В коротком заявлении от 27 июля 2005 шесть членов московской организации, а именно, И. З., М. К., Вл. С., В. С., А. М. и И. С. объявили о своем выходе из КРИ («Социалистического Сопротивления»). Таким образом, они присоединились к И. Б., который покинул организацию 7 июня 2005.
В заявлении о выходе говорится, что они оставляют КРИ потому, что их «наши представления о таких ключевых для марксистской организации вопросах, как природа и строение революционной партии, роль и значение революционного руководства, принципы интернационального строительства и само понятие демократического централизма, в такой степени расходятся с позицией и практикой КРИ и его российской секции, что мы считаем для себя невозможным дальнейшее пребывание в рядах этой организации. В связи с этим заявляем о выходе из рядов Комитета за Рабочий Интернационал».
Мы согласны с этим утверждением. Стало очевидным, что некоторые из покинувших организацию товарищей не придерживаются идеи построения в России принципиальной марксистской партии. Лидеры этой группы и на словах, и на практике продемонстрировали иное представление о марксистской организации. Тип организации, которую они предлагают, не станет революционной демцентралистской организацией, но окажется политически и организационно провальным фронтом. Однако, самое печальное состоит в том, что лидеры этой платформы никак не могут согласиться с однозначной оппозицией КРИ карьеризму и коррупции, которая отравляла и отравляет рабочее движение в СНГ (См. Приложение 2: «О текущем положении в организации и задачах партстроительства» в ответ на Платформу).
Лидеры раскола заявляют о «недостатке демократии» в секции, тогда как сами действовали самым недемократическим образом, игнорируя решения демократических структур организации, мнения и демократические права большинства. Они устраивали тайные встречи и приняли решение о выходе из КРИ менее, чем через неделю после издания своей «Платформы» (см. Приложение 1). Указанный документ должен был детально обсуждаться 23-24 июля 2005 на специальном расширенном Российском комитете (РК). Но два дня на такую серьёзную тему (а в ней были подняты не только вопросы партийного режима, но и история марксистских организаций, принципы Переходной программы и демцентрализма) недостаточно. В «Платформе» также предлагалось собрать чрезвычайную Всероссийкую Конференцию в конце августа 2005, где могли бы быть обсуждены все вопросы. Но РК большинством голосов принял решение о середине октября 2005, как о дате Российской Конференции, чтобы иметь время и возможность продолжить дискуссию во всей российской организации о политической ситуации и задачах партии, включая вопросы демцентрализма, и за которой в феврале 2006 должен последовать съезд секции СНГ. После этого решения РК часть членов «Платформы» отказалась от дискуссии и вышли из организации. Это не может быть ничем иным, как попыткой расколоть организацию.
В «Платформе» содержались нападки на КРИ и обвинения в «консервации состава руководства», которое неизбежно ведет к «сектантству и мелочным склокам». Но никаких конкретных примеров для обоснования этих обвинений не было приведено.
«Социалистическое сопротивление» (КРИ) было основано в качестве секции КРИ, чтобы способствовать восстановлению марксистской программы и тактики в бывшем Советском Союзе. На территории СНГ «Комитет за Рабочий Интернационал» построил организацию, которая не только играет важную роль в протестном и антикапиталистическом движении, но и в то же самое время старается предоставить классу переходную социалистическую программу.
КРИ защищал и укреплял наследие и практику марксизма в объективно сложных условиях 90-х годов и оказался способен строить и развивать свои секции в новых регионах. Это было особенно трудно в бывшем СССР после крушения сталинизма, в условиях капиталистической пропаганды, идеологического смятения в рабочем движении, примитивного уровня классовой борьбы, социального деградации и массового обнищания. В этой тяжелой ситуации многие левые активисты в России, и во всем СНГ, неизбежно оказались захвачены оппортунизмом, беспринципными методами в политике, карьеризмом и коррупцией. Этот процесс не миновал и некоторые городские организации КРИ СНГ (См. Заявление о Киевской организации).
КРИ имел и имеет две главные задачи:
1) способствовать формированию новых массовых партий рабочего класса и 2) построить марксистские секции КРИ. Эти две задачи взаимодополняемы. И, как марксисты, мы принимаем как историческую аксиому, что массовые партии рабочего класса способны свергнуть капитализм и построить настоящее социалистическое общество только при условии если существует марксистское руководство.
Для достижения этих задач, КРИ всегда готов работать с другими левыми и классовыми силами в широких кампаниях. Это было продемонстрировано в нашей работе в Рабочем Движении Казахстана, через наше участие в студенческой кампании в России, в антифашистской работе, экологистских кампаниях и в АТТАК. На определенном этапе мы работали с Партий Труда Олега Шеина. В этих широких кампаниях мы сохраняли за собой право выдвигать и защищать свои идеи, анализ, программу и тактику. Это крайне важные шаги на пути создания новых массовых партий рабочего класса, и мы понимаем, что никакой левой группе не удасться в одиночку решить эту задачу. Мы не навязываем своей программы, но мы открыто боремся за неё, и поэтому призываем эти широкие образования быть открытыми и демократическими. На такой же принципиальной и открытой основе мы готовы войти в честный блок с другими левыми тенденциями и группами.
Однако такая тактика не должна заслонять главной стратегической цели на данном этапе — построение крепкой марксистской партии, которая сможет играть решающую роль в борьбе класса против капитализма. Если инициаторы раскола под термином «сектантство» подразумевают отказ КРИ оппортунистически «слить» эти марксистские принципы, свою программу и идеи, тогда мы признаем себя виновными в сектанстве. Упоминаемые «расколы» в КРИ, о которых идет речь, это несомненно ссылка на тех индивидуальных членов и группы, которые вышли из КРИ в последние несколько лет и оставили борьбу за построение марксистской организации. Эти люди либо полностью отвергли борьбу за социализм, либо предпочли быстрый, но шаткий успех в широких оппортунистических и реформистских течениях.
«Платформа» также делает голословное утверждение по поводу структур секции и внутренней демократии, нападает на демократический централизм. «Заявление о текущем положении в организации и задачах партстроительства», представленное руководством КРИ СНГ на Российском комитете во время последнего РК, дало детальные ответы по этим пунктам и защищало демцентрализм - наиболее демократическую и эффективную форму организации. Когда мы работаем с другими группами в более широких кампаниях и структурах, было бы смертельно опасным для революционной организации отвергать демократический централизм в собственной организации и заменять его некотороми формами «сети» или «активизма». В реальности это означает отрицание партийной демократии, основанной на избираемых и ответственных органах, единой и сплоченной организации — всего того, что необходимо для победы класса.
