Банды Нью-Йорка

История приукрашивается, меняется и приспосабливается в угоду политической конъюнктуре. На те или иные эпохи водружают золотые шлемы, увенчивают лавровыми венками, а затем отбивают нос булыжникам. American History — такой же миф, как и American Woman и American Freedom. Что же такое Америка и американцы? Сборище потомков каторжников и религиозных фанатиков (а также проституток и извращенцев © КПРФ)? Или романтический союз свободолюбивых людей искавших свободу и рай земной с момента создания его мудрыми седовласыми отцами-основателями?

С младых ногтей американцам вдалбливают особую историю Америки, как движение к новым границам, мирное объединение разных народов в одном плавильном котле, вечная борьба за свободу. Но у Америки Скорцезе — другое лицо и другая история.

Бесконечные реки иммигрантов со всех концов света стекаются с кораблей в ад строящегося Нью-Йорка. Старые поселенцы встречают новых конкурентов в борьбе за кусок хлеба камнями, ножами, битами и кастетами. Политиканы предлагают проголосовать за них в обмен на миску похлебки. Хочешь трехразовое питание? Присоединяйся к армии Североамериканских Соединенных Штатов, или плати 300 долларов откупного.

После того, как первые сотни тысяч солдат гражданской войны превратились под убийственным огнем винтовок Спрингфильда в трупы и калек, количество желающих стать волонтерами сократилось практически до нуля. Вербовщики кинулись в трущобы и порты. Дешевые солдаты были нужны во все времена. Недаром министр обороны России Иванов предлагает восполнить нехватку своих призывников призывом в армию «дешевых» контрактников граждан СНГ.

Но оглушенные ритмом и злобой Нью-Йорка вчерашние эмигранты мечтают о новой земле обетованной — Калифорнии, где растут апельсиновые деревья и золото плещется в ручьях. Главный герой фильма Амстердам — сын главаря банды ирландских переселенцев «священника» Валлона, убитого во время разборки коренных и пришлых ньюйоркцев. Его мечта — сколотить банду ирландцев и отомстить янки и их главарю Билу-Мяснику, прекрасно сыгранному Дэй-Льюисом.

А проклятых папистов из нищей Ирландии ненавидят все. Антропологи из старых богатых английских семейств измеряют лицевой угол и доказывают ущербность ирландского расового типа, склонного к грабежам, анархии, насилию. Да и происходят эти твари, судя по всему, от орангутангов. Полиция и домовладельцы выбивают из них последние деньги. Ниже их в трущобной иерархии только китайцы и темнокожие.

И в Старом, и в Новом свете ирландцы убирали улицы, работали в шахтах, погибали на стройках. Не меньше чем в богатых кварталах, их ненавидели и в трущобах. Ирландец ведь готов работать на любых условиях, он — главный конкурент коренных американцев, потомков американских пионеров — англичан и голландцев.

Действие происходит во время Гражданской войны в С.Ш.А. (1861 — 1865). Фронту не хватает железа и мяса. Люмпенов, рабочих, эмигрантов сбивают в бригады и гонят на бойню. Вспыхнувшее против призыва восстание 11 июля 1863 быстро находит врагов: громи полицейские участки, режь чиновников, бей богатых. Выступления санкюлотов были похожи во все времена, и во Франции ХIХ века, и в С.С.С.Р. в 50-е, и в Аргентине 2001. Всегда достаточно только искры, чтобы плебс бросился расправляться с полицейскими и чиновниками — с теми представителями государства, с которыми он ежедневно сталкиваются в преисподней городских трущоб.

Но Скорцезе не был бы художником, если бы не показал всей правды. Разъяренная толпа рыщет и быстро находит новые жертвы. Кто виноват, что янки тянут нас на войну?! Негры! Это ведь из-за них мы воюем!

Ирландцы, которых вчера линчевали англичане, сегодня линчуют темнокожих. Веселье началось, но когда оно закончится? Ведь в запасе есть китайцы и поляки!

Скорцезе снял ультра-реалистичный фильм, хотя и в привычном формате комикса, и в авантюрном духе Александра Дюма. Жители Нью-Йорка образца 1863 не знали, что такое шампунь, да и мыло почитали за диковинку. Гнилые зубы, сальные волосы, кровоточащие десны, порванные в драке рты. За право потомков пользоваться горячей водой, оптико-волоконной связью и прочими благами цивилизации нью-йоркцы середины ХIХ века выдавливали глаза, перерезали глотки и дробили черепа конкурентам по классу.

На некоторое время Скорцезе создает иллюзию, будто именно эти парни кулаком и кастетом правят городом. Они шантажируют муниципалитет, контролируют рынки, площади, улицы, торговцев, воришек, проституток, англичан, ирландцев, китайцев, поляков, черных и белых. Но когда начинается плебейское восстание против призыва в армию и кажется, что разбушевавшиеся низы ничто не может остановить, появляется новая сила.

В город вступают части Потомакской армии, вооруженные карабинами Спепсера со скорострельностью выстрел в секунду. Вчерашние эмигранты-ирландцы, в мундирах из виргинского хлопка без труда расстреливают толпу черни, а корабли, изготовленные на нью-йоркских верфях, бомбят город, который их создал. Отныне у Великого города будет один Хозяин, и горе тому, кто посягнет на его власть. Под дымящимися обломками умирает американская вольница пионеров и демократия улицы.

Финальные кадры символично выдержаны в раскадровке комикса. Величественные картины строящегося Нью-Йорка 20-х, 40-х, 90-х с колоссами банковских небоскребов вырастают на фоне исчезающего кладбища, где захоронены останки главных героев фильма.

Нью-Йорк переживет еще много волн эмиграции: итальянской, еврейской, немецкой, польской, китайской, переселение чернокожих в 40-е, и латинос в 80-е. Вчерашние неприкасаемые будут драться за место под солнцем с новыми конкурентами. Старая добрая машина расовой, национальной и коммуналистской ненависти будет еще долго приносить дивиденды патрициям. До тех пор пока рабочий класс не пересядет на водительское место окончательно и навсегда.