Ливия: режим Каддафи рушится

Случись это событие исключительно в результате борьбы трудящихся Ливии, его можно было бы широко и громко приветствовать — но прямое вмешательство империалистов бросает мрачную тень на будущее революции. Продолжающиеся бои в Триполи и в других точках показывают нестабильность текущей ситуации в Ливии и то, что революция, которая началась в прошлом феврале, во многом сбилась с курса.

Роль НАТО

Хотя многие ливийцы ликуют, но социалистам придется четко понять: то, как был отстранен от власти Каддафи (в отличие от свержения Бен Али в Тунисе и Мубарака в Египте), означает, что победа для ливийского народа одновременно сыграла на руку империализму. Если бы страны НАТО не выступили в качестве военно-воздушных сил повстанцев, и если бы не войска, оружие, военная организация и обучение, которые предоставили НАТО и некоторые другие страны (например, феодальный автократический Катар) — Триполи не попал бы в руки повстанцев так, как это произошло. Даже резиденция Баб аль-Азизия в центральной части Триполи была захвачена лишь после интенсивных воздушных бомбардировок НАТО и наступления катарских и других иностранных войск.

Теперь империалистические державы, несмотря на собственные опасения по поводу того, как развернутся дальнейшие события в Ливии, пытаются представить их, как торжество «либерального интервенционизма», то есть их права на интервенцию в другие страны по «гуманитарным» или «демократическим» основаниям. Конечно, это всегда было лицемерием, ведь «либеральный интервенционизм» не применяется к диктаторам-друзьям и союзникам империализма в Саудовской Аравии, Йемене или где-то еще. Державы НАТО надеются, что после катастрофы в Афганистане и Ираке они теперь могут наконец оправдать дальнейшие интервенции для защиты своих собственных интересов.

Несмотря на то, что в боевые действия было вовлечено большое число ливийцев, и несмотря на массовое вооружения населения, до сих пор нет каких-либо признаков, указывающих на то, что ливийские рабочие, молодежь и малоимущие устанавливают собственную независимую власть над страной. Фактически империализм действовал в манере, напоминающей крах сталинистских режимов двадцать лет назад: воспользовался стихийным движением, которое знает, против чего оно, но не имеет собственной четкой программы.

К сожалению, свержение Каддафи не приобрело такой же характер, как революции в Тунисе или Египте, или хотя бы как первые дни восстания в Бенгази, когда были созданы народные комитеты и на короткое время взяли власть в этом городе. Как ни печально, но изгнание Каддафи не стало просто результатом народного массового движения, которое заставляет диктатора уйти. Импульс первых дней ливийской революции был потерян, и, в отличие от Туниса или Каира, в Триполи не происходил один массовый протест за другим или забастовки, подрывающие режим.

Это произошло не просто из-за жестоких репрессий режима Каддафи против протестовавших в середине февраля: например, в Сирии репрессии не смогли остановить непрерывные демонстрации.

Жестокая реакция ливийского режима не была случайностью: Каддафи и его окружение опасались массовых движений, которые тогда развивались в Северной Африке. В марте мы объясняли: «Какой была первая реакция Каддафи на драматические революционные события этого года? Встать на сторону диктаторов, коррумпированных автократов. Когда Бен Али сбежал из Туниса, Каддафи объяснил тунисцам, что они „понесли тяжелую утрату“, поскольку „нет лучшего правителя, чем Бен Али“. Каддафи еще добавил — возможно, намекая на то, как он видел свою собственную судьбу — что надеялся на то, что Бен Али будет править пожизненно».

Временный Национальный Совет

Каддафи извлек уроки из свержения Бен Али и Мубарака и начал контрнаступление на Бенгази и другие центры революции. Они, несомненно, находились под угрозой, но их могло бы защитить массовое народное ополчение, сопровождаемое революционным призывом к рабочим, молодежи и малоимущим в остальной части Ливии. Но самопровозглашенные лидеры восстания не стали бы так поступать. Временный Национальный Совет (ВНС), в котором преобладали перебежчики старого режима и открыто проимпериалистические элементы, погасил изначальный народный настрой против любого иностранного вмешательства и обратился за поддержкой к империалистическим державам и полуфеодальным арабским государствам.

Крупные империалистические державы воспользовались этой возможностью для вмешательства, оправдывая интервенцию «гуманитарной» миссией по спасению человеческих жизней. Но эти же державы весьма мягко отнеслись к репрессиям сирийского режима и хранили полное молчание по поводу жестокостей своего близкого союзника — режима в Бахрейне. Тем самым подтвердилось, что основанием для ливийской интервенции был просто циничный расчет. Некоторые империалистические лидеры — например, Саркози во Франции — пытались добиться преимуществ для себя, но их общие цели сводились к тому, чтобы установить в Ливии более надежный проимпериалистический режим, захватить более прибыльную долю нефтяных и газовых богатств Ливии и, прежде всего, попытаться взять под контроль революции, охватившие Северную Африку и Ближний Восток.