Мы понимаем, что политическая позиция, изложенная в «Платформе» в той или иной форме существовала в организации уже несколько лет. Давно прорывались высказывания и реплики о слишком большом внимании Интернационалу в «ущерб» России; о том, что не следует выпячивать нашу принадлежность к определеной тенденции; о том, что работать надо в более «широких конструкциях», имеющих политический вес и влияние и т. д. Но никто из приверженцев данной позиции не защищал её открыто в демократических структурах секции. Сейчас, когда различия во мнениях вскрылись и оформились, вместо попытки убедить организацию в своей позиции в открытой дискуссии, лидеры этой группы просто ушли. Это означает, что политическая дискуссия могла помешать их целям, которые так и не были озвучены для всех членов секции. Зато они проводили собственную политику во внутренней рассылке организации, они организовали секретные встречи, они убедили некоторых товарищей отказаться от поездки в партийную школу КРИ.
Возможно, они говорят друг другу, что «борьба бессмысленна», и что «некоторых невозможно ни в чём убедить», но за этими тезисами проглядывает элементарная подстраховка, а вдруг их аргументы окажутся некорректными и их сторонники будут разубеждены.
Половина подписавших «Заявление о выходе от 27 июля» вступили в организацию относительно недавно. Они, несомненно, хотели бы видеть свою социалистическую организацию полностью демократической и эффективной.
Но эти товарищи столкнулись с положением, возникшим в последние 2-3 года в результате сознательной деятельности некоторых членов за спиной своей организации. Новые товарищи оказались перед деморализующими фактами не понимая полностью причин, лежащих в их основании. В этой ситуации легко попасть в поток дезинформации, сплетен и политических маневров. Особенно если последние проводятся целенаправленно и закулисно людьми, уже принявшими решение о расколе. Факт их выхода из организации за несколько неделей до требуемой ими же Российской Конференции указывает на пренебрежение партийной демократией, и, косвенно, на дефицит времени в реализации давно задуманных проектов.
Такие люди всегда будут жаловаться на «жесткие вертикальные иерархические методы руководства КРИ», потому что им необходимо правдоподобное прикрытие. Некоторые члены «Платформы» даже были готовы снять вину с деятельности Киевской организации в 2001–2003, а также с И. Б. за контакты с представителями ливийского посольства в Москве, т. е. с тех, кто на доверие со стороны КРИ ответили скрытой нелояльной деятельностью, «освободив» себя от всякой ответственности перед членами организации. И если сегодня мы слышим от них о «росте отчуждения между руководством и рядовыми членами», об «удушливой атмосфере кумовства и двойных стандартов», о «ритуальных покаяниях и выхолащивании демократических процедур», о «поддержании авторитета руководства путем аппаратных игр, вплоть до прямой материальной заинтересованности», то самым мягким определением подобных эпитетов будут два слова — грубый цинизм.
Лидеры этой группы покинули нашу организацию точно таким же образом, как и работали в ней — без открытого обсуждения своей позиции, на основании секретных встреч и тайных планов. Поэтому и любая формируемая ими новая организация будет функционировать точно так же. История ХХ века даёт избыток подобных примеров. Имея за спиной определенный организационный и политический подход, предводители раскола быстро попадут под влияние какого-либо «спонсора» их деятельности, будь то иностранные дипломаты, кремлевские вассалы или фрондирующие буржуазные партии. Политическая жизнь динамична и разнообразна, кампания будет следовать за кампанией, проект за проектом, выборы за выборами, и всем найдётся место для реализации своей энергии, способностей и устремлений. Одно плохо — такими методами невозможно построить марксистскую организацию, стремящуюся к социализму. Те, у кого есть на этот счёт иллюзии очень скоро либо распростятся с ними, либо забудут о своих «увлечениях молодости».
КРИ всегда будет открыт для дискуссий с молодежью, которае находится в поисках партии, борющейся за изменение общества. Мы не отказываемся от дискуссий и с теми, кто покинул организацию 27 июля 2005. Не дискутируется только одно: мы против любых видов коррупции и беспринципных методов, что представляются в виде лёгких, популистских, ни к чему необязывающих «левых» проектов, но которые либо организуются враждебными государственными и классовыми силами, либо играют им на руку. «Социалистическое сопротивление» решительно отвергают подобные организационные методы и идеи, от кого бы они не исходили.
Мы продолжим построение КРИ в России на принципиальной основе. Дискуссии в период до октябрьской Российской Конференции и Съезда дают нам возможность проанализировать и очертить наши перспективы и задачи, и помогут преодолеть результаты деятельности некоторых бывших членов. Несмотря на то, что Россия остается очень тяжелым регионом для работы марксистов, сегодня мы способны привлечь новые слои классовой молодежи, желающей бороться за изменение системы. А значит, заложить основу борьбы за социализм в России, и во всём мире.
Приложение 1. Платформа
Партия
Мы ставим перед собой задачу строительства партии рабочего класса. Однако что такое партия? Партия есть политический инструмент буржуазного общества, рожденный этим обществом и несущий в себе свойственные ему отношения господства и подчинения. Эти отношения чужды пролетариату, он стремится уничтожить их.
Буржуазная партия в условиях демократии отстаивает интересы, чуждые большинству ее сторонников. Поэтому она имеет две программы: публичную — для рядовых членов, сторонников и электората, и скрытую — интересы определенной части крупного бизнеса, политическим голосом которых она является. Рабочая партия открыто отстаивает интересы своего класса. Она не имеет скрытой программы. Ее реальная программа — ее публичная программа.
Рабочий класс вынужден придавать своей политической организации партийную форму как единственно возможную в условиях буржуазной политической системы. Пролетариат не выбирает для себя партийную организацию, она навязана ему. Тем более партия не является для пролетариата прообразом той общественной системы, которую он стремится построить. Партия является для рабочего класса лишь необходимым и вынужденным инструментом политической борьбы. И мы настаиваем на этой точке зрения в противовес фетишизации, абсолютизации партийной формы.
Когда партия превращается из орудия класса в самоценность, когда ее интересы замещают интересы класса, тогда организация начинает существовать ради себя самой, главным смыслом ее деятельности становится самовоспроизводство. В этот момент особое значение приобретают ее традиции, возникает стремление оправдать все свои действия на протяжении всей истории, а явные ошибки списать на происки врагов. Это явление также вытекает из буржуазного происхождения самого института партии, когда господствующие в капиталистическом обществе отношения товарного фетишизма проецируются в отношения фетишизма партийного.
Итак, между буржуазной формой партии и ее пролетарской сущностью существует коренное противоречие. Каждую минуту своего существования рабочая партия сталкивается — и это неизбежно — с опасностью буржуазного перерождения, которая исходит из самой ее природы. Именно поэтому внутри такой партии должен существовать совершенно особый режим, позволяющий, с одной стороны, осуществлять единство организации в действии и поддерживать дисциплину; с другой стороны, обеспечивающий жизненно необходимый этой партии плюрализм — как гарантию постоянной связи с практикой класса — и противостоящий имманентным партийной структуре отношениям господства-подчинения.
