Как «Большая Двадцатка» целый год «боролась с кризисом»

Основные фондовые рынки мира с 8 марта выросли в среднем на 68%. Но назвать это «величайшим с 1930-х скачком», как делает кое-кто из аналитиков — значит упустить из виду, что это лишь мнимый парадокс. Газета «Financial Times» объясняет это явление так: «В большинстве случаев восстановление просто отражает законы физики: если уронить предмет, он ударится об пол и отскочит».

Богатые правительства, которые предоставили банкам более 9 трлн. долларов, в сущности просто печатают деньги. Более бедные «развивающиеся экономики» делают то же самое, предоставив не менее впечатляющую сумму в 1,6 трлн. Все эти деньги дают банкам возможность в очередной раз пуститься в рискованные спекуляции. Таким образом, мировые политические лидеры успешно надувают новый финансовый пузырь всего через год после того, как лопнул предыдущий. И, значит, не исключены новые волны финансовой паники, особенно в случае наиболее вероятного сценария, когда «подъем», о котором кричат на всех углах, сменится новым спадом (так называемая «W-образная кривая»).

В реальном секторе экономики роста по-прежнему нет. В лучшем случае наблюдается стабилизация мировой экономики на том уровне, на который она обрушилась в конце 2008 г. В сентябрьском заявлении Международной Конфедерации Профсоюзов сказано: «Уже посеяны семена следующего кризиса». Действительно, когда для поддержки банков в массовом порядке искусственно увеличивают ликвидность, когда проводят разнообразные стимулирующие программы вроде снижения налогов и субсидирования торговли жильем и автомобилями — все это может временно сгладить экономический обвал, но все это делается ценой дефицита бюджетов и увеличения диспропорций в мировой экономике.

На протяжении десятилетий экономический рост обеспечивался мировой торговлей. В последний раз она снижалась в 1982 г. на 1%. В 2009 г. спад мировой торговли составит около 10%. Даже несмотря на то, что Евросоюз объявил о начале «восстановления», в этом году ожидается спад ВВП на 4,1% и нулевой рост в 2010 г. Последний прогноз МВФ по поводу экономики США говорит, что в этом году ожидается спад в 2,7%. Наиболее трезвомыслящие буржуазные аналитики предсказывают «затяжной период ослабления экономики, экономического недомогания» (Стиглиц), W-образную или U-образную кривую рецессии (Рубини) — все то, о чем «Комитет за рабочий Интернационал» говорил ранее. Мировая экономика переживает не «нормальный» циклический спад, а органический, структурный кризис капитализма, который продлится целые годы и будет заключать в себе периоды крутых спадов и временных, незначительных подъемов, не приносящих никакого облегчения ни рабочему классу, ни малоимущим.

Кто выигрывает от программ помощи?

Газета «South China Morning Post» 15 сентября прокомментировала: «Кризис серьезно ослабил идеологию свободного рынка… Он дал толчок для государственного капитализма и государственного вмешательства — тому типу управления, которого придерживаются многие развивающиеся страны, в особенности Китай. В большинстве стран мы видим, что государство становится главным экономическим деятелем, будь то развитый капитализм или бедные развивающиеся страны». Но до сих пор от этой политики выигрывают в основном богачи, банкиры и спекулянты. Потери в частном финансовом секторе перекинулись на бюджетные отрасли. Комментаторы называют это «социализмом для богатых». Но, хотя элиты забросили идею неолиберализма для богачей и, как французский президент Саркози, продолжают атаковать «культ рынка», они усилили неолиберальное наступление на работников и неимущих в форме сокращений заработной платы, приватизации и диких урезаний бюджета.

Сейчас правящий класс находится в поисках стратегии выхода из текущей фазы кризиса. На этом этапе невозможно ни сбалансировать бюджеты, ни поднять процентные ставки, ни отменить политику искусственного стимулирования. Однако идет подготовка к тому, чтобы значительно урезать бюджеты, чтобы рабочий класс оплатил сегодняшние антикризисные меры. Недавно об этом проговорился Алан Гринспен, бывший глава Федерального банка США, когда призвал к повышению налогов и введению налога на потребление для того, чтобы кардинально решить проблему бюджетного дефицита. Буржуазия под флагом «народного спасения» будет призывать к самопожертвованию ради общего блага, хотя на самом деле это значит, что неимущие должны пожертвовать собой ради богачей.

Такое сочетание государственного вмешательства с неолиберальным наступлением наиболее очевидно прослеживается в тех странах, чья экономика была близка к банкротству. В Латвии МВФ и ЕС потребовали закрытия половины больниц и снижения суммарной зарплаты преподавателей на треть. В Исландии, которую её банки почти обратили в руины, по настоянию МВФ государственный бюджет должен быть урезан на треть. Поучителен опыт Японии, которая из-за десятилетней депрессии в 90-х прибегла к затратам на стимулирование задолго до остальных стран. За период с 1994 по 2007 гг. средний ежегодный доход семьи уменьшился на 16%, в результате чего Япония по уровню бедности оказалась на четвертом месте в рейтинге Организации экономического сотрудничества и развития.

