Мы — грешные, много чего интересного узнали из этой статьи. Лев Троцкий, оказывается, находился под влиянием мелкобуржуазных теорий «рыночного социализма». Автор даже утверждает, будто самой характерной в этом плане, т. е. в плане мелкобуржуазной склонности к рынку, является статья Льва Троцкого «Советское хозяйство в опасности!» (Бюллетень оппозиции № 31, ноябрь 1932)
Отлично, тов. В. Шапинов! Давайте, проверим.
Мы публикуем на нашем сайте упомянутую Вами статью, написанную Стариком по итогам 1-ой пятилетки в С.С.С.Р. Статья эта небольшая и каждый прочитавший ее, без труда определит, план или рынок отстаивал Лев Троцкий, за какую «децентрализацию» он выступал, какие темпы он предлагал снизить и какое отступление предполагал.
Сравнение будет далеко не в пользу Вашего пресного ученического текста, который «согласно марксистской науке сочетает элементы с пережитками», и не в пользу Ваших притянутых за уши «выводов». Но Вы сами напросились, не обессудьте.
Вы утверждаете, что Лев Троцкий никогда серьезно не знакомился с марксистской политэкономией. Из чего же это следует? По Вашему мнению, вот из чего: Лев Троцкий не принял участия в полемике с экономической школой народников в 90-е годы XIX века.
Кого Вы дурачите? В 1894 году, когда Владимир Ленин написал «Что такое друзья народа и как они борются против социал-демократов» Льву Троцкому было только 15 лет. В январе 1898 его арестовывают и помещают в Херсонскую, а затем в Одесскую тюрьму. Начало века он встречает в московской пересыльной тюрьме, где впервые и услышал о Владимире Ленине и прочитал его «Развитие капитализма в России» (1896-1899).
Воистину, есть две бесконечные вещи: Вселенная и глупость. Хотя насчет Вселенной ученые еще не уверены.
Действительно, Лев Троцкий не участвовал в полемике с Розой Люксембург («Накопление капитала», декабрь 1912). Но ведь и Владимир Ленин тоже в ней не участвовал. Хотя он прекрасно знал все 4 тома «Капитала», но все же считал себя недостаточно подготовленным для погружения в анализ титанического труда Розы Люксембург. Не приняли участие в дискуссии ни Рудольф Гильфердинг, ни Георгий Плеханов. Доказывает ли это, что они никогда серьезно не знакомились с марксистской политэкономией и имели о ней отдаленное представление? Сомнительно.
На «Накопление капитала» более или менее развернуто (но еще не значит — убедительно) ответили только Антон Паннекук, Густав Экштейн и Отто Бауэр. Владимир Ленин ограничился лишь солидарным письмом Густаву Экштейну.
Ну, хорошо, а как сам автор знаком с марксистской политэкономией? После того, как великий и ужасный Лев Троцкий (автору оказалось достаточно элементарной проверки) низложен им с трона «пророка» и заклеймен в оппортунизме и ревизионизме, мы, очевидно, должны услышать непоколебимую и несгибаемую марксистскую ортодоксию.
Вот и послушаем ее:
«Были созданы гигантские заводы, электростанции, шахты, которые должны были обеспечить индустриальную независимость Советской республики от внешнего капиталистического рынка и переход к нетоварной, социалистической экономике и реализации принципа «От каждого по способности — каждому по труду». (В. Шапинов. «Троцкий — рыночный социалист»)
Итак, заводы и электростанции построены, в том числе и для того, чтобы обеспечить реализацию социалистического принципа. Что же это такой за «принцип», тов. Шапинов? Может быть, Вы укажете, где у Карла Маркса Вы почерпнули его? Вряд ли Вам это удастся, потому как этот «принцип» Вы списали у Иосифа Сталина, который, вообще, не отличался большим пониманием каких-либо принципов.
Если бы Вы продумали внутреннюю логику высказывания «От каждого по способности — каждому по труду», то поняли, что если под «способностью» понимать биологические пределы человека, то и при капитализме никто не работает выше своих способностей, но только в соответствии с ними. Вторая же половина этого «социалистического» принципа — «каждому по труду» — есть просто норма сдельщины, которая также прекрасно существует и при капитализме.
Когда Карл Маркс утверждал, что в коммунистическом обществе «от каждого будут брать по способности, а давать по потребности», он под «способностью» понимал такое положение вещей, когда труд уже сам превращается только в индивидуальную потребность. Когда работа по принуждению или по нужде, исчезает, тогда и распределение не нуждается в унизительном контроле. Если же общество не может позволить себе распределять «по потребностям», то значит, оно не может и позволить своим членам работать «по способностям». Что тут может быть не ясно?
Оторвав первую часть от принципа Карла Маркса и присоединив к нему второй половиной буржуазный принцип «по труду», сталинистские теоретики создали себе нравственный и теоретический фундамент в интересах «умственного» труда (т.е. большей частью собственного т. н. труда) за счет труда «физического», т. е. труда остальной массы.
Не можешь убедить — сбей с толку. Не так ли, тов. Шапинов?
