socialistworld.ru Российская секция
Комитета за Рабочий Интернационал
 

Молодежная мода на красное

Марк Бенедиктов, КРИ

В №10 (396) «Общей газеты» от 8-14 марта 2001 года была опубликована на пол-полосы статья Максима Глинкина «Молодежная мода на красное; «Новые левые» левее старых».

По жанру, это некий эклектичный экспресс-обзор левых групп и организаций, снабженный таким же сумбурным экспресс-анализом.

Досталось на орехи всем. Ясное дело, досталось и нам. Досталось и Троцкому с Лениным.

Да что там говорить, если и Маркс попал в число «идеологических спекулянтов и сдвинутых по фазе бездельников». Забавно.

Надо сказать, что Максим Глинкин сам искал встреч и интервью с нашими активистами. Он также убеждал их, что статья будет если не положительной, то во всяком случае объективной и серьезной. Но конечный продукт оказался третьей свежести. А вывод, обозначенный как «предчувствие русского бунта», прямо относится к категории «письмо доброжелателя». Автор буквально просит «взрослых российских политиков» обратить самое серьезное внимание на красную молодежь.

В дальнейшем, мы получили конфиденциальную информацию о том, что первоначальный вариант статьи М. Глинкина имел несколько иной вид. Настолько иной, что политический редактор «ОГ» был вынужден полностью изменить его. Возможно. Но с самого М. Глинкина это не снимает ответственности. Если ты пишешь о левой политике, ты должен знать нравы своего издания, реакцию редакторов и что за этим последует.

Политсовет КРИ направил опровержение на имя Главного редактора «ОГ» г-на Е. В. Яковлева.

Того самого, кто так яростно защищал свободу слова на НТВ.

Письмо Е. В.Яковлеву

Уважаемый Егор Владимирович!

В №10 (396) «Общей газеты» за этот год опубликована статья М. Глинкина «Молодежная мода на красное; «Новые левые» левее старых». Изложенные в этой статье факты и их интерпретация побудили нас написать ответ и надеяться на его публикацию.

Мы никогда не избегали диалога с разными людьми независимо от того, разделяют они наши убеждения, или нет. Тем более — с представителями прессы. Сам факт роста левых настроений в молодежной среде привлек журналиста по понятным причинам: стереотипный образ оппозиции в виде «анпиловских старушек» достаточно избит и уже неинтересен. Однако, нас удивляет то, что г-н Глинкин, имевший немалое время для выяснения мотивов, настроений и взглядов интервьюируемых им людей, подменил беспристрастный анализ издевательскими и оскорбительными комментариями, которые он преподносит читателю уже в первом абзаце. Чего стоит например, сочетание таких эпитетов, как «молодежный понт», «курение травки в школьном туалете», «вероисповедание — троцкист», «отстойник», «каждый сходит с ума по своему» и т. д?

На этом фоне кажется мелочью его смешение «всех и вся», объединение за одними скобками людей, никогда не сотрудничавших друг с другом, если бы не одна деталь. В данной статье (как, впрочем, и в других масс-медиа) при упоминании о новых левых инициативах молодежи, о независимых профсоюзах, в один ряд с ними ставится и «террористическая организация Новая Революционная Инициатива», члены которой (или мнимые члены) находятся сейчас под следствием.

Читателю исподволь внушается мысль: «Они все одного поля ягоды» — экстремисты и террористы. Об этом же свидетельствуют туманные, но недвусмысленные намеки г-на Глинкина: «… милиционеров, слава богу, пока намного больше, чем таких парней. Но что нас ожидает за горизонтом 4-5-ти лет, сказать трудно».

Нам неизвестно, является ли г-н Глинкин тайным поклонником Сталина или нет, но используемый им метод наводит на мысль о сталинских судебных подлогах 30-х годов, где политические оппоненты объединялись в виде «амальгамы» с обычными преступниками и лже-террористами, состоящими на службе ГПУ.

После состоявшихся интервью автор недоумевает: «Эти молодые люди переживают не столько за себя, сколько за других» (sic!). Ничтоже сумняшеся, он тут же вскрывает мотивацию: «спекулируют на чужих несчастьях… любой политик эксплуатирует трудности, которые испытывают другие люди. Иначе не бывает» (курсив наш).

Оставим любительский психоанализ на совести его автора, но, если вышесказанное верно, то уместно спросить: почему и по чьей вине те трудности, которые жаждет эксплуатировать «рвущаяся в политику» левая молодежь не только не уменьшаются, но прогрессивно возрастают? Сейчас все больше молодежи из рабочих не «садится на иглу», а словом и делом пытается ответить на этот вопрос.

Предположим, что кризис С.С.С.Р. был вызван «коммунистической утопией». Тогда почему пришедшие на смену К.П.С.С. молодые и не очень молодые реформаторы, освободившиеся по их словам от «коммунистической утопии и овладевшие рационалистическим менталитетом современной цивилизации», могли совершить за короткий срок столько ошибок и преступлений?

Г-н Глинкин недоумевает: «Что этим неплохо устроенным молодым людям до борьбы за рабочее дело — понять трудно». Трудность, впрочем, преодолевается через несколько строк. Причина проста. Шкурный интерес. «Они опоздали к разделу пирога», все уже поделено, все хорошие места заняты «гайдаровским» поколением. Вот и рвутся «симпатичные развитые ребята, называющие себя марксистами и троцкистами» наживать политический капитал на борьбе против нарушений КЗоТа.

Ведь, «иначе не бывает». Ведь если многие представители гайдаровского поколения в былые годы защищали диссертации о преимуществах плановой экономики «развитого социализма», затем, в одночасье сожгли все, чему поклонялись и поклонились тому, что сжигали, г-н Глинкин не понимает, почему новое поколение должно иметь иной менталитет.

Читая статью, волей-неволей вспоминаешь монолог Ужа, выписанный М. Горьким: «Зачем же гордость? Зачем укоры? Затем, чтоб ею прикрыть безумство своих желаний и скрыть за ними свою негодность для дела жизни?» Для «ужей» всех времен и народов оставался праздным и непонятным вопрос: что было до борьбы за рабочее дело таким «неплохо устроенным людям», как князь Кропоткин, Плеханов или Эрнесто Че Гевара, которые также внесли определенный вклад в коммунизм, названный г-ном Глинкиным «религией бедных и темных».

Как в этой связи не провести аналогию с другой «религией бедных и темных», давшей миру проповедь апостола Павла: «Ибо когда мы были у вас, то завещаем вам сие: кто не хочет трудиться, тот и не ешь». Интересно, каким «молодежным понтом» объявил бы г-н Глинкин такое «вероисповедание», если бы жил во времена императора Тиберия?

Марк БЕНЕДИКТОВ
Политсовет секции СНГ К. Р. И.
Апрель 2001

2001