любые проявления русофобии как экстремистской формы разжигания межнациональной розни; <…>».

В этом коротком отрывке отчетливо проявляется вся фальшь и лицемерие КПРФного руководства: оно всеми силами старается, как говориться, «и рыбку съесть, и в воду не влезть», с одной стороны пытаясь подобными заявлениями привлечь симпатии националистически настроенных избирателей, с другой же — не оттолкнуть тех своих сторонников, кто чувствует всю чудовищность и направленный против трудящихся характер подобной демагогии. Впрочем, эти усилия вряд ли будут вознаграждены: несмотря на все «отвержение» национализма, на все присказки об «атмосфере дружбы народов», «присутствие культуры коренных народов страны», «достижение реального равенства всех народов России» и т. д., каждому думающему человеку, видевшему совместные митинги КПРФ с националистами, где красные флаги с портретами Ленина соседствуют с «имперками», на трибунах стоят иконы, а рядом расхаживают казаки в папахах, становится ясно видно реакционное, откровенно националистическое и черносотенное содержание всей политики КПРФ, становится виден окончательный и бесповоротный отход этой партии от всех подлинно коммунистических идей.

Между тем, подход к национальному вопросу каждого настоящего коммуниста, не кланяющегося портретам Маркса и Ленина, а воспринимающего их идеи как прямое руководство к действию, прост и понятен: значение имеет вовсе не национальная, а классовая принадлежность; место в системе отношений производства и распределения трудящегося-русского и трудового иммигранта-узбека одинаково, а значит одинаковы и их действительные интересы, и задачи, которые перед ними стоят, и наоборот эти интересы находятся в непримиримом противоречии как с интересами российских бизнесменов и чиновников, так и богатеев, имеющих влияние в диаспорах и среди национальных меньшинств. Как только акценты расставлены таким образом, национальный вопрос разрешается сам собой: трудящиеся всех национальностей, будь они русскими, поляками, чувашами или чеченцами, должны заботиться не о сохранении своих «национальных традиций», а о взятии власти в свои собственные руки, выступая против как бонапартистского режима Путина, так и действующей с ним заодно бандитской тирании Кадырова в Чечне и т. д. Завоевав политическую власть, трудящиеся получат вместе с ней и право определять свою собственную судьбу, организовывать наиболее соответствующие их нуждам органы самоуправления, вплоть до полного отделения, право на которое КРИ полностью поддерживает.

С другой стороны буржуазия, обладающая гораздо более высоким классовым сознанием, чем рабочий класс, прекрасно осознает всю опасность объединения трудящихся против нее и всеми силами старается их разделить, проложить между ними не существующие в действительности границы, стравить русского и чеченца, русского и «гастарбайтера» из Средней Азии и т. д. Стремясь сохранить свое господство, капитал раскручивает ксенофобные настроения, создает и финансирует ультраправые группировки, основной задачей которых является отнюдь не защита «национально-культурных традиций», а насильственное подавление рабочего движения, борьба с «красными». Опыт Германии 20-х годов, как и множество других примеров, полностью подтверждают эту простую истину. В связи с этим важнейшей задачей коммунистов является противодействие ультраправым бандам и их идеологии, которое может осуществляться только на пути интернационалистической солидарности трудящихся. В своем манифесте мы выступаем:

Простое сравнение этих положений и требований с программой КПРФ в очередной раз наглядно демонстрирует, бытие какого класса определяет политику этой партии, чьим интересам она служит не на словах, а на деле.

Национализация

Теперь мы можем, наконец, перейти к основному вопросу, а именно требованию национализации, являющемуся своего рода «визитной карточкой» КПРФ, выделяющему ее среди других зарегистрированных партий. В своей программе она пишет:

Столь же «радикально» КПРФ предлагает поступить и с банками:

«Основу банковской системы России составят государственные банки, включая Внешторгбанк, Сбербанк, Стройбанк, Сельхозбанк. Они обеспечат рациональное использование финансовых ресурсов страны и эффективное денежное обращение. Государственный Сбербанк обеспечит бесплатное обслуживание граждан при оплате жилищно-коммунальных и других услуг. Будет свёрнута спекулятивная банковская система, удушающую экономику непомерно высокими процентами за кредит».

