19 января 2009 г. в центре Москвы, возле метро Кропоткинская, были убиты убеждённые антифашисты — адвокат Станислав Маркелов и журналистка Анастасия Бабурова. На печальную годовщину убийства в Москве намечалась акция, организаторы которой пишут в манифесте:
«Сегодня главными задачами мы считаем: лишить нацистов и расистов явной и закамуфлированной поддержки со стороны чиновников, устранить представителей ультраправых из официальной политики, предотвратить использование праворадикальных группировок против гражданских и политических активистов».
Комитет ставит себе политическую задачу — и это не удивительно. Главный подозреваемый по делу об убийстве, которого многие известные СМИ характеризуют как талантливого журналиста и «спичрайтера известных политиков», является соучредителем журнала ультраправой организации «Русский образ». Вторым соучредителем выступал нынешний сотрудник «Комсомольской правды» — жёлтой газеты с многомиллионными тиражами. Газета, с одной стороны, занимает открыто проправительственную позицию, а с другой — с завидным постоянством публикует материалы, от которых, несмотря на вкрадчивый язык, несёт ультраконсерватизмом и ненавистью: к иммигрантам, к представителям молодёжных субкультур, к левым антифашистам. Не секрет, что у «Русского образа» есть государственная «крыша» в лице Максима Мищенко, депутата Госдумы от партии «Единая Россия» (и одновременно куратора проправительственной «России молодой»). Однако единственным последствием шумихи вокруг «Русского образа» стала попытка этой организации отмежеваться от предполагаемых убийц Маркелова и Бабуровой; «деловая репутация» Мищенко ничуть не пострадала. Итак, власти, в очередной раз пойманные за правую руку, явно стараются просто замять скандал. Что это, если не политика?
Удивительно другое. Те политические силы, что представлены в «Комитете 19 января» (от либералов до социалистов и анархистов), готовы ради общего дела поступиться собственной идентичностью: «На шествии 19 января не прозвучат речи политических групп и партий. В нём примут участие граждане, солидарные с инициативой. 19 января и на последующих акциях вводится мораторий на политическую символику — флаги, лозунги, партийные логотипы» (http://19jan.ru/o-komitete-19-yanvarya). Всё учтено до тонкостей: отправлять на помойку свастику еще допустимо, а вот указать, например, на взаимосвязь фашизма и капиталистической системы — уже моветон. Но за этой маской мнимой аполитичности скрывается самая настоящая политика — и никакого парадокса тут нет.
Политика правительства в отношении ультраправых на первый взгляд кажется противоречивой: открытое покровительство их идеологам; затем громкие судебные процессы по делам одурманенных нацистской пропагандой убийц; и на очередном витке суды опять сменяются покровительством. На самом деле никакого противоречия: крупный бизнес, стоящий у руля, не хочет осложнений и стремится во что бы то ни стало не допустить раскола в обществе. В сущности, в периоды экономической и политической стабильности ультраправые всегда обречены на роль маргиналов и экстремистов. Однако в период экономического кризиса всё может измениться: его последствия ощущаются всё сильнее, недовольство трудящихся постепенно растёт, и если рано или поздно возникнет мощное антикапиталистическое движение — экономический кризис перейдёт в политический. И когда обществу так или иначе суждено расколоться, то между расколом на классы и расколом на нации правящая буржуазия всегда выберет последний и совершит бросок вправо. Ведь ультраправые, по крайней мере, не ставят под угрозу столпы системы — частную собственность и частную прибыль, а при угрозе социального взрыва нет более удобного способа удушить протестные настроения, чем запугивание и открытый террор.
Шайки доморощенных нацистов и их лидеры, в сущности, просто ждут своего часа, чтобы стать настоящими бандами головорезов. Заигрывание властей с ультраправыми — отнюдь не случайность или глупость, а умная по-своему политика.
Достойный ответ на такую политику один: поддержка трудящихся-мигрантов в борьбе за собственные права; пропаганда идеи дружин самообороны рабочих-мигрантов и непосредственная их организация; создание новых активных профсоюзов и более решительные действия уже существующих; объединение трудящихся (независимо от происхождения и гражданства) в массовые организации, которые не остановятся на экономических требованиях, а будут вести борьбу за политические интересы рабочего класса.