Сейчас во всем мире поднимается уровень безработицы. В Китае за последний год произошло сокращение 40 млн. рабочих мест — это мировой рекорд. Новую работу нашли меньше половины уволенных работников (около 18 млн.). В США с конца 2007 г. потеряно 7,2 млн. рабочих мест. В то время как банкиры и спекулянты получают правительственную помощь, одновременно из-за массовой безработицы и падения доходов падает уровень потребления и растут проценты по займам, в результате чего экономика продолжает идти вниз. Повышение налогов может даже усилить эти тенденции. Тот порочный круг снижения спроса и роста долгов, который Япония пережила в период 1999 — 2003 гг., вскоре станет траекторией большей части капиталистического мира.

Глобальная координация или торговая война?

Беспрецедентная демонстрация глобальной координации, в основном с помощью «Большой Двадцатки», включающей старые силы Запада и новые «развивающиеся» экономики Азии и Латинской Америки, отражает, как никогда, взаимную зависимость экономик разных стран друг от друга. Однако это всего лишь шоу: совместные действия, не признающие границ, могут на капиталистической основе принять лишь самые скромные формы. Каждое правительство будет добиваться выгод для собственных компаний и рынков. Например, на августовском саммите G20 в Питтсбурге США, ЕС и Япония были готовы отдать развивающимся Китаю, Индии и Бразилии лишь 5% голосов. Одни лишь Соединенные Штаты имеют 17% голосов в МВФ, что позволяет им налагать вето на политику Фонда.

Питтсбургский саммит был призван укрепить мировую уверенность в глобальной торговле, однако серьезной координации политики так и не произошло. Напротив, всего через несколько дней между Китаем и США разгорелись серьезные дебаты по вопросу о торговле шинами. Шины составляют менее 0,5% экспорта китайских товаров в США, но в процессе дебатов вскрылись гораздо более серьезные проблемы, которые коренятся в однобоких и довольно жестких «защитных мерах», принятых в 2002 г., когда Китай вступил в ВТО. «Шинные дебаты» в результате привели к тому, что был поднят вопрос, продолжит ли Китай поддержку доллара.

Во всем мире капиталистов пугает перспектива повторения 1930-х, когда падение мировой торговли на 25% тяжело усугубило экономический крах. Но, несмотря на это, они не способны предотвратить возникновение новых конфликтов, таких, как между Китаем и США. За последний год 17 из 20-ти стран «Двадцатки» приняли протекционистские меры друг против друга. Например, американский «Боинг» и европейский «Эйрбас» сцепились в жестокой схватке за рынок, а Европа в ВТО недавно утратила ключевые позиции в контроле над «нечестными» субсидиями. В действительности подобные субсидии, «корпоративные пособия» и другие формы государственной поддержки повсюду растут и растут. В результате между странами обостряются противоречия, коренящиеся в капиталистической системе торговли.

Больные банки — мы это уже видели!

В результате огромного государственного вмешательства угроза полного застоя на время отступила, но не ушла навечно. Капиталистические правительства подготовляют новые кризисы даже тогда, когда пытаются справиться с текущим. За истекший период 2009 г. в США лопнули более 100 банков — в прошлом году таких было 25, а в 2007-м — три. В то же самое время в США продолжают падать цены на недвижимость, несмотря на снижение налогов и другие меры, принятые для поддержки этого сектора, а это грозит новыми проблемами для некоторых крупных банков. Недвижимость по сравнению с периодом бума (2006 г.) подешевела на 32% и, согласно прогнозу «Дойче Банк», будет дешеветь и дальше вплоть до 2011 г. Когда в Японии в 1990 г. лопнул финансовый пузырь, цены на недвижимость непрерывно падали на протяжении 13-ти лет, потом на короткое время стабилизировались и с 2007 г. продолжили падение. Если в расчетах учесть ещё рост безработицы и падение заработной платы, все это чревато для банков гигантскими потерями.

Во время Великой Депрессии 1930-х худшим для банков оказался 1933-й год, четвертый год кризиса. Текущий кризис развивается уже третий год, и он уже обошелся во много раз дороже, чем кризис 30-х: в 25 раз, согласно подсчетам TheStreet.com (нынешний кризис — $23,108 на человека, Великая Депрессия — $821 на человека в ценах 2009 г.)

Несмотря на популистское наступление политиков всех мастей на «жадность» и «бонус-культуру» больших банков, на призывы к жесткому регулированию и контролю, вновь отчетливо видны все факторы, которые вызвали глобальный финансовый крах. Уже началась новая «бонусная феерия»: крупнейшие банки Уолл-Стрит в следующие месяцы планируют раздать 18,4 млрд. долларов. Угрозы Обамы принять жесткие меры на поверку абсолютно расходятся с действительностью. Этим, отчасти, объясняется такое быстрое падение его популярности по сравнению со всеми предыдущими вновь избранными президентами.