Это вмешательство крупных империалистических держав — в первую очередь, США, Британии и Франции — изменило положение, как только они попытались подчинить себе лидеров оппозиции. Под лживым лозунгом защиты гражданского населения их самолеты осуществили в Ливии более 20 000 атак, направленных на более чем 4 000 целей.

Вмешательство НАТО позволило Каддафи снискать себе поддержку, поскольку многие ливийцы расценивали действия США, Британии, Франции и других стран, как попытку восстановить контроль над богатствами Ливии. И, с другой стороны, не может быть никакого сомнения, что широкое распространение получили иллюзии, будто НАТО действует в интересах антикаддафистской революции — эту иллюзию сейчас используют крупнейшие капиталистические державы, пытаясь контролировать события в Ливии и укрепиться в стране для её дальнейшей эксплуатации.

Альтернативы НАТО нет?

Поэтому согласиться с поддержкой решений ООН и последующих действий НАТО — это означало смириться с провалом ливийской революции. Утверждение о том, что для НАТО «нет альтернативы», уже опровергнуто примером впечатляющего движения в Египте, которое привело к уходу Мубарака. Империалистические державы вмешались в события, исходя из своих собственных соображений, а не в интересах ливийских трудящихся и молодежи. Любая небрежность в объяснении этого факта политически обезоруживает рабочее движение, делая его неспособным предупредить о намерениях империализма. Одна из британских «левых» организаций неизменно поддерживала бомбардировки НАТО, а теперь стремится оправдать это, заявляя, что рабочим теперь, после свержения Каддафи, будет «проще» организоваться — а на самом деле совсем не факт, что будет именно так. В действительности это рационализация их взглядов, позорных для организации, которая называет себя левой: мол, военное наступление империалистического альянса НАТО нужно было поддерживать, потому что у ливийских рабочих и молодежи не было никаких шансов самостоятельно защитить себя или опрокинуть Каддафи.

Но что произойдет дальше, пока не ясно. Нынешняя ситуация показывает, что есть некоторые группы, которые — будь то по политическим или клановым соображениям — продолжат воевать против ВНС. В то же самое время в стане противников Каддафи нет настоящего единства. Население всё лучше вооружается. Появляется вероятность, что, даже если закончатся идущие бои, в будущем вспыхнут новые вооруженные конфликты — в том числе клановые, национальные или религиозные.

Отчасти в связи с этим мы сейчас видим, что основные империалистические страны, параллельно с начавшейся дракой за контракты, усиливают свое вмешательство, в том числе всё чаще говорят о «стабилизационной силе».

Перенаправленная революция

Тем не менее, в настоящее время, несомненно, на территории Ливии есть некоторая поддержка действий НАТО, но это положение не окончательное. Хотя НАТО явно рассчитывал на свержение Каддафи и учел то, что сейчас называют «ошибками», сделанными в Афганистане и Ираке после изначальных военных побед, но события не обязательно пойдут так, как надеются империалисты. Хотя сочетание небольшого населения Ливии и её запасов нефти и газа позволит пойти по крайней мере на некоторую перестройку и социальные уступки, но они не решат автоматически все проблемы, которые в настоящее время выходят на поверхность в Ливии, в том числе потенциальные межрегиональные и межплеменные трения. Есть также вопросы в связи с положением берберского меньшинства (около 10% населения), а также тех, кто продолжает поддерживать Каддафи или, по крайней мере, выступает против иностранной интервенции.

Очень нестабильная ситуация, образовавшаяся сейчас — это, в значительной степени, результат процесса перенаправления революции с пути развивающегося массового движения со своими собственными организациями, обсуждениями и собственной линией, на путь чисто военной борьбы под опекой НАТО.

В настоящее время самопровозглашенный ВНС пытается с помощью НАТО завладеть положением. Но нет никакой гарантии, что он может сделать это на самом деле. ВНС в настоящее время в значительной степени является фикцией. На какое-то время он назначил «правительство», но оно было распущен после того, как 28 июля произошел до сих пор никак не объясненный арест и последующее убийство бывшего министра внутренних дел Каддафи, который успел получить высший военный пост из рук ВНС. Джибриль, который все еще представляется «главой правительства», как правило, находится вне страны, потому что «он опасается за свою собственную безопасность в Бенгази» (The Times, Лондон, 23 августа 2011 года). Если «премьер-министр» Джибриль не чувствует себя в безопасности в Бенгази — основной опоре ВНС до настоящего времени — то понятно, что лидеры ВНС колебались в нерешительности по поводу того, когда переместиться в Триполи.