Казалось бы, чего лучше? Вот они, наконец, настоящие социалистические преобразования! Вот та национализация, за которую выступает, в том числе, и КРИ, которая необходима для того, чтобы наполнить социальный бюджет, восстановить образование и медицину, повысить зарплаты рабочим и т. д. Однако радоваться пока рано: вместо этого давайте лучше приглядимся, какими методами КПРФ предлагает провести свою национализацию. Очевидно, что, поскольку КПРФ выдвигает этот лозунг в предвыборной программе, поскольку она предлагает «закрепить собственность государства» посредством принятия соответствующих кодексов и при этом не призывает своих сторонников к каким-либо массовым действиям, всю национализацию она подразумевает произвести исключительно административными, бюрократическими методами. Т. е. силами того самого государства, которое, как мы подробно разбирали выше, нацелено на удовлетворение вовсе не нужд трудящихся, а крупной буржуазии, с той лишь разницей, что во главе его будет стоять не «антинародный» путинский режим, а «честная, дееспособная команда» КПРФ.

И вот тут у по-настоящему вдумчивого читателя может возникнуть масса вопросов: разве сейчас государство не владеет долями собственности крупнейших корпораций? Разве оно не контролирует Газпром и другие монополии? Почему же от этого не улучшается положение не только бюджетников, но и работников самих госкорпораций? Разве сейчас не распространена практика, когда государство «национализирует» предприятия, доведенные до банкротства управлением «эффективных собственников», восстанавливает их, а затем вновь продает за бесценок, перекачивая таким образом средства из бюджета в карманы капиталистов? Что убережет нас от такой практики после КПРФной национализации, «честность» команды? Почему для трудящихся будет лучше, если их предприятием будет управлять какой-нибудь «Чубайс» в образе чиновника, чем когда руководить будет он же, но в образе предпринимателя?

Кроме того, КПРФ в действительности далеко не так бескомпромиссна в своем намерении обобществить промышленность и финансы. Например, в случае банков она делает следующую оговорку: «Сохранятся коммерческие банки, которые обеспечат услуги, стимулирующие экономическое и социальное развитие страны». Надо полагать, что это верно и для промышленных капиталистических предприятий, «выгодных для страны», что бы ни понималось под этим расплывчатым критерием. Иными словами, предполагается, что рядом с государственными предприятиями будут существовать и частные, функционирующие по тем же самым законам, что и сейчас. Это, в свою очередь, автоматически означает, что и вся экономика (вместе с государственным сектором) останется основанной на старом капиталистическом принципе, с которым КПРФ обещала «порвать». Одним словом у читателя есть все основания усомниться в действенности такой национализации, и он в этом он совершенно прав. Энгельс писал в «Анти-Дюринге»:

«Но ни переход в руки акционерных обществ, ни превращение в государственную собственность не уничтожают капиталистического характера производительных сил. Относительно акционерных обществ это совершенно очевидно. А современное государство опять-таки есть лишь организация, которую создает себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное государство, какой бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист. Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать. Рабочие останутся наемными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения не уничтожаются, а, наоборот, доводятся до крайности, до высшей точки».

Ничего не напоминает? Не о КПРФной национализации писал он более чем 120 лет назад? Не ее ли называл «бисмарковским социализмом»? То, что наши опасения полностью верны, убеждает следующий отрывок программы КПРФ:

«Опыт Китая, Вьетнама, братской Белоруссии и других стран показывает продуктивность социалистических принципов в экономике и общественной жизни».

