Смех, или, по крайней мере, едкая ухмылка — первая невольная реакция на «День народного единства». Поражаешься кажущемуся тупоумию и по-медвежьи неуклюжим политическим методам правящего режима. Неужели эти господа всерьез думают, что народный или общенациональный праздник можно ввести? Праздник — потому и праздник, что это не спущенная сверху разнарядка. В Новый год люди не потому гуляют, что на то имеется высочайшее повеление. А 4 ноября, сколько бы по улицам ни было бы расклеено соответствующих случаю официозных плакатов, не во многих домах вспоминают с трепетом в сердце про события Смуты. То были действительно суровые дни героизма, упорства и т. д. Но время берет свое: историки многое расскажут о политических и экономических причина вторжения Шляхты в старинную Московию, но, так сказать, душою прочувствовать драматизм той эпохи мы объективно не можем, — давным-давно российская действительность сделалась иной, с другими проблемами, героями и злодеями. Под этой луной постоянна одна лишь изменчивость — это, вроде бы, очевидно. Но, значит, есть мотивы, по которым государство плюет на эту очевидность и старается навязать народу из пальца высосанный праздник? И тут уже не до смеха.
Первый мотив лежит на поверхности. «Дорогие россияне» привыкли к выходному дню в ноябре, — с этим даже правительству непросто что-либо сделать. Зато правящие могут перенести этот выходной с 7-ого числа на 4-ое. Не нравится буржуазному государству, что кто то, да и вспомнит ненароком, что такое случилось 7-ого ноября в 1917 году.
Да и как это может понравиться буржуазии вместе с её бюрократией?.. Ведь в тот далекий день трудящиеся массы совершили невиданное доселе надругательство над правами буржуазной собственности; организации рабочего самоуправления — Советы — даже власть взяли в руки. В отличие от событий Смуты, этот исторический пример до сих пор сохраняет жгучую актуальность, ведь и по сей день существуют и стригущая купоны буржуазия, и рабочие, которые гнут на буржуазию спину. Что характерно, произошедшее в дальнейшем перерождение рабочего советского государства, узурпация власти в СССР партийно-государственной сталинистской бюрократией, не вызывают такого же резкого неприятия у нынешних власть имущих. Официальная пропаганда отнюдь не воспевает СССР, но, тем не менее, в последнее время, в связи с все большим использованием державнической демагогии («сильная Россия» и проч.), путинско-медведевский режим нет-нет, да и делает реверанс в сторону «дядюшки Джо». Так, в московском метрополитене, в рамках реконструкции исторического облика подземки, восстанавливаются славословящие Сталина надписи, выполненные когда-то советскими оформителями (к моменту публикации данной статьи, восстановление будет, очевидно, уже совершившимся фактом). Это объяснимо: испытать новый 17-ый буржуазия и чиновничество не хотят, а давить по-сталински инакомыслящих, — почему нет?
Но вытравливание памяти о событиях недавней истории — это ещё полбеды. «День народного единства» — это сигнал властей ультраправым. Сигнал этот напоминает зеленый свет светофора. В преддверии 4-ого ноября, дня проведения «русских маршей» начинают активно кричать о себе всевозможные националистические организации; в СМИ передаются заявления всяких там Потких-Беловых. Уже одно то, что в России возможно проведение националистических маршей должно вселять тревогу в каждого понимающего свои интересы рабочего, домохозяйки, небогатого студента. Но Кремль не только попустительствует ультраправым, но и дает им почувствовать свою поддержку. Как раз где-то около прошлого «дня единства» прокремлевское движение «Наши» затеяло агиткампанию против рабочих-мигрантов. Птенцы режима вопили о том, что гастарбайтеры занимают рабочие места, которые по праву принадлежат россиянам. Лидер националистической ДПНИ А.Белов не ошибся, заметив по этому поводу, что Кремль встал на сторону националистов. Конечно, поддержка ультраправых со стороны государства осуществляется неявно, а бритоголовым пока не раздают ни генеральские погоны, ни министерские портфели. Надо, однако, понимать, что буржуазия вместе с её чиновниками со всей серьезностью рассматривает возможность применить «ультраправый ресурс». Когда у «хозяев жизни» не останется другого пути, они двинут против борющихся за лучшую долю трудящихся банды националистов. Нужно об этом помнить и быть готовыми.
25 ноября 2009