Сам ВНС для того, чтобы обеспечить себе победу, как мы отмечали еще в конце марта, просто рассчитывал на сочетание военно-воздушных сил НАТО и стремление масс к переменам. Временному Совету, опора которого была на востоке, явно не хватало крепости позиций на западе — это показали бойцы в Мисурате, которые отвергли его власть. Сможет ли он теперь укрепить свою позицию, и если да, то на какое время — эти вопросы остаются открытыми.

Параллельно с национальным самосознанием ливийцев, которое особенно развилось за последние десятилетия, остается и региональное, племенное и клановое, несмотря на то, что страна сейчас сильно урбанизирована. Вдобавок ко всему есть еще этническое меньшинство — берберы, которые сыграли ключевую роль в битвах с силами Каддафи на юго-западе и в Триполи.

Ливия сама по себе является относительно новым образованием, изначально его сформировала Италия в 1930-х, а потом оно воссоздалось — на этот раз под давлением США — в конце 1940-х. Снижение сознания себя как «ливийцев», наряду с ростом межрегиональной и межплеменной напряженности, или развитие фундаменталистских исламских сил — всё это может сделать вероятным распад Ливии, не исключая даже развития событий по сценарию Сомали и Йемена. Межплеменная напряженность может развиться в результате любой длительной войны, если Каддафи последует примеру одного из своих кумиров Омара Мухтара — речь идет о вооруженном сопротивлении итальянскому вторжению и оккупации после 1911 года. Но, с другой стороны, есть факт: одна из движущих сил в движении против Каддафи — молодые люди, которые выступили против удушающей коррумпированной диктатуры — считали себя ливийцами.

Построить независимое рабочее движение

Для массы ливийцев, и особенно для молодежи, рабочих и малоимущих, эта революция была для того, чтобы положить конец угнетению и удушающему коррумпированному режиму и повысить уровень жизни. Но, несмотря на все немедленные уступки и переустройство (ценой продажи нефти), эти задачи в более долгосрочной перспективе придут в противоречие с реальностью капиталистической экономики, охваченной кризисом. Новая всемирная экономическая рецессия ударит по Ливии точно так же, как это было в 1980-х, когда из-за падения цен на нефть ВВП страны сократился на 40%.

Но чтобы предотвратить угрозу нового коллапса экономики и не допустить разграбления ресурсов страны, нужно порвать с капитализмом. Временный Национальный Совет явно не собирается этого делать — наоборот, в нем преобладают прокапиталистические элементы.

Вот почему рабочим и молодежи Ливии следует отбросить все иллюзии в отношении НАТО и не надеяться на Временный Совет, который, по сути, тесно спутан с империализмом. Эта связь видна из проекта ливийской конституции, который выработал Временный Совет и впервые опубликовало британское Министерство иностранных дел, в проекте говорится: «Будут охраняться интересы и права иностранных подданных и компаний». Ни ВНС, ни любое другое капиталистическое правительство в период всемирной экономической нестабильности не сможет оправдать чаяния населения или предотвратить укрепление новой эксплуататорской элиты.

Единственный способ нарушить планы империалистов, покончить с диктатурой и изменить жизнь простых людей — это создание независимого движения трудящихся (ливийцев и иммигрантов), малоимущих и молодежи, которое сможет рассчитывать на собственные силы. Чтобы достичь цели, такое движение должно защищать все демократические права, противостоять приватизации всех ресурсов Ливии, требовать вывода всех иностранных войск и противостоять военной интервенции, организовать демократическое избрание Учредительного Собрания — но, прежде всего, отвергнуть возможность участия в любых органах власти, опирающихся на капитализм. Вместо этого — стараться создать органы власти из представителей трудящихся и малоимущих, которые будут строиться, начиная с демократических структур на рабочих местах и по месту жительства.

Угроза, нависшая сейчас над Ливией, заключена в том, что подконтрольность нового правительства империалистам в сочетании с отсутствием движения трудящихся и малоимущих может привести к возникновению межрегиональных, межплеменных или межрелигиозных конфликтов.

Однако, как показал опыт Туниса и Египта, если массы свергают диктаторов — это еще не конец революции, потому что трудящиеся массы хотят добиться удовлетворения своих нужд и чаяний. Хотя события в Ливии пошли совершенно другим путем, но требования масс никуда не делись, и в борьбе за их выполнение есть возможность создания социалистического движения, которое сможет по-настоящему преобразовать страну.

В отличие от Мубарака, на свержение Каддафи Ближний Восток отреагировал противоречиво. Отчасти потому, что многие считали его «антиимпериалистом»; в основном же из-за той роли, которую сыграли страны НАТО. Очень многие четко видят противоречие: с одной стороны, интервенция НАТО в Ливии, с другой — полное бездействие в случае атак Израиля на сектор Газа и союзнические отношения с Саудовской Аравией и другими диктаторскими режимами. Но движения трудящихся в Ливии, Тунисе и Египте, которые бросили вызов и старым порядкам, и империализму, могут получить новые отголоски, открывая перспективу возможных революций, которые откроют путь к социалистическому будущему.