Это предложение лучше всего показывает, что именно КПРФ в действительности понимает под национализацией. «Коммунистическая» партия прямо указывает на государства, в которых трудящиеся подвергаются наибольшей эксплуатации, в которых они лишены всех политических и экономических прав и свобод, но зато вольготно чувствуют себя капиталисты под «крышей» преступных диктаторских режимов, лицемерно объявляющих себя «народными». И КПРФ еще имеет наглость говорить, что в них реализуются «социалистические принципы»! Невозможно даже представить себе что-нибудь более дискредитирующее коммунистические идеи. С такими «друзьями», как КПРФ, никаких врагов не нужно!

Подводя итог, мы видим, что национализация по КПРФ означает простое огосударствление предприятий, передачу их управления в руки чиновников, без какого-либо изменения их капиталистической природы. Несмотря на то, что такая программа расходится с пропагандировавшимся в последние десятилетия неолиберальными идеями свободы торговли и невмешательства государства в экономику, она отнюдь не противоречит капиталистической системе, не выходит за ее пределы. Наоборот, на протяжении последних 150 лет правительства различных государств неоднократно были вынуждены не только предпринимать меры по спасению своих буржуа, но и осуществлять частичную национализацию экономики. Как подчеркивал Энгельс, такой шаг является простым логическим следствием капитализма, законным детищем этой системы. В соответствии со всем этим, программа национализации КПРФ не имеет совершенно ничего общего с идеями коммунизма, не содержит в себе ни одного их атома. Не может она, следовательно, и привести к какому-либо улучшению жизни трудящихся, а только лишь к еще большему их политическому и экономическому закрепощению, к еще большей эксплуатации и лишениям.

Демократия

Но какой в таком случае выход остается у трудящихся? К чему призывает КРИ?

Мы твердо убеждены, что хотя простое огосударствление экономики и не ведет к социализму, но все же подсказывает путь к нему, что таким образом социализм прямо вытекает из самой логики развития капитализма, естественно вырастает из него. Первым шагом в этом направлении должна стать экспроприация средств производства у капиталистов, национализация, вот только осуществляться она должна отнюдь не существующим сейчас государством, не государством капиталистов. Для того чтобы она стала возможной, само это государство должно исчезнуть в ходе революционного процесса, навсегда уйти в прошлое, а на его месте трудящиеся должны заново построить новое, управляемое ими и в их интересах.

Каким образом это может и должно произойти? Только в ходе длительной и напряженной борьбы. Поскольку главным противоречием существующей системы является непримиримое противоречие между интересами капиталиста и наемного рабочего, эта борьба должна начинаться на рабочих местах, как борьба за достойную зарплату, нормальную продолжительность рабочего дня, социальные гарантии и трудовые права, за качественное образование и медицинское обслуживание и т. д. Она может производиться лишь солидарными усилиями всего коллектива при поддержке рабочих других предприятий, поэтому важнейшей и ключевой задачей левого движения сегодня должно стать создание и развитие боевых профсоюзов, рабочих и студенческих организаций, устранение желтой профсоюзной бюрократии, выражающей интересы руководства и полностью подконтрольной ему. В этой связи уместно отметить, что программа КПРФ за исключением одной строчки («Мы примем новый Трудовой кодекс и защитим права рабочих, крестьян, всех наёмных работников. Трудящиеся восстановят свои гарантии на достойную оплату и условия труда, …») даже не упоминает о трудовых правах и вовсе умалчивает о профсоюзах. Это совершенно естественно, учитывая, что защиту интересов рабочих она в действительности даже и не ставит.

Борьба должна начинаться на рабочих местах, но если она ограничится только ими, рано или поздно ее ждет поражение. Для того чтобы привести к успеху, она должна идти дальше, начинать вестись политическими методами. Для этого трудящиеся должны создать массовую рабочую партию, которая одна может координировать и направлять общую борьбу, вести целенаправленную подготовку будущей революции. Нечего и говорить, что такая партия может быть построена только на демократических началах и коренным образом отличаться от привычных для нас буржуазных партий.