Таким режимом — фактически формой существования противоречия в системе «рабочая партия» — является демократический централизм.
Демократический централизм
Свобода есть осознанная необходимость
Как жизнь не есть сумма атомов, составляющих белковую клетку, так и демцентрализм не есть сумма «элементов централизма» и «элементов демократии». И в этом смысле едва ли хоть один марксист будет спорить с Троцким, отказывавшимся предоставить готовую формулу сего «философского камня». Но «диалектика включает в себя момент релятивизма… но не сводится к нему, т. е. признает относительность всех наших знаний не в смысле отрицания объективной истины, а в смысле исторической условности пределов приближения наших знаний к этой истине» (В.Ленин, «Материализм и эмпириокритицизм», 1908). Так что, пожалуй, мы можем высказать некоторые суждения и по этому поводу.
Итак, прежде всего, демократический централизм — это никак не приукрашенные псевдодемократической мишурой отношения господства-подчинения. Рабочая партия не может — и не должна — копировать присущую буржуазным партиям модель «управляемой демократии».
Нет.
Говоря о демократии, мы говорим не о делегировании власти, а о контроле над руководством. Не о победе большинства над меньшинством, а о совместном творчестве всех частей и членов коллектива. В то же время мы не смешиваем это понимание с гнилой практикой «консенсусов» — практикой буржуазных партий, где «баланс интересов» достигается в процессе торга по принципу «и нашим, и вашим». Хорош был бы Ленин, если бы предложил партийной конференции не «Апрельские тезисы», а консенсус, скажем, в форме большой критической статьи в «Правде» (или — даже! — отдельной брошюры) против политики Временного правительства.
Говоря о централизме, мы говорим о единстве в действии, о проявлении воли, а не о подчинении воле. Осознание, сознательность действия, понимание его сути и цели, основанные не только на предшествующем знании, но и на собственной практике и собственном опыте, на обобщении этого опыта через дискуссию — вот тот цемент, который скрепляет ряды организации. Ибо централизм осознанной необходимости — в отличие от централизма господства-подчинения — не противопоставляет партийную массу руководству.
Еще раз подчеркнем, что единственный надежный способ обеспечения централизма — именно как единства в действии — это как раз максимально широкое вовлечение членов организации в принятие решений и контроль за их выполнением.
В противном случае партийное единство как продукт свободы подменяется круговой порукой как продуктом несвободы. Эксцессы становятся неизбежными, а попытки преодолеть кризис привычными методами ведут к его лавинообразному росту.
Печальным примером такой практики для нас является история украинской группы КРИ.
Нет смысла отрицать — да никто и не собирается — личную вину Верника, Пастуха или других в событиях, связанных с т. н. «международным отделом», или, тем более, оправдывать их действия. Эти люди, несомненно, понимали как минимум неблаговидность своих поступков, а также возможные последствия разоблачения как для себя лично, так и для интернационала. И именно поэтому скрывали свои действия — от руководства секции и интернационала, и меру ответственности за них — от других членов киевской группы.
Тем не менее, кажется правомерным вопрос: каким образом крупнейшая городская организация на протяжении нескольких лет могла скрывать основное направление своей деятельности? Как на протяжении нескольких лет могли оставаться незамеченными необычайно высокие — особенно в сравнении с уровнем жизни — финансовые возможности этой организации? Мы далеки от того, чтобы списать все это на личные недостатки и промахи руководства (хотя у нас в организации и существует традиция «перевода стрелок» на личности, особенно, если они уже выбыли из рядов КРИ и не могут ответить на обвинения). Да, личный фактор и здесь — как и везде — сыграл свою роль. Но основным остаются именно: невозможность для рядовых членов организации «достучаться» до любого из следующих за непосредственным этажей партийного руководства; недостаточное развитие традиции широкого обсуждения всех, даже самых неприглядных, сторон деятельности организации, более того — стремление наложить на ряд вопросов печать секретности (в том числе — и от членов организации, кроме руководства); а также фактически полное отсутствие каких-либо контролирующих или ревизионных органов.
Но даже когда тайное, наконец, стало явным, проблема была решена тем же старым способом: быстрый суд и скорая расправа. Понятно, что членов ни киевской группы, ни украинской организации в целом не могло удовлетворить ни то, что «следствие» было поручено тем, кого они считали во многом виновными в сложившейся ситуации; ни то, что все собаки были повешены на отдельных — порою случайно «попавших под раздачу» — людей; ни то, что ни причины кризиса, ни сделанные «следствием» выводы, ни возможные дисциплинарные меры так и не стали предметом широкого обсуждения — до «вынесения приговора». Поэтому совершенно неизбежным оказались все нарастающее разочарование, все более открытое недовольство решениями МИК по «украинскому вопросу», приведшие к фактическому развалу организации.
К тому же стоит напомнить, что даже после «киевского скандала», основной (хотя и не единственной) темой которого стала коррупция, в нашей организации по-прежнему одни и те же органы и распоряжаются финансами и контролируют их состояние.
Что же касается утверждений, будто один или несколько членов организации — пусть авторитетных и занимающих посты в руководстве — могут только одними своими действиями «разрушить демцентрализм» во всей организации, то такая позиция кажется нам идеалистическим преувеличением влияния отдельных личностей на ход исторических процессов.
И тут мы вплотную подходим к вопросам революционного руководства.
Революционное руководство
Троцкий писал о «кризисе пролетарского руководства, ставшем кризисом человеческой культуры». Говоря это, он имел ввиду бюрократизацию и буржуазное перерождение, которому оказались неспособны противостоять партии Второго и Третьего Интернационалов. Однако те условия, в которых были вынуждены действовать осколки Четвертого Интернационала во время войны и в послевоенные годы превратили эту формулу в оправдание для явлений прямо противоположных мысли Троцкого.
Находясь — как единственная подлинно революционная сила — под постоянным шквальным огнем буржуазной репрессивной системы; подвергаясь остракизму и постоянным преследованиям со стороны промосковских компартий и агентов советских спецслужб; будучи постоянно изолируемыми от участия в профсоюзном движении, — троцкистские организации были вынуждены не только и не столько бороться против капитализма, сколько отстаивать собственное существование и идентичность. Это неминуемо привело к консервации состава руководства как гаранта и хранителя марксистской традиции и, в конечном счете, привело эти группы на путь сектантства и мелочных склок. К сожалению, несмотря на ряд крупных успехов, особенно в 60-е и 90-е годы, эти тенденции не удалось до конца преодолеть даже после развала советского блока, массового оттока членов из коммунистических, а затем и социал-демократических партий.
