В связи с Китаем!..
Несколько месяцев назад мне удалось встретиться с Львом Делюсиным, востоковедом, синологом. В 60-е годы он был референтом-консультантом в Отдел ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран, возглавляемый Ю. В. Андроповым. Вплоть до начала 80-х был консультантом Андропова по Китаю. Воспроизвожу фрагмент нашего разговора, который представляется интересным в связи с событиями в Китае.
— Буквально несколько месяцев один мидовский чиновник заявил, что в нашей стране сейчас проживает тридцать миллионов китайцев. Похоже на правду?
— Ну, это, конечно же, ерунда.
— Вроде как по сведениям МИДа...
— Чушь!
— При этом утверждается, что Китай не отказался от своих захватнических планов, вынашивая замыслы экспансии на север, до Урала. И неизбежно Сибирь, и Дальний Восток станут китайскими. Прежде всего, за счет физического присутствия китайцев.
— Даже такое бедственно положение нашей экономики и отсутствие роста за Уралом, не влияет на китайский фактор. Китай – гигантская страна. В отличие от России в Китае не так много труднодоступных районов. Но и даже при этом у них не освоен северо-запад и юго-запад страны. Синьцзян, Ганьсу. Не говоря уже о Тибете. У них есть огромное количество собственных проблем с развитием. Россия ним не нужна.
— А что значит «не освоен». На каком уровне там находится хозяйства.
— Фактически население живет на уровне начала 20 века. В этих провинциях сейчас массовый голод. Крайне слабо развивается промышленность, чахлое сельское хозяйство. Та же картина с развитием производительных сил, что и у нас. При этом там имеется огромное количество природных ресурсов, месторождений полезных ископаемых. В Тибете, например, есть огромные залежи угля, нефти и редкоземельных ископаемых. Но нет практически никакой инфраструктуры. Все это сочетается с национальными конфликтами, столкновением с коренными жителями этих районов. Синьцзян – иначе Восточный Туркестан. Кроме китайцев его населяют уйгуры, казахи и киргизы. Так вот в середине 50-х с их стороны были случаи даже массового исхода этих народов в СССР, в Казахстан и Киргизию.
— Вот так и повалят к нам, и уже с автоматами.
— Это абсурдная логика эпохи холодной войны. Темой китайцев в России занимается Виля Гильбрас, мой старый товарищ, работающий в ИМЭМО. Он вам скажет, сколько у нас в стране китайцев. Что-то в пределах нескольких сотен тысяч. Это максимум. А в многомиллионной Москве – несколько десятков.
— Тем не менее, о том, что про китайскую экспансию размышляют мидовские чиновники, свидетельствует об определенной тенденции в политике. Говорит о соответствующем настроении в МИДе.
— В какой-то степени, да. Есть группа специалистов, которые считают, что китайская экспансия будет обязательно.
— Но это все же частное мнение или отражает тенденции в государственной политике? По заявлениям МИДа можно о многом судить.
— Сложно сказать, кто там определяет внешнюю политику.
— Не видите никого?
— Нет. Там все определяется геоэкономикой, интересами корпораций. У чиновников на Смоленской площади складывается комплекс людей, которые все время отступают и отступают. Как в 1941 году. Он есть даже у Ходорковского, суда по его интервью. То есть мы получаем все товары из Китая, а сами сдаем им за гроши все свои ресурсы. Помогаем им создавать промышленность, а сами остаемся с вырубленной тайгой. Ходорковский в одной из статей так и пишет, что Китай может завоевать Сибирь.
— Почему этого не может быть? Я вас не понимаю.
— Да потому что у них свои земли не освоены.
— Только поэтому?
— Да, только… В 1974 году Андропов, тогда уже председатель КГБ, спрашивал у меня гарантий ненападения Китая на СССР. Я, конечно, полной гарантии дать не мог, но, ссылаясь на анализ данных о китайской военной политике и военной готовности, утверждал с максимальной вероятностью о невозможности войны между нашими странами.
Надо основываться не на риторике военных и мидовских чиновников, а на состоянии потенциала страны. Его у Китая нет. Свои земли богатые ресурсами есть, но воспользоваться ими в требующемся им объеме они не могут. Они не в состоянии заниматься какой-либо экспансией.
— А как же китайское экономическое чудо?
— Это результат успешной государственной пропаганды. В том числе и внешнеполитической. Там люди до сих пор на ишаках ездят.
Недавно один китайский генерал, внук Джу Де, бывшего министра обороны КНР, заявил, что если США сбросят на Пекин атомную бомбу, то у них есть возможность перебраться на северо-запад, вплоть до Урала. Но это ерунда. Хотя США отреагировали на эту риторику настороженно.
Но у китайских военных, как и у любых военных, есть агрессивные настроения. Они не против того, чтобы американцы на них напали.
— Для чего?
— Чтобы ответить. Один китайский деятель недавно заявил, что если американцы займут Пекин, то это будет на благо Китая. Помогу китайцев развивать демократию… По сути, Китай – такое же буржуазное государство, что и Россия. Однако внутри компартии Китая активно создаются маоистские партии, чтобы воспротивиться буржуазно-либеральному курсу Ху Цзиньтао, председателя КНР, и премьер госсовета Вэнь Цзябао. В Пекине и Шанхае уже действуют партии, собирающие силы, настроенные оппозиционно к правящему дуумвирату.
С одной частью происходит либерализация части партийного крыла, состоящего преимущественно из интеллигенции. Выступают некоторые партийные деятели, ученые, не только небезызвестный лауреат Нобелевской премии, которые получили образование в Гарварде, Лондоне. Они считают, что марксизм необходимо развивать. Но не по пути Ленина и Сталина, а по пути Бернштейна и Каутского. И Плеханова. Посмертные записки Плеханова совсем недавно были изданы в Китае и были встречены с огромным интересом. В принципе это значит, что и наши бывшие советские издательства, выпускавшие идеологическую литературу, классику марксизма-ленинизма, типа «Прогресса» сейчас были бы крайне востребованы со своей переводной литературой. Потому что Плеханов критиковал Леина за лозунг диктатуры пролетариата. Он считал, что в крестьянской стране диктатура пролетариата приведет к диктатуре одной партии и одного вождя. То есть к культу личности. Это было встречено с большим воодушевлением китайскими либералами. Эта тема, философия Каутского, Бернштейна и Плеханова сейчас стала популярной и поддерживается именно сторонниками буржуазного курса.
А те, кто считают себя сторонниками Ленина, Сталина и Мао считают, что нынешний либеральный курс губителен для Китая.
— Парадоксально. — Нашу страну ждут такие же парадоксы.

zuban_leb