Только в ходе революционного процесса трудящиеся под руководством рабочей партии и с помощью созданных ими низовых организаций смогут взять управление предприятиями в свои руки. Первым шагом на этом пути должна стать отмена коммерческой тайны, контроль над финансовой отчетностью предприятия, а затем и переход всех функций управления непосредственно к коллективу. Именно таким образом КРИ понимает национализацию, наш лозунг: «За национализацию под рабочим контролем и управлением!» Управление предприятиями должно будет вестись не чиновниками или капиталистами, не несущими никакой ответственности перед трудящимися, а самими трудовыми коллективами посредством демократически избираемых ими советов, решающих вопросы принятия на работу и увольнения, организации и развития производства и т. д. Из этих советов должны будут демократически делегироваться комитеты, регулирующие отношения между различными предприятиями, вопросы поставок сырья, транспортировки и сбыта продукции наиболее выгодным для коллективов образом, и организации более высокого уровня (региональные, отраслевые и т. д., до самого верха). Так, посредством демократического обсуждения и согласования, будет постепенно рождаться новая плановая экономика, которая будет охватывать все больше предприятий, делать взаимодействие между ними все более тесным и, в конце концов, положит конец хаосу и анархии товарного производства.

На этих же основах должно быть реорганизовано управление системами образования, здравоохранения, ЖКХ, армией и т. д. Например, управление школами должно будет осуществляться советами, избираемыми учителями, техническим персоналом, родителями и старшеклассниками; из этих советов будут демократически делегироваться муниципальные, региональные и т. д. советы, отвечающие за выработку образовательных стандартов, согласование их с ВУЗами, распределение средств и т. д. Подобные демократические организации охватят все сферы жизни и сделают прежнее буржуазное государство с его президентами и парламентами просто ненужным, фактически они сами образуют органы нового, рабочего государства, о котором говорилось выше и которое станет первым шагом на пути к социализму. Точный вид будущей структуры и взаимодействия органов новой власти должен быть определен самими трудящимися в ходе революционного процесса. Мы выступаем:

«За учредительное собрание, в котором рабочий класс и его союзники — подавляющее большинство общества — смогут решить, какие правительственные структуры являются лучшими для защиты их интересов».

Это и есть рабочая демократия или диктатура пролетариата, та система, за которую выступает КРИ. Построить ее будет непросто, но эта единственная система, при которой возможно окончательное освобождение трудящихся от ига капитала и подконтрольных ему органов власти, осуществление управления экономикой в их собственных интересах, реализация подлинной демократии в отличие от буржуазной псевдодемократии, в которой трудящиеся полностью отчуждены от всякой возможности принятия решений, если не считать постановочных выборов раз в несколько лет.

А что говорит по поводу демократии и государственного устройства программа КПРФ? Как и во всех прочих местах она ограничивается повторением самых общих мест:

Мы видим, что за исключением некоторого «общедемократического» лоска, эта программа полностью остается в рамках существующего устройства, предполагается сохранение всех действующих институтов власти вплоть до двухпалатного парламента. Правда, делается оговорка, что «всемерное развитие получат различные формы народного самоуправления и общественного контроля над работой чиновников», и «придя к власти, КПРФ подготовит условия для становления обновленной системы советского народовластия», но, учитывая все сказанное выше о сущности буржуазного государства и его функциях, о принципиальной неосуществимости подобных преобразований путем постепенных реформ, такие заявления можно смело считать еще одной присказкой для красоты слога. Если же отбросить все громкие, но ничего не значащие слова, КПРФ выступает за консервацию буржуазного государства, признавая этот инструмент околпачивания трудящихся масс хорошим и вполне приемлемым. Но консервация буржуазного государства автоматически означает и сохранение капиталистических отношений, а значит и эксплуатации наемных рабочих, и всего социального зла, проистекающего из нее. В очередной раз за «коммунистическим» гримом КПРФ открылась морда капиталиста, тщательно запрятанное стремление поддерживать все интересы буржуазии.

