Гайкин Виктор
С т а я
(Убить Катимакина)

«Россию нельзя завоевать,
её можно только разложить изнутри»
Бисмарк
Участкового Ленинского РУВДа Владивостока А. В. Катимакина убивала вся стая – менты, чекисты, особисты. Участок Катимакина включал несколько мно-гоэтажек, в которых проживало немало правоохранителей. Рассмотрение споров между обычными жильцами и жильцами-силовиками было чревато проблемами для самого участкового, поскольку объявление силовика неправым неизбежно влечёт месть «обиженной» стороны. И у меня был конфликт с неким Г. В. Потапенко, в то время, заместителем фрунзенского РУВДа, которому участковый А. В. Катимакин сделал письменное предупреждение в журнале участкового (в арсенале участковых есть такая мера воздействия). Лейтенант Катимакин, сделав замечание подполковнику Потапенко, нарушил один из основных принципов стаи – иерархию, чего стая простить не могла.
Возможно, я преувеличиваю свою роль в этой истории, может быть, Кати-макин «насолил» ещё кому-то из влиятельных правоохранителей. Так или иначе, в 1999 г. г. он был уволен из Ленинского РУВДа. Этому предшествовало жёсткое «прессование» со стороны старших по рангу сотрудников, придирки и «наезды», коих много в арсенале у изобретательных милиционеров.
После увольнения травля не кончилась. Контроль миллионов до зубов во-оружённых силовиков за населением России полный и абсолютный. Человека, который «не понравился» силовикам убивать не обязательно. Ему будут (успешно) мешать устроиться на работу. Квартира его родителей станет мишенью подконтрольных ментам домушников. На его родственников будут нападать «бродячие собаки». Уже сегодня во многих торговых, лечебных, учебных организациях, фирмах от 50% до 100% персонала составляют бывшие силовики, родственники силовиков, осведомители. Работающая в медицине мать, жена, сестра мента выполнит любой приказ начальника своего сына, мужа, брата, ибо от этого зависит его карьера, а значит и её благосостояние. Эти врачи, санитарки могут «случайно» заразить пациента любой болезнью – туберкулёзом, гепатитом, и др.
Я был удивлён, как часто на меня нападали «бродячие» собаки. Моя до-гадка о неслучайности нападений собак на людей подтвердилась, когда после падения берлинской стены в восточном Берлине было найдено здание, в кото-ром на полках стояли миллионы флаконов с индивидуальными запахами во-сточных немцев, которые ШТАЗИ (тайная полиция ГДР) хранила для поиска с помощью собак по запаху нужного полиции гражданина. При необходимости запах конкретного человека можно использовать и для натравливания на него собак. Доказать что собака рвала жертву, намеченную ментами будет практи-чески невозможно.
Считается, что между чекистами и ментами давно «пробежала кошка». На самом деле это не более, чем внутривидовая борьба. Ни одна из спецслужб не сможет своими силами эффективно контролировать страну (да и коллеги-соперники не дадут ей это сделать), а именно это главная цель правоохранителей разного рода. В СССР их «междоусобица» была борьбой за место возле вождя. При наличии «руководящей и направляющей» КПСС силовики (формально) не претендовали на власть, хотя реально и тогда у них было много рычагов для давления на руководителей любых государственных органов.
Сегодня менточекисты – «руководящая и направляющая сила». Отсутствие реально правящей партии и слабость российской буржуазии закономерно приводит к (теневой) власти вооружённую корпорацию. Мафия идёт туда, где возникает (политический, властный, коммерческий) и т.д. вакуум. Это закон примитивных (непроизводящих) сообществ (мафия, племя, стая и т.п.). Не яв-ляются исключением и силовики. Все, кто закончил среднюю школу помнят определение социального класса – «Классы, это такие группы людей, одна из которых может присваивать труд другой, благодаря различию их места в опре-деленном укладе общественного хозяйства»
Менточекисты «присваивают труд» через контроль над предприятиями малыми и большими, торговыми точками и т.д. В большинстве случаев делёж сфер влияния осуществляется «по джентльменски» (братва не стреляйте друг в друга!). Сфера чекистов — монополии и крупные, частично средние производства, «под юрисдикцией» ментов часть средних предпринимателей и малый бизнес. Россия всегда идёт своим путём. Менточекистский капитализм – российское изобретение, патент на которое вряд ли кто-то будет оспаривать, в том числе и потому, что этот вариант развития тупиковый.