Ленин показывал, что кризис или застой могут усилить тенденцию к монополизации. Самые крупные рыбы заглатывают мелких или даже сравнительно больших. Сегодня, спустя 18 месяцев гигантских дотаций, слияний и поглощений три банка контролируют 30% всех депозитов в США. Их мощь чрезвычайно возросла. Но пирамида безнадежных долгов не уменьшилась. И банки возвращаются к старым трюкам, к методам получения прибыли за счет спекуляций, а не инвестиций.

Мысль о национализации за последние десятилетия подвергалась атаке неолиберальной пропаганды, которая (зачастую с помощью абсолютно фальшивой статистики) изображала государственную собственность расточительной и неэффективной, а частную — превосходной. Но никто не может управлять тем, что ему не принадлежит, не говоря уже о том, чтобы планировать эффективный путь использования. Вот почему социалисты требуют подлинной национализации банков и крупнейших промышленных корпораций: под демократическим рабочим контролем и управлением, с минимальной компенсацией (ни копейки жирным котам!), в качестве части более широкого социалистического преобразования общества. В ближайшем будущем идея общественной собственности получит все большую и большую поддержку.

«Китай, на помощь»?

Повсюду капиталисты надеются, что Китай выведет мир из рецессии. На фоне тяжело больной экономики США и Европы кажется впечатляющим тот факт, что Китай, похоже, продемонстрирует в этом году рост ВВП около 8 — 9%. Но, как всегда, главные цифры не показывают даже половины происходящего.

Ещё 2 года назад китайский премьер-министр Вэнь Цзябао утверждал, что экономика Китая «несбалансирована, нестабильна, нескоординирована и нежизнеспособна» (так называемые «четыре не»). Это было в то время, когда китайская экономика росла почти вдвое быстрее, чем сегодня. Год назад экономика «сорвалась в пропасть»: рост ВВП в начале этого года оказался почти нулевым. В ноябре 2008 г. китайский режим начал собственную программу помощи на сумму около 600 млрд. долларов. Но радикальное изменение с тех пор было достигнуто в основном путем рекордного вливания кредитов (около $1,19 трлн.) за первые 8 месяцев 2009 г. Кредиты выдавались государственными банками. Эти займы, равноценные 25% ВВП, один комментатор описал так: «Банки швыряют деньги за дверь лопатой».

Эта мера отчасти повернула вспять процесс «схлопывания» выпуска продукции, который был вызван падением на 23% на рынках экспорта. Но таким образом подготовлены новые проблемы в будущем. Инвестиции, вызванные свободной кредитной политикой режима, на 90% обусловливают рост ВВП в первом полугодии 2009 г. Проблема Китая состоит не в том, чтобы увеличить выпуск продукции или производственные мощности, а в ответе на вопрос: кто, учитывая низкий уровень зарплат в Китае и крутой спад в мировой торговле, будет покупать эту продукцию? Хотя на некоторое время правительство могло бы справиться с этой проблемой, но когда начинают действовать противоборство регионов, растраты, дублирование проектов и коррупция, то политика правительства до крайности обостряет пресловутые «четыре не». В сущности, китайский режим обманывает сам себя. Недавно секретарь Компартии в провинции Гуандун отметил абсурдность способа подсчета данных: «Постройка моста — это ВВП, снос моста — это увеличение ВВП, восстановление моста — это тоже ВВП. Один мост, съедающий гигантские общественные ресурсы, трижды учитывается в ВВП, но лишь один раз становится общественным богатством».

Короткий кризис?

Китайский режим действует в уверенности, что глобальный кризис — это нечто временное, и что когда дела, как всегда, пойдут на поправку, Китай снова выйдет на мировые рынки со своей гигантской растущей промышленной мощностью. Но капиталистический мир вошел в совершенно новую фазу; этот кризис — не временный, и возврат к показателям начала 2000-х исключен. Наоборот, правительство будет вынуждено ужесточить условия выдачи кредитов, что недавно уже вызвало панику на Шанхайской фондовой бирже. В результате, как предупредил Xu Xiaonian из Китайско-европейской Международной бизнес-школы, «Китай выпускает пар и замедляет ход. Кажется, что 8% роста получить легко, но вскоре это станет роскошью. Избыток производственных мощностей — это уже проблема… и прищемит это каждого. Нынешний рост неустойчив; правительство раздает кредиты как безумцы».

Все это не так уж отличается от ситуации по всему миру. Мысль, которую продвигают капиталистические оптимисты, будто Китай вытянет мировую экономику из кризиса — это фантазия. Китайский карликовый потребительский сектор оценивается примерно в 1,5 трлн. долларов — сравните с 22 трлн. в США вместе с Европой. Чтобы скомпенсировать 1%-ный спад в розничной торговле богатой страны, требуется 15%-ный рост потребительских расходов в Китае. Но работники переживают сокращение заработной платы, так же как их товарищи по несчастью в других странах, и не ощущают никакой «экономической стимуляции». Всеобщая потребность в социалистической альтернативе, в демократически планируемой и бережной к природе экономике, ещё никогда не была столь насущной и острой.