Вы, тов. Шапинов, рассказав об опасностях рыночной стихи и утвердившись в мысли, будто «Троцкий не понял этого», решили выступить в роли теоретика капиталистических кризисов и прочитать нам курс ликбеза:
«Внешним проявлением кризиса капиталистической экономики является превышение массой произведенной продукции платежеспособного спроса. Товары не находят покупателей. Начинается обвал цен. Производство останавливается. Происходят массовые банкротства в промышленности и торговле. Огромных размеров достигают сокращения штатов наемных работников, резко увеличивается безработица. С ростом безработицы и падением заработной платы еще меньшим становится платежеспособный спрос, что влечет дальнейшее падение производства. За кризисом следует депрессия, во время которой производство как бы топчется на месте, в то время как масса нереализованных товаров медленно рассасывается — часть товара просто уничтожают, часть — реализуют по сниженным ценам.
Возникновение экономического кризиса связано с тем, что производство при капитализме растет быстро, в то время как потребление большинства населения растет крайне слабо (если вообще растет). Это противоречие заложено в самой системе капиталистического производства, где лица наемного труда выступают в двоякой роли — с одной стороны, они — источник прибыли для капитала, и с этой точки зрения, чем меньше им заплатить — тем лучше, но с другой, они являются потребителями товаров. Поскольку целью капиталистического производства во все времена является прибыль, то потребительская функция наемных работников подавлена и ограничена, что в свою очередь входит в противоречие с вызванным все той же погоней за прибылью безудержным ростом производства. Какое-то время эти противоречия накапливаются, после чего капитализм полностью в них запутывается, и разражается кризис, который является временным насильственным разрешением данного противоречия». (В. Шапинов. «Троцкий — рыночный социалист»)
Вам, верно, кажется, будто Вы пересказываете нам самого Карла Маркса. Однако, Вы попали впросак, доверившись сталинистским учебникам-пустышкам по политэкономии.
Во-первых, никакого другого спроса, кроме платежеспособного спроса в капиталистической экономике не существует.
Во-вторых, не только, и не столько рабочий класс является потребителем товаров в капиталистической экономике. Ознакомьтесь, пожалуйста, с Отделом третьим II тома «Капитала», с тем как вообще возможно капиталистическое воспроизводство.
А пока, в-третьих, приведем Вам цитату Карла Маркса на данную тему:
«Было бы просто тавтологией сказать, что кризисы происходят по причине недостатка платежеспособного потребления… Когда же этой тавтологии пытаются придать вид более глубокого обоснования, утверждая, что рабочий класс получает слишком малую часть своего собственного продукта и что, следовательно, беде можно помочь, … если его заработная плата возрастет, то в ответ достаточно только заметить, что кризисы каждый раз подготавливаются как раз таким периодом, когда происходит общее повышение заработной платы». («Капитал», том II, Отдел третий, Глава XX. Простое воспроизводство)
«В этот период возрастает не только потребление необходимых жизненных средств; рабочий класс (в который теперь активно вступает вся его резервная армия) на время принимает участие и в потреблении обычно недоступных для него предметов роскоши… и это, в свою очередь, вызывает повышение цен». (Там же)
Так что роль Вам не удалась. Но не страшно. Телеграфный столб тоже не всегда понимает принцип действия телеграфа.
В конце своего критического очерка, Вы, тов. Шапинов, приводите слова Владимира Ленина из письма Инессе Арманд от 19.02.1917 (из 49 тома ПСС): «виляет, жульничает, позирует как левый, помогает правым».
Они, по Вашему мнению, полностью характеризуют Льва Троцкого. Но на самом деле они характеризуют лишь Ваш метод полемики, который очень смахивает на жульничество. Вы не уверены, что атака мысли пройдет, поэтому — атакуете мыслителя.
Мы Вам приведем другие слова Владимира Ленина, из Протокола заседания Петербургского комитета Р. С.Д.Р.П.(б) от 14 ноября 1917, на корректурном оттиске которого Ваши предшественники в 1927 размашисто написали «В разбор!»:
«А соглашение? — Я не могу даже говорить об этом серьезно. Троцкий давно сказал, что объединение невозможно. Троцкий это понял, и с тех пор не было лучшего большевика».
Или из письма Владимира Ленина в Ц. К. по поводу списка большевистских кандидатов в Учредительное Собрание:
«Само собой понятно, что… никто не оспорил бы такой, например, кандидатуры, как Л.Д.Троцкого, ибо во 1-х, Троцкий, сразу по приезде, занял позицию интернационалиста; во 2-х, боролся среди межрайонцев за слияние; в 3-х, в тяжелые июльские дни оказался на высоте задачи и преданным сторонником партии революционного пролетариата. Ясно. Что нельзя этого сказать про множество внесенных в список вчерашних членов партии…» («Первый легальный Ц. К. большевиков в 1917 году», Ленинградский Истпарт, стр. 305-306).
Вы тов. Шапинов считаете себя коммунистом. Коммунист, говорящий ложь, тем самым скрывает правду. Но коммунист, говорящий полуправду, не знает самой правды.
20 мая 2003