Но это означает борьбу против капитализма как такового, за социальное переустройство общества с самых основ. Понятно, что такой выход не устраивает не только бонапартистский путинско-медведевский режим, но и тех господ либералов, которые «борются с фашизмом». Либерал беспокоится вовсе не из-за гонений на профсоюзных активистов и не из-за того, что рабочие из Узбекистана трудятся в нечеловеческих условиях и получают за это копейки. Напротив, максимальная дешевизна рабочей силы и отсутствие профсоюзов — это мечта всех секторов буржуазии, как делающих ставку на карту бонапартизма, так и ярых поборников демократических ценностей.
— Почему вы решили поддержать нашу инициативу?
— Это такой нормальный обывательский страх.
— Какие ещё, на ваш взгляд, существуют способы борьбы с фашизмом?
— На самом деле, самое действенное — это повышение уровня жизни населения. Сытый человек мягче и толерантнее голодного. Но это из разряда фантастики. Из реального — нужна умная пропаганда. Не профанация в духе государственной соцрекламы, а тонкая грамотная пропаганда идей гуманизма.
(публицист Андрей Лошак, интервью для «Комитета 19 января)
«Пропаганда гуманизма» в таком контексте звучит как издевательство: под ней подразумевается публичное оправдание капиталистической системы, которая порождает, с одной стороны, эксплуатацию, а с другой — фашизм, буржуазную дубинку против эксплуатируемых; главная цель — сохранить любой ценой статус-кво. Страшась классового, рабочего антифашизма, либеральная оппозиция предпочитает бесформенный студень «аполитичной» борьбы «против неонацистского террора». Если люди, призывая всех на протестную акцию, создают вокруг себя идейный вакуум, твердят, как заклинание, неясные абстрактные лозунги, не желают искать корень проблемы и плохо представляют, как эту проблему решить — именно в этом случае перед буржуазными политиками открывается самое подходящее поле для проведения собственных скрытых интересов.
Конечно, российская буржуазия (как и любая другая) неоднородна. В ней существуют группировки, находящиеся друг с другом в постоянной борьбе. Одни держатся за правящий бонапартистский режим; другие, оттеснённые сейчас от кормушки, не прочь были бы перейти к более «демократичной» форме правления. Для трудящихся, отстаивающих свои классовые интересы (и это политика!), было бы абсолютно неверным игнорировать противоречия в буржуазном лагере и не использовать их. Но одно дело использовать, а другое дело — позволять использовать себя. Именно второе получается с теми левыми активистами, как и с «аполитичными» антифа, которые послушно исполняют роль массовки на якобы неполитических, а на самом деле насквозь либеральных мероприятиях. Демонстрация ради демонстрации, движение ради движения — это по сути своей неверный подход. Белая обёртка «аполитичного» антифашизма в лучшем случае оставит угнетенные массы равнодушными, а в худшем — обманет, что бы ни думали об этом те активисты левого движения, которые заворачивают в эту обёртку отравленную пилюлю буржуазной политики. Последовательная борьба с фашизмом немыслима, если не направить её против капитализма — той гидры, из которой вновь и вновь отрастает разбрызгивающая яд фашистская голова.
Противостояние между наци-отморозками и боевыми антифашистами всё больше напоминает уличную войну, но для успешной войны нужен крепкий тыл. Говорите о взаимопомощи? Помогайте вести антифашистскую и антикапиталистическую пропаганду в среде рабочего класса, в том числе в самой угнетённой его части — среди мигрантов. Не знаменитости, вроде Макаревича, придут на помощь при погромах, а сознательные рабочие. Говорите о самоорганизации? Помогайте трудящимся создать политические организации для отстаивания классовых интересов. Не либералы на своих митингах, а организованные рабочие смогут противостоять фашизму и победить его. Говорите о демократии? Пусть антифашисты всех сортов и убеждений приходят на акции со своими флагами, плакатами, ораторами и агитационными материалами — никакой политической цензуры. Мы уверены, что всякий рабочий или студент, обладающий классовым чутьем, придя на такое мероприятие, без труда разберётся, на чей он стороне и чей антифашизм действительно достоин этого имени.
Именно на такой основе, без цензуры со стороны либералов, их помощников и кого бы то ни было, и надо создавать комитет настоящей антифашистской борьбы.
12 января 2010