Заключение

Теперь, когда мы подробно рассмотрели все основные пункты предвыборной программы КПРФ и сравнили их с соответствующими положениями КРИ, выраженными в нашей «Программе» и «Манифесте», мы можем, наконец, вынести объективное суждение о ее характере.

Во-первых, с самого начала мы показали, что эта программа вовсе не предназначена для выполнения, что основная ее цель — увеличение поддержки КПРФ на парламентских выборах, убеждение трудящихся в том, что голос, отданный за нее, может как-то повлиять на политическую ситуацию в стране.

Во-вторых, хотя программа и обещает спасти от окончательного развала здравоохранение и образование, повысить зарплаты, стипендии и пенсии, решить жилищный вопрос, экологические проблемы и т. д., эти обещания присутствуют в ней только потому, что действительно выражают непосредственные жизненные потребности подавляющей массы трудящихся России, и вести успешную агитацию на какой-либо другой основе попросту невозможно. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратить внимание на то, что Единая Россия и другие партии раздают практически те же самые посулы.

Мы со своей стороны убеждены, что в условиях продолжающегося мирового кризиса, когда капиталистическая система подошла к пределу своего развития, удовлетворение любых сколько-нибудь существенных чаяний трудящихся масс в принципе невозможно без выхода за рамки этой системы путем социалистической революции. Поэтому наша программа, в отличие от программ социалистов прошлого, не делится на «программу-максимум» и «программу-минимум», а носит переходный характер: она исходит из первоочередных нужд трудящихся и неизменно приводит к единственному выводу — необходимости взятия власти пролетариатом.

В-третьих, программа КПРФ не предоставляет такого выхода, не дает даже самого малейшего намека на него. Национализация, о которой она говорит, является по существу просто сменой вывески на капиталистической собственности. Следовательно, КПРФ не может в действительности предложить никакого действенного метода выполнения своих обещаний, они просто повисают в воздухе.

В более общем плане, программа КПРФ, несмотря на ритуальные фразы, не является коммунистической. Она не основана ни на классовом анализе, ни на строгой экономической теории, носит откровенно реформистский характер, все ее требования являются по существу буржуазными. В ряде мест, например, по вопросам армии и внешней политики, она прямо повторяет риторику действующего режима, в других откровенно заигрывает с националистическими настроениями, поддерживая тем самым силы, враждебные рабочему движению.

Наконец, она всеми силами тиражирует вредные для рабочего движения мифы и заблуждения, например, о единстве интересов трудящихся и государства и т. д. Сам характер этой партии идеально подходит для этого: ее сторонники вводятся в заблуждение, а многие из тех, кто относятся к ней скептически, переносят это представление и на левое движение в целом. Например, идея национализации пользуется сейчас достаточно большой популярностью у населения (около 15%), однако почему этот уровень не больше, хотя национализация является универсальным ответом на большинство проблем трудящихся? Не в последнюю очередь потому, что, следуя КПРФной пропаганде, многие думают о национализации как о простом бюрократическом огосударствлении и, естественно, не считают ее эффективной. Проводимое КПРФ отождествление режимов в СССР и таких странах, как Китай, с социализмом, также не способствует популярности левых.

В целом КПРФ со своей буржуазной политикой, рядящейся в тряпье «коммунистической» демагогии, является чрезвычайно эффективным инструментом капитала, направленным на деморализацию и разложение сознания рабочего класса, сеяние самых разнообразных иллюзий, слив протестных настроений и т. д. Существование этой партии является фактором, постоянно тормозящим развитие рабочего движения в России. Вот почему одной из основных задач каждого коммуниста сегодня является разоблачение этой партии, вскрытие ее лжи и насквозь буржуазного характера. От того насколько успешно удастся решить эту задачу и преодолеть влияние КПРФ, во многом зависит перспектива социальной революции в нашей стране в ближайшее десятилетие.