Очередное 19-е января. Слова и дела аполитичного антифашизма

Очередной марш по темным безлюдным бульварам, оцепленным полицией и очищенным от потенциальных зрителей. Но это внешняя сторона многих протестных акций нашего времени, к которой мы уже почти привыкли. Гораздо интереснее поговорить о содержании и предыстории нынешней акции, а уж какой будет ее пост-история — покажет время.

Комитет 19 января сделал все, чтобы в очередной раз избежать серьезной дискуссии о природе национализма и фашизма и способах противостояния им. В этом году, ему, однако, пришлось проявить для этого особенно много энергии и изобретательности. Отчеты товарищей, присутствовавших на заседаниях «Комитета», напоминали рассказы о походах в театр абсурда, когда не знаешь, в каком месте плакать, в каком — смеяться. Отключение неугодных участников движения от рассылки, сокрытие места и времени собраний, «консенсус» в принятии решений после фактического отстранения от обсуждения людей, имеющих иную точку зрения на фашизм и борьбу с ним — всем этим методам мы уже давали свою оценку в обращении к антифашистам, опубликованном накануне акции.

Если так пойдет и дальше, нас нисколько уже не удивит, если в следующем году «Комитет 19-го января» станет не только анонимным и аполитичным, но и тайным и подпольным. Причем, прятаться будет не только и не столько от фашистов или полиции, сколько от большинства антифашистов, не согласных с его методами и тактикой.

Мы изначально против формата акции 19-го января как траурно-поминального мероприятия. На нынешнее шествие мы вышли хотя и без флагов — донести хотя бы в самой общей форме свое понимание фашизма, его социальной роли и методов борьбы с ним для нас традиционно гораздо важнее, чем просто помахать флагами, — зато с «растяжкой» «Пока наци нас стравливают, босс и чиновник грабят! Вместе против фашизма и капитализма. За партию рабочих» и «лопатками»: «Долой националистов с площадей! За единство всех трудящихся!», «Против союза либералов и нацистов, за низовые комитеты борьбы!», «Антифашист, не будь нигилистом! Будь организатором и пропагандистом», «Против ультраправых банд — дружины самообороны рабочих и студентов». Выходили с твердым намерением на этот раз не отдирать и не заклеивать символики. Правда, этого и не потребовалось. В этом году у К-19 не нашлось уже добровольных цензоров из числа левых, а у самих организаторов эти функции исполнялись довольно вяло.

В этой связи не могу не привести забавный эпизод. Заметив во время шествия в толпе флаг РРП, один из организаторов потребовал у ее лидера Сергея Бийца свернуть его (это была плохая идея). Нарвавшись на твердый отказ, в замешательстве обращается к нашему товарищу Жене Отто (еще одна плохая идея):

— Женя, откуда у него флаг?

— (с улыбкой, пожимая плечами) Ну… Он его принес…

— Э-э-э…

Флаг и Сергей Биец следуют дальше. А что сделаешь — не звать же полицию?

Выступления на митинге были типично-однообразны и более всего напоминали чтение вслух декларации, выпущенной по случаю мероприятия «Комитетом 19 января». Или это действительно было чтение ее всеми ораторами по очереди? Но к этому однообразию стоит сделать определенные комментарии.

«…у правых в России много врагов: Геи, лесби и транссексуалы, мигранты и „нерусские“, мусульмане и евреи, коммунисты и либералы…» Да что вы? Вот только почему-то либералы уже спокойно сосуществуют и почти что братаются с наци на митингах, а ни одна из других враждебных правым групп — ни коммунисты, ни ЛГБТ, ни мигранты, — в отличие от либералов, — слова на митинге не получила. А как же ваше собственное заявление — приглашение на акцию — «Антифашистская борьба неотъемлема от борьбы за настоящую демократию, за право голоса для всех, кто его лишен»? Вот что мы имеем на деле — никем не выбранный комитет, присвоивший себе право говорить от имени всех антифашистов, и по собственному произволу лишающий права голоса тех, кого сам же классифицировал как «врагов правых». А чтобы эти «враги правых», имеющие отличные от вашего понимание фашизма, ненароком не нашли друг друга на митинге, не объединились и не потребовали себе голос — лишающий их права на флаги и символику — под смехотворным предлогом «как бы кто не попиарился». Настоящая демократия!

Наверно, стоит сказать несколько слов и об «официальных» лозунгах прошедшего мероприятия. «Я не люблю, когда стреляют в спину, я также против выстрелов в упор» — а есть кто то, кто любит? Нечего сказать, очень антифашистский лозунг.

«Нацизм и демократия несовместимы»? Ребята, вы просто насмешили. Вы как будто не были ни на Болотной, ни на Сахарова, не были свидетелями работы оргкомитетов по подготовке этих митингов. В своем заявлении, озвученном на митинге 19-го января, вы же сами пишете: «Теперь, в январе 2011-го, на волне массовых протестов, крайне правые снова ищут для себя место. Они готовы принять респектабельный вид и выражаться осторожнее, только чтобы прорваться на сцену. … И мы уже видели — как в бредовом сне — они выступают со сцены перед десятками тысяч манифестантов». Но эта фраза — самое настоящее лицемерие. Да нет же, господа анонимно-гражданские «антифашисты»! В том-то и дело, что они не «прорываются» на сцену — их туда приглашают, включают в оргкомитеты, принимают как дорогих гостей, им, в отличие от левых, предоставляют слово ваши друзья-либералы.

«Помнить — значит бороться»? Сколь бы ни был абстрактен этот лозунг, но «бороться» — означает действительно бороться. И отнюдь не раз в году для галочки. Разворачивающееся массовое движение настоятельно требует от всех, кто не на словах, а на деле является антифашистом, определить в нем свое место. Не траурные шествия нужны — нужны конференции и соглашения по конкретным действиям — как вытеснить с площадей, акций и социальных движений ультраправых. Как изолировать и лишить влияния на массы тех политиков, кто заигрывает с ними, выводит на трибуны массовых митингов и включает во всяческие оргкомитеты. Пора перестать наконец играть в клуб анонимных антифашистов и открыто заняться политикой. Иначе поминальных дней в году у нас будет намного больше.