Увы, но и нашей организации так и не удалось преодолеть этап кружковщины. И вопрос здесь не в количественном росте и уж конечно не в смене названия. Дело в том, что на определенном этапе количественный рост должен вызвать качественное изменение самой структуры и принципов функционирования организации. И препятствием на этом пути остается именно существующая модель руководства.
Вернемся же к началу и постараемся ответить на вопрос: что же мы понимаем под словами «революционное руководство»? Как и из кого оно формируется? И далее: является ли для нас источником политических решений, политического курса руководство партии (в узком смысле) или вся партия как наиболее сознательный элемент класса?
Если мы исходим (как это принято сегодня в нашей организации) из существования кем-то когда-то сформулированной заведомо правильной позиции и некоего сакрального опыта (традиций), то владение ими — прерогатива немногих, которые и становятся «руководством» и «пользуются доверием». В этом случае круг лиц, могущих входить в руководство, неизменен (или почти неизменен), а его конкретный состав — произволен (может формироваться не на основе выборов, а путем соглашений и кооптаций).
В этой ситуации, действительно, как любят повторять некоторые товарищи, устав — не более чем бюрократическая бумажка, досадное препятствие на пути все более затягивающего экспрессионизма в организационной практике. Если руководство превращено в совет тудунов, кому нужно кодифицированное римское право? Старейшины и так знают, что невиновный, словно новый Гудини, выплывет, даже если его кинуть в реку со связанными руками и камнем на шее.
Но дух марксизма — это дух сомнения. И ответы этому сомнению дает лишь практика, опыт, данная нам в ощущениях объективная реальность. Однако каждое полученное знание относительно и должно быть вновь подвергнуто сомнению. Если же источником опыта вдруг оказываются «опытные товарищи», то это уже «опыт» с изрядным душком «элементов» достопочтенного Маха.
Если же мы исходим из необходимости поверять каждую идею практикой, если только в ней мы видим единственный критерий истинности наших суждений и только такую проверку называем опытом, то становится очевидной необходимость вовлечения максимально большего числа — в идеале всех — членов партии в руководство ею. Причем не ради фетиша ротации, а именно потому, что только так можно обеспечить максимально сверенное с практикой — а значит верное — руководство. Причем ключевое значение здесь имеет повышение роли и расширение не руководящих, а контролирующих органов (см. В. Ленин «Как нам реорганизовать Рабкрин», 1923)
Вера в сакральное знание немногих рождает страх перед инициативой рядовых членов, партийной массы и, в конечном счете, — недоверие к классу. Узость круга руководства рождает узость каналов информации, сокращение соприкосновения с практикой вне организации и даже практикой самой организации. Выделение руководства из партии ставит всю стратегию и тактику организации в зависимость от субъективного понимания ее группой лиц, что не может не вести к экспрессионизму в политике, а также другим, не менее печальным, последствиям, таким как догматизм и сектантство.
Переходная программа
Сам принцип переходности, выдвинутый Троцким сначала в его теории «перманентной революции», а затем развитый в т. н. «Переходной программе» («Смертельная агония капитализма и задачи Четвертого Интернационала», 1938), имеет глубокий философский смысл. Он опирается на марксистское понимание непрерывности процесса познания в его непосредственной связи с опытом. Каждый отдельный акт познания, т. е. каждый отдельный опыт, дает знание относительной истины, которая, в свою очередь, становится фундаментом, отправной точкой для следующего акта познания. Но бесконечная сумма связанных между собой относительных истин и есть истина абсолютная. Непосредственное познание абсолютной истины невозможно.
Разделение программы на «программу-минимум» и «программу максимум», т. е. на программу социальных реформ в рамках буржуазного общества и программу социальной революции означает возможность резкого, никак не связанного с опытом ежедневной борьбы скачка в сознании рабочего класса. Такой подход по своей сути является глубоко идеалистическим. Кроме того, он был неоднократно использован партиями как Второго, так и Третьего Интернационалов для отказа, в конечном счете, от перспективы революционной борьбы как таковой.
Напротив, программа переходных требований напрямую связанна с тем уровнем сознания, который существует у рабочего класса в каждый отдельный исторический момент, и именно из него — через практику — выводит необходимость социалистического преобразования общества. Каждое ее положение — будет оно выполнено или нет — ставит под вопрос саму логику и возможность существования капиталистической системы, обнажает ее противоречия, а потому является неприемлемым для буржуазии. В своей последовательности переходные требования непрерывно усугубляют эту ситуацию, делая открытый классовый конфликт и вывод о необходимости взятия власти пролетариатом неизбежными.
Одна из наиболее сильных сторон марксизма состоит в том, что он, всегда и везде оперируя и делая выводы на основании конкретно-исторических фактов, одновременно остается универсальной теорией, применимой ко всем областям природы и истории. Именно поэтому, оставаясь глубоко историчным документом, «Переходная программа» Троцкого одновременно является для нас учебником и примером марксистского подхода к формированию программных документов.
В первую очередь это касается необходимости самого тщательного и подробного изучения положения, актуальных нужд и потребностей, постоянной проверки уровня сознания класса и отдельных его фракций. Выдвигаемые нами переходные требования должны быть результатом такого исследования, иными словами: должны быть историчными или «жизненными» — потому что только в этом случае они найдут отклик в массах. При этом ни на секунду нельзя забывать, что смысл переходных требований состоит в том, чтобы повышать сознание класса через его собственную практику, а не в том, чтобы критиковать недостаточность его сознания, противопоставляя ему более «правильные» цели и «революционные» лозунги — по этой скользкой дорожке недолго докатиться и до сектантства.
Ни одно требование и ни один лозунг не даны нам как абсолют, как раз и навсегда подходящие или неподходящие. Программа не может являться революционной или реформистской сама по себе, без связи с конкретно-историческими обстоятельствами. Вчера еще революционный лозунг завтра может перестать таковым, а через две недели ситуация вновь повернется на 180 градусов. Большевики должны были отказаться от лозунга «Вся власть советам!», когда в мае-июне 1917 года меньшевистские советы оказались на деле тормозом революционной активности масс; но вновь вернулись к нему в сентябре-октябре, когда расстановка сил изменилась.
Впрочем, можно привести пример и поновее, скажем, из практики КРИ. На сайте интернационала опубликовано интервью (http://www.socialistworld.net/eng/2004/01/09liverpool.html) с Laurence Coates, в настоящий момент — национальным секретарем R?ttvisepartiet Socialisternas (КРИ-Швеция), участвовавшим в знаменитых событиях в Ливерпуле в середине 80-х годов в качестве освобожденного работника Militant (1984-1987). В частности, он сказал: «Марксисты не являются сторонниками дефицитного финансирования, наша альтернатива — государственная собственность и демократического планирование в отношении крупнейших компаний и банков. Но в условиях местного правительства мы доказывали, что Ливерпуль должен принять дефицитный бюджет, в результате чего доходы не покрыли бы запланированных трат, а затем начали массовую кампанию с целью заставить правительство выделить дополнительные средства».
