Первый тур голосования показал рекордную неявку (более половины избирателей), особенно среди малоимущих и рабочего класса. По словам газеты «Le Monde» от 22 марта, это отражение «глубокого разочарования в политике и в главе государства». Передовица вышла под заголовком: «После кары на выборах — третий раунд социальной битвы?» Газета «Financial Times» предположила, что из-за рекордно низких результатов, которые Союз за Народное Движение получил на выборах, Саркози может склониться к тому, чтобы на время отложить некоторые реформы.
Алекс Руйяр из «Революционных Левых» (французская секция КРИ) отмечает: «После того как Саркози проехался катком по правам и условиям жизни рабочих — и пожилых, и молодых — его просто ненавидят. Он еще никогда не был так непопулярен. Ему иногда приходилось идти на перестановки в кабинете министров, а кого-то даже отправлять в отставку, но главная цель остается неизменной — заставить рабочий класс оплатить кризис вместо банкиров и боссов».
Успехи социалистов и других левых партий
Враждебность к Саркози неплохо сыграла на руку Социалистической партии. После неудач на предыдущих национальных и европейских выборах они испытывали тяжелые шатания — но сейчас у них самый высокий результат с 1981 г. Вместе со своими союзниками во втором туре они получили 53,8% против 35,4% у лагеря Саркози. Социалистическая партия вместе с Зелеными сейчас контролируют 21 из 22 регионов Франции. Под контролем правых остались только Эльзас и колонии Реюньон и Гвиана.
Но в недавнем прошлом именно Социалистическая партия, находясь у власти, предприняла серьезные атаки на рабочих и широкую приватизацию. Это их лидер Мартин Обри, которая готова соперничать с Саркози на президентских выборах в 2012 г., была первой, кто предложил повысить пенсионный возраст во Франции!
Ультраправый Национальный Фронт также выиграл от «протестного голосования»: в среднем они получили 9%, а в регионе, где избирался Ле Пен — 24%. В тех регионах, где они выставили кандидатуры, у них в среднем больше 17% голосов. Таким образом, они не просто вышли на уровень 1995 г., но и создают настоящую потенциальную опасность укоренения реакции.
Левая партия (откол от Социалистической партии) со своими неясными обещаниями борьбы против правых, пожалуй, преуспела не намного больше. В 17 регионах они вошли в Левый Фронт (альянс между Левой партией, Коммунистической партией и правым отколом от бывшей Революционной Коммунистической Лиги), который в первом туре получил в среднем по стране около 6%. Однако их последующее объединение с Социалистической партией и другими силами означает, что во время капиталистического кризиса они будут втянуты в процесс внедрения сокращений, продиктованных политикой центрального правительства.
Кризис и левые
Дыра в бюджете Франции продолжает расти, а дефицит государственного пенсионного фонда составляет 11 млрд. евро. При капитализме это означает, что потребуются новые меры строгой экономии.
Насущная потребность в объединенной рабочей борьбе против кризиса, по идее, должна была принести Новой Антикапиталистической партиа (NPA) значительный успех на выборах: безработица превысила 10%, и миллионы рабочих и молодых людей уже вступили в борьбу за рабочие места, образование и пенсии. Однако NPA в первом туре смогла собрать лишь 2,5% голосов — значительно меньше, чем на последних выборах в Европарламент (4,8%). Лишь в департаменте Лимузин партия смогла преодолеть 10%-ный барьер и участвовать во втором туре. Не имея четкой программы, она получила два места; три места получила Компартия и одно — Левая партия.
В NPA начались стычки и полная неразбериха вокруг тактики: по вопросу о союзе с другими партиями было три различных позиции. «Революционные Левые» (секция КРИ во Франции), так же как и другие члены Национального Комитета, составлявшие «Платформу Б», настаивали на том, чтобы выступать на выборах независимо, с реальной программой рабочей борьбы, и тем самым привлечь для партии новых сторонников и оттянуть голоса у правых и прокапиталистической Социалистической партии. Другие с самого начала склонялись к альянсу с Социалистической партией, а третьи выступали за «технический» блок во втором туре. Но, как отмечает Алекс Руйяр, «не бывает ничего чисто технического». Хотя возможно пойти на союз, не принося при этом в жертву отличительные черты партийной программы, но это был не тот случай. NPA создавалась для того, чтоб противодействовать политике прокапиталистических партий, но на этих выборах в целом ряде случаев ей это не удалось.
Когда на декабрьских «референдумах» в партии «Платформа Б» получила значительно больше поддержки, чем ожидалось, «руководство» NPA решило, что в каждом регионе партия сама будет определять программу и тактику. Это просто-таки рецепт хаоса и неэффективности! Еще один фактор проявился в ходе выборов в Воклюзе, где партия решила выдвинуть в качестве кандидата молодую женщину, которая носит чадру. И до, и после выборов она подвергалась массированным нападкам как внутри, так и вне партии. После провала NPA некоторые постыдно сделали ее козлом отпущения. «На общенациональном собрании руководителей NPA, которое пройдет в ближайшие выходные, те левые, которые группируются вокруг „Платформы Б“, будут настаивать на более четкой боевой политике, — сообщает Алекс, — Правые попытаются свалить плохие результаты на левых, но сделать это им будет нелегко».
Более полный анализ ситуации во Франции и позиций в NPA вскоре будет опубликован на сайтах КРИ и нашей французской секции.
24 марта 2010