«Священное право частной собственности», обеспечивающее на Западе перманентное развитие, в России было отменено в 1917 г. Формально возрож-дённое в 1991г. оно не стало для большинства россиян, а тем более для воору-жённой и всемогущей менточекистской стаи Законом. Один из результатов этого – повальное бегство капитала за границу. В 60-х годах прошлого столетия мировую прессу обошла фотография, на которой был изображён бомжеватого вида немец, сидевший на лавочке в парке западногерманского города и приго-товившийся съесть бутерброд из газетного пакета. Надпись под фотографией гласила «обед самого богатого человека ФРГ». Все деньги этот промышленник вкладывал в развитие производства, а не в покупку рекордных по водоизме-щению прогулочных яхт и островов. Последним занимаются люди, к которым не случайно приклеился термин «олигарх», не имеющий никакого отношения к созданию «заводов, газет, пароходов».
Менточекистский капитализм носит паразитический характер. «Охранники» (термин, введённый Глебом Павловским) по большому счёту не заинтересованы в крупномасштабном экономическом развитии. Во первых, развитие непредсказуемо, оно нелинейно и может привести к качественным скачкам, изменениям, которые невозможно прогнозировать. Проще говоря, прогресс грозит менточекистам потерей контроля над Россией, а значит и источника до-ходов через «присвоение труда другой группы». Телезрители помнят кадры страшной расправы «сил правопорядка» над сдавшимися обитателями Белого дома в 1993 г. Это была не рутинная «полицейская работа», а проявление бес-компромиссной классовой борьбы. С таким остервенением американская по-лиция в 30-х гг. избивала (убивала) забастовщиков, с такой же ненавистью ба-стующие рабочие били (калечили) штрейкбрехеров.
Вторая причина — формирование при крупномасштабном производстве многочисленного и организованного рабочего класса, на базе которого практи-чески всегда появляются влиятельные социал-демократические партии, которые на принципиальном уровне не приемлют полицейско-чекистское управление. Под непосредственным руководством этих партий, например, в Скандинавии был построен «социализм с человеческим лицом» (народное самоуправление, справедливое распределение благ т.д.), в котором полиция занимает весьма скромную нишу.
Традиционно, считается, что главный враг полицейско-чекистской власти – интеллигенция, диссиденты. На самом деле эту «прослойку» полиции всегда легко подкупить, вербовать, раздавить. Сложнее с пролетариатом. В царской России полиция пыталась даже создавать «ручные» рабочие организации («Зу-батовщина»), которые, однако вскоре «перерождались» во вполне самостоя-тельные оппозиционные союзы. В списках репрессированных при сталинском режиме подавляющее большинство – обычные рабочие, шахтёры, мотористы, колхозники. Власть правильно понимала опасность, исходящую от организо-ванных масс и жестокими репрессиями подавляла самою возможность инако-мыслия. «Рабочий класс совместными усилиями способен прервать, парализо-вать и реорганизовать производство» (Каллиникос А. Антикапиталистический манифест. – М.: Праксис, 2005. – С.109).
Когда Зюганов назвал милицию «бессмысленной и беспощадной» (пере-фразировав А. Пушкина) он был не совсем прав, в том смысле, что «бессмыс-ленность» её поведения вполне осмыслена и функциональна, она демонстрирует неподконтрольность, самодостаточность «правоохранителей», отсутствие необходимости в доверии и уважении населения. Любая радикальная реформа милиции невозможна по определению. Попытка осуществления таковой неиз-бежно приведёт к перевороту и взятию менточекистами политической власти. Численность менточекистов в 15 раз больше численности «правоохранителей» в царской России (при том же населении). Это (теневой) правящий класс, аналога которому не было в истории человечества и который объединяет «в одном бокале» паразитизм рантье с отмороженностью карателей.