«Переходная программа» для нас — не застывшая догма, не формула веры, а живая традиция, существующая только в непосредственной связи с ежедневной борьбой класса. И это приводит нас к пониманию необходимости не стороннего наблюдения, а непосредственного и самого активного участия в этой борьбе.
Что дальше?
Выдвигая эти тезисы, мы рассчитываем не на то, что они будут приняты к сведению. Мы считаем, что за ними должна последовать открытая дискуссия и серьезные организационные шаги. В первую очередь, мы считаем необходимым созыв российской конференции, главной темой которой должно стать обсуждение основ марксистского мировоззрения, принципов партийного строительства и политической и стратегической линии организации.
В организационном плане мы также требуем:
• пересмотра организационной практики, когда решения и резолюции руководства (даже по вопросам, не требующим оперативности) обсуждаются в городских группах после, а не до их принятия;
• введения практики регулярных отчетов руководителей перед членами городских групп;
• своевременное и полное информирование членов организации о деятельности интернационала и международного руководства;
• создания контрольно-ревизионной комиссии для рассмотрения конфликтов внутри организации, контроля за соблюдением устава и ревизии финансов;
• переизбрания (на срок до съезда) российского комитета (с максимально возможным соблюдением принципа ротации), а также четкого определения его полномочий;
• создания (путем выборов) организационного комитета по подготовке съезда и передачи ему всех полномочий исполкома в этом вопросе.
Приложение 2. О текущем положении в организации и задачах партстроительства (22-23 июля 2005)
21 июля 2005 была распространена «Платформа», которая критикует руководство организации и Интернационал. Речь идет о вопросах истории нашего Интернационала, методах партстроительства, демцентрализма и вообще о роли нашей организации. За одни сутки было невозвожно написать полный и адекватный ответ на «Платформу», поэтому этот текст является лишь предврарительным ответом.
Массовые движения… но без левого руководства
1. Последние массовые движения на Украине, в Киргизии и Узбекистане, а также протесты пенсионеров в России продемонстрировали потенциал антиправительственных протестов и массовой борьбы на просторах СНГ. Эти события показали, что массы не останутся пассивными и вступят на путь борьбы. Мы стоим в начале нового периода борьбы и радикализации, даже несмотря на то, что этот процесс будет сложным и длительным, со множеством приливов и отливов.
2. «Оранжевая революция» в Украине, и, в меньшей степени, сходные движения в других государствах экс-СССР были доминированы буржуазными, прозападными лидерами, связанными с текущей господствующей политикой империализма. Тем не менее, они продемонстрировали могучую энергию мобилизованных масс и мощь рабочего класса. Несмотря на различия этих движений, общей повесткой дня стало отсутствие самостоятельной организации рабочего класса, и такого политического сознания, которое было бы способно представить классовую альтернативу или решительно изменить ход событий.
3. Несмотря на политическое смятение, эти протесты обозначают выход из сравнительно спокойного периода после падения сталинизма, отмеченного триумфом капиталистической пропаганды, широкой идеологической неразберихой и, даже, деморализации множества слоев рабочего класса.
4. Вследствие, уже сегодня новые режимы на Украине и в Киргизии попадают под даление масс по мере того, как люди приходят к выводу, что нужды их не будут удовлетворены. Тем менее, если рабочий класс не сможет представить убедительной социалистической альтернативы, то реакционные идеи, включая правый национализм и расизм, заполнят эту брешь, поставив под угрозу единство рабочего класса и могут привести к процессу «балканизации» этих общества.
5. Эти движения, крупнейшие за последние 10 лет, отражают не только глубокое недовольство в обществе. Их спонтанный и политически неопределённый характер также демонстрирует, что движения находятся лишь в начальной стадии развития. Нам необходимо развитать нашу программу, переходные требования демократических прав, социальных требований и т. д., в качестве моста к социализму и всё время бороться с оппортунистическими, реформистскими тенденциями и сектантского ультраевого подхода (см. Наше заявление о киевской организации и «оранжевой революции»).
Нет ликвидаторству
6. В этих объективных условиях вероятно будут развиваться разные политические структуры, течения, профсоюзы, комитеты действий. И, конечно, не будет четкого политического сознания. Нам необходимо повсеместно участвовать в массовых движениях, там где у нас имеются ресурсы и использовать гибкий принципиальный подход в отношении организаций, рождённых самими событиями.
7. Поэтому, мы уверены, что предлагаемая «Платформа» фундаментально ошибочна. В нашем Интернационале на протяжении последних 15-ти лет шла перманентная дискуссия о комплексе связей между некоторыми новыми политическими образованиями и политическими партиями, появившимися в различных странах и марскистскими организациями. Это не комментируется в «Платформе». «Платформа» лишь утверждает, что наша главная задача — конструирование партии рабочего класса. Но мы не согласны. Создание партии рабочего класса — это задача самого рабочего класса. Сегодня не существует объективных условий для создания даже небольшой партии рабочего класса, и поэтому идея «создания массовой рабочей партии» пока является пропагандистской. Наша главная текущая задача двойная: во-первых, построение кадровой организации, способной обеспечивать марксистскими кадрами, способными влиять на будущие массовые рабочие движения и организации; во-вторых, делать все, чтобы помогать развитию рабочего движения, и пытаться влиять на его организации и партии.
Мы уверены, что в утверждениях «Платформы» прямо или косвенно заложен вирус ликвидаторства.
8. Владимир Путин ослабевает по мере развития событий. Несомненно, политический климат в Россиии меняется. Зимой 2005 Правительство было вынуждено быстро сделать большие уступки пенсионерам. Авторитет Президента также пострадал от неожиданного нокаута, которым закончилась борьба между пророссийскими и прозападными группами правящих этит в Украине. Причём на фоне борьбы российского и американского империализма в регионе за природные ресурсы, военные базы, влияние, мощь и престиж. Несомненно, эти события и выводы из них, рано или поздно, поднимут сознательность и доверие к самим себе широких слоёв рабочего класса.
9. Но текущий экономический рост, основанный на экспорте нефти, даёт российскому режиму возможности для манёвров. Несмотря на то, что массы людей тк и не увидели реального улучшения их жизненных стандартов на протяжении последних нескольких лет, всё же часть среднего класса и, даже, квалифицированные фракции пролетариата получили повышение зарплат и видимость стабильности. Глобальные экономические кризисы рано или поздно окажут решающее влияние на российскую экономику и экономику всего СНГ, но даже до нового экономического падения массовая борьба вполне возможна, что будет включать в себя растущие элементы настоящей классовой борьбы.
10. Неизбежно, что из-за мощного потока валюты, поступающий от экспорта в правительственную казну, некоторые из этих протестов будут характеризоваться требованиями для перераспределения государственных ресурсов в пользу бедных. В этих условиях будет наблюдаться неизбежный рост реформистских иллюзий среди определённого слоя рабочих активистов. Мы сделали бы фатальную ошибку, как показывает история нашей бывшей шотландской организации, если бы распустили или ослабили нашу организацию в пользу некоторой более широкой и менее идеологической рабочей партии.
11. Наша задача в таких условиях — энергчно участвовать в протестах, осторожно внушая требования, которые указывают на необходимость не только уменьшить долю богатых в обществе, но и положить конец правлению богатых в целом. Нам необходимо быть впереди массовой рабочей борьбы, требующей демократических прав, прав преследуемых национальностей и меньшинств, развивать наши требования прав призывников в деморализованных вооружённых силах и т. д… Какой бы ни была власть Владимира Путина, события в Украине и в других местах доказывают, что сила государственной машины может оказаться парализованной перед массовыми рабочими движениями.
12. Объективная ситуация прокладывает путь к крупным сражениям и в определённый момент рабочий класс решительно вступит на поле боя. Этот процесс будет сложным, учитывая наследие сталинизма и последующего разрушительного восстановления капитализма в течение более чем десятка лет. Реформистские и сталинистские идеи станут усложняющими ситуацию факторами. Тем не менее, российский рабочий класс будет бороться за формирование новых массовых организаций, а его самые радикальные группы будут искать классовую социалистическую альтернативу. Наша роль состоит в том, чтобы помочь классу вновь открыть его революционное марксистское наследие. Поэтому было бы преступлением поддаться соблазну ликвидаторства и присоединиться к тем радикальным силам в других странах, которые отвергли наследие большевизма, аргументируя, что сегодня требуются новые формы организации.
13. Центральной стратегической задачей нашей организации является построение марксистской организации, способной играть решающую роль в свержении капитализма. Учитывая наши размеры и ресурсы, главной задачей секции СНГ в настоящее время является мобилизация инициативных кадров с целью собрать наши силы в крепкую организацию, обладающей влиянием и авториитетом среди рабочего класса и молодёжи. На этой стадии это означает налаживание связей с наиболее радикальными молодыми рабочими. Мы должны уделять огромное внимание нашей работе с молодёжью. Работа среди студентов против реформы образования уже принесла успехи и мы должны укреплять это направление. Однако, наш успех будет зависеть от того, как мы преуспеем в политизации этой борьбы в социалистическом направлении, и убедим новый пласт молодёжных активистов в необходимости марксистской организации. Это не фетишизм, как утверждает «Платформа», но абсолютно необходимый фундамент для создания широкой классовой организации в будущем.
14. Рекрутирование, консолидация новых членов и формирование новых кадров — есть существенные цели, если мы хотим преуспеть в исполнении наших задач. Однако, этого не случится само по себе или просто так. Эта задача требует не только плана дискуссий для новых членов, но также требует от руководства сознательной политики подъёма их собственного политического уровня. Большевизация ячеек, которая обсуждалась несколько месяцев назад и сейчас началась в Казахстане, должна стать приоритетом. Это означает, что нужно придавать особое значение политическим дискуссиям и ясности на всех уровнях — задачи, от которых на протяжении последних нескольких лет мы несколько отошли. Организационные задачи должны исходить их политических перспектив и идеологической ясности.
15. Российская организация, так же как секция КРИ-СНГ работала и работает в крайных тяжелих условиях. Создание секции, хотя пока малочисленной является большом достижением. Но несмотря на правильность наших идей и анализа, вероятно было неизбежным, что объективное положение создаст рад трудностей. В искаженной форме, безпринципные действия Киевского МО и некоторых членов в Москве являются следствиями объективного положения.
16. Руководство КРИ и секции СНГ действовали решительно и принципально в попытке решить Киевский кризис. К несчастью не все товарищи в Киеве были готовы исполнить решения, которые были приняты, и поэтому Киевская организация испытывала больше конвульсий, чем могло быть. Оппозиция некоторых товарищей решениям Интернационала дала понять некотрым российским товарищам, что они тоже иногда могут действовать против интересов нашей организации.
17. КРИ приветствует политические дебаты и дискуссии, проводимые открытым и демократическим образом через надлежащие структуры. К сожалению, многие из последних дискуссий не проходили через эти структуры, которые позволили бы товарищам участвовать, а руководству представлять свою позицию остальным членам. Но сейчас открытая, полная и демократическая дискуссия даст нам возможность укрепить наше понимание и нашу организацию.
18. На собрании московской организации 7 июля 2005 года два товарища выразили свою оппозиционность избранному руководству организации и критиковали некоторые традиции и практику КРИ. Главный удар аргументов в той степени, в которой они могут быть поняты, состоит в том, что ни прежнее киевское руководство, ни И. Б. не несут ответственности за свои действия. Потому что они сделали то, что сделали, по причине неправильной структуры организации, или что избранное руководство «вынудило» их действовать таким образом. Некоторые идеи, которые высказываются оппозицией могли бы помочь в укреплении демократических стуктур. Однако другие их требования, даже если они эволюционировали и высказывались бы осторожнее и умнее, могут привести в случае их применения к коллапсу марксисткой организации.
19. Это нашло отражение в нашей работе, к примеру в АТТАК, а позже в Партии Труда и социальных форумах, где наблюдалась некоторая эрозия нашей программы. Это выразилось в нежелании или «трудностях» представить нашу программу открыто, поддаваясь вместо этого требованиям руководителей этих организаций, чтобы мы ограничили себя организацией небольших семинаров, на которых будут принимать участие только те люди, кто уже знают нас. Это отразилось в нежелании поддерживать четкую партийную идентичность. Это, к примеру, явно противоположно работе, которую ведут наши немецкие товарищи в новой WSAG, которые несмотря на противодействие лидеров WSAG, приняли участие в конгрессе как дисциплинированная и организованная политическая сила, которая преуспела в получении поддержки нашей позиции со стороны существенного пласта активистов.
20. В последний период влияние этого давления также отражается в значительной потере ясности в нашей собственной программе. В глазах части наших членов Переходная программа Льва Троцкого сейчас не является мостом между текущим сознанием рабочего класса, чтобы показать необходимость социалистической революции, но более похожа на лестницу, по которой рабочие идут шаг за шагом в направлении социализма. Фраза «шаг за шагом» была использована в московском собрании, а затем была заменена в «Платформе» более сложной формулировкой «бесконечная сумма связанных между собой относительных истин и есть истина абсолютная». Однако значение этого выражения то же самое — шаг за шагом к социалистическому сознанию, к социализму. В XIX веке это называлось реформизмом.
21. На практике эта «слабая формулировка» привела к некритическому (по финансовым причинам) участию в попытках буржуазной СДП(о) в Украине объединить разнообразных левых вокруг себя, рекомендациям украинским рабочим поддержать один вариант КзоТа против другого, а в России к последнему представлению прогрессивной шкалы налога на богатых, как лозунгу, «отвечающему моменту и текущему сознанию масс». Сознание масс без сомнения может быть различным. Но мы не приспосабливаемся к нему, и не выстраиваем своей стратегии и своих акций на основании текущего сознания масс. Мы вмешиваемся в массовое движение, но если необходимо, мы будем выступать против реакционных идей, владеющих массами в данный момент.
22. Так, марксисты поддерживают прогрессивную шкалу в качестве одного из требований рабочего движения, однако предпреждают, что эта мера не приведет к фундаментальному изменению в различиях между богатыми и бедными и не повергнет власть капитала. Данная мера имеет смысл только будучи представленной в качестве части программы экспроприации капитала; программы связанной с необходимостью национализации ведущих отраслей экономики с демократическим рабочим контролем и управлением на предприятиях и социалистической плановой экономикой. Мы никогда не будем предлагать прогрессивное налогообложение в качестве ответа на проблемы трудящихся. Даже приведенная в «Платформе» цитата о ливерпульской борьбе, когда около 250 000 рабочих и молодежи участвовали в массовой борьбе под руководством Интернационала против правительства Тэтчер, взята вне контекста так, чтобы показать, что в «Платформе» приводится правильное понимание переходной программы. Лоурэнс ранее заявлял в своем интервью, что в то время «многие рабочие советы подняли местные налоги для предотвращения сокращения бюджета». Мы ответили, что это не есть альтернатива, потому что это — безусловно — ударит по семьям рабочего класса. Тот же аргумент мы приводим и сегодня. В Швеции, где социал-демократы и прирученные левые продвигают пакет массированных урезаний социальных гарантий и прав, повышений налогов, документ манделистского ОСЧИ призвал к даже большему увеличению налогов, в качестве альтернативы урезаниям. Мы против этого. Мы говорим нет повышению налогов для компенсации ограниченности государственных ликвидных средств. Альтернатива заключается в борьбе за большие ресурсы.
23. Эти аргументы, использованные в «Платформе», отражают многое из того, что произошло в мире после развала Советского Союза, в период спада классовой борьбы, приведшего к сдвигу вправо социал-демократических и коммунистических партий. Часть левого фланга была деморализована и пришла к выводу, что строительство революционной партии более невозможно и неактуально. Они ошибочно поверили в то, что смогут «быстрее преуспеть» в том случае, если на время отложат марксистские идеи, анализ, программу, стратегию и тактику. Не нужно было больше обладать полноценной дисциплинированной демцентралистской партией, с ясными перспективами и программой. Как вспомнят многие товарищи, похожие аргументы были использованы нашими бывшими шотландскими товарищами, которые ныне возглавляют Шотландскую Социалистическую партию (См. документы Шотландской дискуссии).
24. Не смотря на это, построение массовой революционной марксистской партии, в соответствии с принципами демократического централизма, остаётся единственым способом дать рабочеу классу руководство, способное возглавить борьбу за свержение капитализма, за социалистическое общество. К примеру, массовая социалистичесая партия с сильным марксистским руководством, объединяющим рабочий класс против правящих элит и реакционных политиков, была ключевым недостающим фактором, в последних массовых движениях в Украине, в Киргизии и Узбекистане.
Демцентрализм и структуры
25. Когда речь идет о структурах, то это значит — о природе и типе организации, которую мы строим. Структура организации есть отражение тех политических задач, которые перед ней стоят. Вот почему очень важно основательно и полно обсуждать и согласовывать политические задачи перед принятием решения о структуре организации. В действительности позиция в отношении структуры, которую предлагают авторы «Платформы» в этой дискуссии, есть отражение политических задач, которые, как они полагают, наша организация сейчас должна решать.
26. Действия Киевского МО и И. Б. подорвали наши усилия по партстроительству, особенно в отношении финансового вопроса, отвергая подход нашего Интернационала к формированию финансовых фондов, который основывался на самопожертвовании членов организации и ее сторонников. Этот момент требует политической сознательности наших товарищей в отношении необходимости находить деньги, а также понимания предназначения этих средств. Финансирование организации ее членами и есть обеспечение демократического контроля над руководством. Но поиск секретных ресурсов финансирования, которые использовались для завоевания поддержки своим методам за спинами большинства товарищей противоречил этому принципу.
27. Когда Льва Троцкого попросили дать определение демократическому централизму он ответил следующее: «Я не думаю, что могу дать такую формулу демократического централизма, которая позволит «раз и навсегда» избежать недоразумений и ложного понимания. Партия является живым организмом. Она развивается в борьбе с внешними препятствиями и внутренними противоречиями». (Письмо редактору Socialist Appeal, декабрь 1937)
28. Правда также заключается в том, что не существует, и не может существовать, изначально такого Устава, который обеспечил бы превосходную организацию. Демократический централизм требует, чтобы структуры развивались в русле политических задач, стоящих перед нами (очевидно, что демцентралистская организация в условиях репрессивного режима будет отличаться от той, что работает в среде свобод буржуазной демократии). Сейчас объективная ситуация на просторах СНГ становится относительно более предпочтительной, и нам необходимо построить более профессиональную, ответственную и единую или, другими словами, — «более большевистскую» организацию.
29. Первое требование заключается в том, что необходим как можно более полный анализ политической позиции и тактики. Это нужно не только потому, что политическая ясность необходима для правильных решений, но также и для того, чтобы кадры развивалось на каждом уровне организации. Эта задача требует, чтобы избираемые съездом органы были ответственны за регулярный пересмотр политической ситуации и принимали необходимые решения о возможной тактике и, таким образом, требует формирования более оперативного исполнительного органа.
30. Второе требование состоит в том, что нужна как можно более полная демократия в организации. Каждый член имеет право высказывать свое мнение в любой дискуссии и участвовать в принятии решений. Поэтому секретные дискуссии и финансирование абсолютно недопустимы. С другой стороны, все вопросы должны обсуждаться и приниматься через официальные структуры организации, а все решения должны доноситься до членов так, чтобы они могли быть обсуждены, скорректированы и исполнены. Демократия при демцентрализме означает, что все члены имеют право участвовать в дискуссиях и убеждать друг друга, но когда решение принято большинством, все товарищи должны его исполнять. Следовательно, члены организации не могут игнорировать решения, принятые официальными структурами и поступать по своему личному усмотрению.
31. Третье требование гласит, что организация должна избрать товарищей, которые наиболее политически сознательны, с целью осуществления политического и оперативного руководства. Они должны действовать ответственно, никогда не ставить свои собственные или локальные интересы на первое место. Такое руководство должно избираться и быть ответственным, потому как в нашей организации руководители должны регулярно встречаться, обсуждать и направлять работу организации в ключевых событиях.
32 В «Платформе» нет конкретных предложений каким образом надо изменить структуру. Но в течении многих со стороны некоторых из тех, кто её подписал озвучивались идеи, что руководство должно строиться на основе встреч «активистов», что само руководство необходимо заменить координацией, что избранное руководство не имеет права получать информацию от членов, а избранные органы не имеют права представлять свою коллективную точку зрения. Сейчас эти неявные тезисы получили более чёткоё оформление в «Платформе». Очевидно, что здесь просматриваются два ясных альтернативных типа организации. Один, поддержанный Интернационалом, — это марксистская организация, использующая демцентрализм в качестве своей основы. Другой тип — федералистская организация в сочетании с постоянно перестраиваемой позицией в зависимости от данного «набора активистов», которая приведет к быстрой дегенерации.
33. На момент 3-го съезда мы имели только 4 признанные городские организации. Мы ожидали (и это действительно произошло), что после съезда начнется рост в новых регионах. Количество членов было недостаточным для основания полноценных национальных комитетов. Таким образом было решено, что съезд изберет ИК для всего СНГ, который будет ответственен за политическое и идеологическое руководство секции, а также два отдельных комитета — российско-казахстанский и украино-молдавский.
34. Предполагалось, что эти международные комитеты будут гибкими структурами. К примеру, два места было оставлено за Ярославлем, хотя ярославские товарищи тогда еще формально не вступили в организацию. Предполагалось также, что по мере формирования новых городских групп они также получат представителей, как и произошло впоследствии с Саратовом и Тюменью.
35. Роль ИК СНГ в этом контексте заключалась в том, чтобы действовать в качестве идеологического и организационного руководства всей секции. Однако сознательно ставилась цель развития внутренних структур организации, чтобы к следующему съезду были сформированы отдельные национальные комитеты.
36. Структура работала в этот период удовлетворительно. ИК играл свою роль и собирался по ряду случаев, иногда в расширенном составе. Однако это было сложной задачей. Но его работа над укреплением внутренних и национальных структур секции, и в качестве постоянного руководства секцией была затруднена по причине значительных расстояний и затрат. Это не должно было быть проблемой, поскольку по мере развития национальных структур, именно эти структуры должны были брать на себя указанную роль.
37. Но своими действиями все члены Исполкома от Украины, а также косвенно и И. Б. в последние 2 года, разрушили решения, принятые на Третьем съезде. Они отказывались открыто обсуждать свои политические разногласия и действия, подрывали попытки укрепления демократических структур и более эффективного формирования финансовых фондов. Они цинично сколотили секретную группу товарищей, посвященных в их дела, и шантажировали последних, дабы обеспечить сохранение своих интриг в тайне от остальной части организации. Эти товарищи несут полную ответственность за трудности, которые возникли сейчас. Никакие попытки отвлечь внимание через постановку других вопросов не освободят их от ответственности.
38. Киевский скандал привнёс изменения в характер работы организации. Во-первых, больше внимания уделяется формированию российского и казахстанского комитетов, чтобы они могли играть ключевую роль в последующем развитии организации. Более сознательно предпринимаются усилия в развитии кадров в регионах и развитии городских организаций со своими комитетами. Особенно в Казахстане были предприняты специальные меры для укрепления кадровой базы организации. Эти меры включали визиты одного из членов МИК, поездку по стране члена ИК для укрепления городских организаций, а также планируемую казахстанскую конференцию. Эта кампания уже дала положительный эффект, потому как характер казахстанской организации начал меняться с выделением шести городских организаций.
39. К съезду мы должны подойти готовыми для принятия некоторых важных шагов. Очень важно, чтобы эти вопросы обсуждались максимально полно, чтобы было понятно что предлагается.
40. Но любое изменение должно быть основано на принципах демцентрализма. Все демократические права и нормы должны быть соблюдены. В нашем Интернационале демократия означает, что каждый член организации имеет право выражать свою точку зрения в любой дискуссии и участвовать в принятии решений. Эти дискуссии не должны быть ограничены лишь небольшой группой, которая имеет доступ к Интернету или является частью тайной «фракции», организованной на личных отношениях и дружбе. Дискуссия должна вестись через официальные структуры, чтобы все могли принять в ней участие.
41. Главная задача избранных органов организации — обеспечение политического и тактического руководства. Этот подход требует коллективной дискуссии и коллективного принятия решений на всех уровнях. Если руководящие органы не могут представлять свой коллективный анализ и предложения, члены организации в результате этого не имеют возможности судить, действовали ли они как эффективное руководство. По мере возможности руководящие органы должны включать большее число постоянных членов, чтобы они были ответственны за определенные задачи и несли ответственность за их исполнение. Также крайне важно, чтобы руководство имело ресурсы необходимы для исполнения решений.
42. До сего момента мы несем ответственность за организацию КРИ не просто в одной стране, а одновременно в нескольких странах, расположенных на огромной территории. Это влияет на нашу структуру. Несмотря на то, что в будущем мы сформируем самостоятельные структуры в каждой стране с некоторой формой координационного комитета для всего СНГ, наша секция (возможно за исключением России) еще недостаточно развита для этого.
43. Представляется, что оптимальная структура будет включать избираемый съездом ИК для всего СНГ, а также на этом этапе — избираемые российский, казахстанский и украинский комитеты с российским и казахстанским исполкомами. В этом случае ИК СНГ будет ответственен за координацию между республиками, финансы, публикации и развитие кадров. Российский и казахстанский исполкомы возьмут на себя ответственность за политическое руководство в своих республиках. Однако еще многое необходимо обсуждать для шлифовки деталей такой структуры.
44. Хотелось бы, чтобы этот документ внес свой вклад в столь необходимую нам вплоть до съезда дискуссию во всей организации. Но наиболее важные из этих дискуссий — о нашей программе, анализе и задачах. Таким образом, было бы неправильно бросаться принимать решения о структурах перед завершением других дискуссий.
45. Это процесс, однако, не исключает работу по дальнейшему укреплению нашей организации через сосредоточение на политическом и организационном развитии наших кадров, борьбу за большевизацию энаших городских и национальных структур. Это означает, что каждый член организации может выносить на обсуждение свои предложения по изменению и усовершенствованию структур не дожидаясь съезда. Эта задача требует усилий, самодисциплины и понимания.
46. Если мы преуспеем в этом, то станем гораздо сильнее, чтобы использовать новые волны борьбы, которые, несомненно, впереди. Мы будем способны влиять на тактику этой борьбы, помогать политизировать тех, кто в ней участвует и — что наиболее важно — сможем укрепить нашу организацию так, что она сможет лучше развиваться в будущем.
8 августа 2005
